Чтение онлайн

Монти набрал в легкие побольше воздуха и выдохнул:

– А сейчас это древний свиток, обнаруженный мной на дне коробки с обычными книгами. Коробка – часть имущества, которое распродают.

– Древний? – перепросила сержант. – Насколько древний?

Что она может знать о книгах? Скорее всего, ничего. Для нее Вторая мировая – уже глубокая древность.

– Мистер Данфорт?

– Возможно, свиток времен Христа, – выдавил он. Прозвучало до ужаса театрально.

Женщина проявила живой интерес:

– Неужели? И на каком языке? Латынь? Древнееврейский? Арамейский?

– Похоже, арамейский. Видимо, это очень важная вещь: уже трое пытались купить у меня этот свиток. А я даже не успел его датировать.

– Но уже выставили на продажу?

В голосе сержанта прозвучало осуждение.

– Вовсе нет, – возразил Монти. – Не выставил. Я понятия не имел, что кто-то знает о свитке. И не уверен, что текст арамейский. Мой друг кое-что понимает в этом и разобрал несколько слов: это он сказал насчет арамейского. Мне все еще нужен эксперт.

– У вас есть соображения относительно содержания свитка? – продолжала расспрашивать сержант. – И материала? Пергамент или велень? Какова его длина?

Монти слегка отшатнулся:

– Почему вы спрашиваете об этом?

На лице сержанта появилась улыбка, мягкая и гордая.

– Мой отец – Эли Тобиас. Специалист по древним арамейским рукописям. Мы сразу подумали, что мистера Уильямса убили из-за редкой книги. Поэтому мне и поручили вести расследование.

– Ясно, – вздохнул Монти. – Трое разных людей являлись ко мне и просили продать рукопись, предлагая все, что я пожелаю. А я не могу даже снять копию со свитка. В него словно… вселился кто-то.

– Тогда вам точно нужен эксперт, – заявила сержант. – И скорее всего, не один. А кто-нибудь из этих людей объяснил, что это за свиток и почему он им так нужен?

Монти пересказал свои разговоры со всеми тремя. Женщина слушала внимательно, не перебивая. Закончив, Монти уставился на нее поверх чашки с остывшим кофе.

– Держите свиток в надежном месте, мистер Данфорт, – сказала она. – Мы отправим к вам двоих экспертов завтра или послезавтра. Думаю, мы установим причину гибели несчастного мистера Уильямса. И пожалуйста… пожалуйста, будьте осторожны.

Монти пообещал, что будет, и, пошатываясь, вышел на улицу. Затем он вернулся в Кембридж и трудился в магазине до самого вечера. Занеся в каталог последние поступления из собрания Гревилла, он решил пойти домой и поужинать, а потом позвонить Хэнку и сообщить последние новости. Разговоры с Хэнком все-таки очень успокаивают. Его здравый смысл – как глоток свежего воздуха: помогает проветрить мозги и выдуть оттуда всякую застарелую дурь.

Оказалось, что пока Монти сидел в магазине, на улице прошел сильный дождь, а он и не заметил. Сточные канавки переполнились, под ногами кое-где хлюпало. Слава богу, он вышел из магазина в удачный момент, а то промок бы до нитки. На востоке небо уже темнело, а на западе полыхало красным. Значит, завтра будет погожий денек, если, конечно, верить всем этим старинным погодным приметам.

Монти свернул за угол, и в лицо ему ударил солнечный свет. На мгновение он зажмурился, а когда открыл глаза, замер, точно пришибленный. Асфальт был залит кровью. Повсюду лужи крови – алые, сверкающие. В сточных канавках журчала кровь.

Монти оцепенел от беспредельного, всеохватного ужаса.

Из-за угла вылетел велосипедист, затормозил, развернулся поперек дороги и задел Монти. Тот бухнулся наземь, ушибся, ободрал кожу. Несколько мгновений было невозможно дышать: легкие отказывались впускать воздух. Наконец ему удалось сделать вдох; боль не проходила, в голове туманилось. Монти кое-как поднялся на колени.

