Чтение онлайн

Или нет… То, что я видел простейший апперкот, летящий с опасной скоростью мне в челюсть, никак сейчас не помогало, поскольку мое тело элементарно не успевало! Алкоголь или еще что, но я просто не мог вовремя среагировать!

Как же это тупо! Только не так! Нет!

БАМ!

Я даже не ощутил боли: лишь встряска, после которой сразу опустилась темнота…

Очнулся я в больничной палате.

Какой же позор! Выходит, что я проиграл бой всего от одного простого удара! Более того, Гранин еще и бил аккуратно, сумев вырубить меня в теле клона, вместо того чтобы снести ему голову и оборвать мое заклинание, после чего я бы вернулся сознанием к Ане… И почему, черт возьми, я не использовал вовремя «водное тело?» Ответа у меня не было, кроме как считать самого себя идиотом. И кто еще кого недооценивал…

Значит, меня в отрубе у всех на глазах унесли с арены к целителям. Причем, скорее всего, сам Гранин это и сделал…

Что ж, по крайней мере меня наконец подлатали, чем я пренебрегал с самой драки с Диего. Вот только не сказал бы, что мне стало лучше.

Кроме головной боли ощущалось чувство крайнего отвращения к самому себе. Катя была права — мне нужна помощь. Нужно сделать хоть что-то, пока я еще хотя бы осознаю это.

— Куда это ты собрался? Едва очнулся, и уже вознамерился слинять?!

Светлана Владимировна неожиданно возникла в палате, едва я только встал с постели.

Голове легче совсем не стало, хотя женщина наверняка меня полностью проверила и вылечила что могла. Значит, с моей главной проблемой она помочь не сможет…

— А разве я еще болен, чтобы оставаться в больничной палате?

— Раз полез драться с Граниным, то уж наверняка! Но с этим я уже ниче го сделать не смогу. Ладно дети друг на друга кидаются, у них в голове черти что, но вы-то куда? Или это Виктор тебя подбил? Ух, я ему устрою!

Мне не хотелось ничего объяснять женщине, но я знал, что она ворчит только потому, что переживает за всех, кто оказывается в ее палатах. Поэтому я просто поблагодарил ее и сообщил, что лучше все же пойду.

За дверью меня уже ждала Аня.

Девушка изо всех сил сдерживалась, чтобы ничего не сказать, поскольку лучше других понимала мое состояние. Проведенное в одном теле время не прошло для нас даром: она знала, что после подобной потери я не хочу, чтобы меня успокаивали, жалели и сочувствовали.

Мы молча шли по коридорам. Аня просто была рядом. Она ничего не делала, однако не могла убрать из своего взгляда жалость. Последнее время на меня так смотрят все чаще…

Надолго терпения у подруги не хватило. Когда мы отошли подальше от оживленных мест, она крепко обняла меня.

— Симон, мне так жаль! Я знаю, что ты этого не любишь… но я просто не могу видеть тебя таким и ничего не делать! — Аня заплакала от избытка чувств, а ее мысли путались, то и дело перескакивая с одной на другую. — Прости, что из-за меня ты застрял в академии. И прости, что с Диего я… Я должна была сказать тебе, но все так закрутилось… Но если ты…

— Не надо извиняться. Это я был не прав. А сейчас ты очень нужна Диего, по нему потеря ударила куда сильнее, чем по мне. Иди к нему. А я просто хочу немного побыть один.

Не сразу, но Аня сдалась. Скорее всего, потому что я попросил ее вежливо и спокойно. Но далось мне это с трудом.

Внутри у меня бушевала настоящая буря: то и дело я злился, потом вдруг хотелось разрыдаться, а следом вообще наступала апатия, когда мне становилось уже все равно, что будет дальше. Лишь одно желание никуда не уходило: «пусть голова наконец перестанет болеть!»

Ноги сами собой принесли меня к комнате на втором этаже, в которой я уже долгое время оставлял своего клона. Я помнил, что в ней еще оставалось несколько фруктов. Пусть они и не избавят меня от страданий, но, может быть, хотя бы немного их облегчат?

Вот только в комнату я так и не попал. Под дверью, обняв коленки, сидела моя ученица. И сидела она там давно.

— Кать…

— Симон!

Снова слезы и объятия. Ну почему я заставляю плакать всех, кто мне небезразличен?

Я столько переживаний доставил девочке, обижал и отталкивал ее, а она лишь хотела мне помочь… Давно пора было просто довериться ей.

— Знаешь, сейчас я сделаю все, что ты скажешь. Все что угодно.

На Катином лице отразилось изумление, она даже плакать перестала.

— Тогда пойдем к озеру! Волди сказал, что теперь тоже чувствует враждебную магию внутри тебя. И он так и не смог поговорить с тобой…

— Хорошо.

Катя все еще с трудом верила, что я так просто ее послушал, но мне удалось ее отвлечь и разговорить: я поинтересовался, что же она видит странного с моим источником.

В ее потрясающем магическом зрении мой источник все больше окутывала темная субстанция с фиолетовыми прожилками. Которая также добралась до моей головы, пульсируя и продолжая разрастаться.

Неожиданно в холле Катя попросила меня подождать ее и быстро куда-то убежала. И это ожидание далось мне совсем непросто.

Я изо всех сил старался сдерживать свои порывы, чтобы выполнить обещание, данное ученице. Но соблазн был велик.

Некоторых студентов мне хотелось ударить. Просто так. Некоторых убить. Расчленить. А некоторых…

Ко мне сама подошла поздороваться Вика Ляпунова. И она тут же заставила меня задуматься, почему я не обращаю должного внимания на подобных ей девушек? Фигуристая миниатюрная блондинка, с золотистыми волосами и идеальной кожей… Я подсознательно считаю себя недостойным? Или у меня в голове срабатывают ярлыки, которые тут же клеймят слишком красивую девушку глупой?

В любом случае я видел Вику на тренировках, и пусть раньше она и вела себя вполне соответствующе своему виду, теперь я знал ее совсем с другой стороны. Но все это было не так важно, поскольку сейчас мой больной мозг хотел от нее только одного…

А ведь я не раз замечал ее взгляды на мне, именно в виде Симона. Она определенно была из тех старшекурсниц, которым я приглянулся, когда только появился в академии. И, думается мне, если пообещать провести для нее личную тренировку, то она меня с удовольствием отблагодарит авансом так, как я захочу…

Нет! Я должен дождаться Кати! И почему именно сейчас, когда это совершенно не нужно, со мной чуть ли не впервые в жизни сама флиртует симпатичная девушка!

Хвала Стихиям, Катя вернулась раньше, чем я успел натворить глупостей. Она схватила меня за руку, уводя на улицу, подальше от Вики.

Девочка так и не сказала, куда она бегала, став на удивление неразговорчивой. Но вскоре мне стало не до мыслей об этом.

Я вошел в вечернее озеро по колено, и, набрав в руки холодной воды, оросил лицо. От прохладной жидкости даже казалось, будто голова начинала болеть чуточку меньше.