К нему спешила чрезвычайно встревоженная старушка.

– Все хорошо? – с беспокойством осведомилась она. – Ох уж эти мальчишки. Носятся как угорелые. И хоть бы остановился. Вы ничего себе не повредили?

Она протянула руку, помогая ему встать. Правда, старушка выглядела слишком хрупкой, чтобы полагаться на ее помощь. Монти поднялся на ноги и, к своему удивлению, обнаружил, что, оказывается, ничего себе не сломал. Разве что вымок, свалившись в канаву с дождевой водой, и весь перепачкался. Рукава куртки, манжеты рубашки, брюки были хоть выжимай. А на ладони красовалась кровавая полоска.

– Спасибо, все в порядке, не волнуйтесь, – ответил он. – Наверное, я сам виноват: стоял посреди дороги. Просто… задумался.

Никакой крови не было и в помине – асфальт как асфальт, в закатных лучах поблескивают обыкновенные дождевые лужи. Хэнку о видении, пожалуй, рассказывать не стоит. Тот любит повторять, что все эти сверхъестественные явления просто плоды буйного воображения. Человеческие страхи, которые фантазия превращает в реальность.

С Хэнком он тем не менее встретился. Пришел домой, принял душ, переоделся, поужинал как следует. А потом явился Хэнк, и выяснилось, что он тоже встревожен не на шутку.

– Ты понял, почему его нельзя сфотографировать? – спросил Монти. Друзья сидели за поздней чашкой кофе и тешили себя шоколадками с мятой.

– Нет, – признался Хэнк с горькой улыбкой. – В кои-то веки логика меня подводит. В голову не приходит ни одного разумного ответа. Подозреваю, есть какое-то объяснение тому, что эти трое проведали о свитке еще до объявления о продаже. И если уж они умудрились отыскать тебя, то беднягу Роджера выследили без труда. Монти…

– Что?

– Нам нужно разобраться с этим прямо сейчас. Не сочти меня паникером, но если они убили Роджера из-за свитка, то и с тобой церемониться не станут.

Тьма, что разрасталась в сознании Монти, внезапно обрела облик. Его обдавало жаром, словно тело уже лизали языки пламени.

– Я не знаю, какую цену выставить, – удрученно произнес он. – И зачем только я нашел эту штуковину? Сержант Тобиас сказала, что на неделе придет ее отец и посмотрит на свиток. Но что, если они не станут ждать? Или не захотят платить назначенную цену? Наверное, надо сказать адвокатам Гревилла, как думаешь?

– Нет, – покачал головой Хэнк после минутного размышления. – Ты сам говорил, что Роджер купил книги по дешевке на аукционе. Теперь это твое собрание, а не Гревилла. Но ты прав: нельзя дожидаться оценки. Это займет немало времени, особенно если тот ученый прав. В этом случае свитку нет цены.

– Но что же мне делать? – гнул свое Монти. – Передать рукопись Британскому музею?

Хэнк прикусил губу.

– Ты всерьез считаешь, что епископ или Гарретт позволят тебе это сделать? Как по-твоему, кто из них убил Роджера?

Монти закрыл глаза и запустил руку в волосы.

– Понятия не имею, – честно ответил он. – Кто-то из них. Хэнк, что же мне делать?

Хэнк надолго погрузился в молчание.

Монти ждал.

Наконец Хэнк заговорил, медленно и очень тихо:

– Думаю, мы не можем ждать, Монти. Не знаю, что это за свиток, но в нем явно скрыта великая сила. Чем бы это ни было и что бы о нем ни рассказывали, сила эта существует, и она чрезвычайно опасна. Роджер уже мертв. Мы должны покончить со всем этим до того, как за свиток возьмутся эксперты. Для начала подумай вот о чем: вряд ли епископ, или кто он там есть, позволит экспертам прикоснуться к нему. Его задача – купить свиток и уничтожить его, чтобы никто никогда не узнал о его содержании: ни один эксперт, ученый, простой обыватель и, самое главное, ни один прихожанин.