Чтение онлайн

Когда я наконец покинул кабинет ректора, то четко осознал — у меня практически не осталось времени. Слишком долго я сегодня пробыл в теле клона, причем фактически без перерывов. Но и оставалось всего лишь два дела, которые я просто обязан был успеть завершить. И потому я решил постараться их совместить.

Оля оставалась последней, кому мне нужно было дать наставления перед проверкой артефактом Истины. Всего через час нам с Теоном предстоит второй «раунд», в котором я чертовски хочу его унизить вновь, но главное, конечно же, снять обвинения с Диего.

А потому сейчас я направлялся в больничные палаты, захватив вместе с собой Катю: пора было узнать, что же произошло между ней и Григорием на самом деле!

— К тебе не предъявят никаких претензий по поводу ситуации с Григорием, ты полностью освобождена от любых наказаний, а если кто-то скажет обратное — сразу же сообщи мне. Хорошо?

— Д-да… Спасибо! Прости, что создала тебе проблемы. Я так испугалась…

— Какие проблемы? Ты это брось! Ты большая молодец, что смогла за себя постоять, да еще против такого сильного противника! А если кому и нужно извиняться, так это мне! Ведь только я виноват, что ты оказалась в таком положении. И мне очень жаль…

Пока девочка дожидалась меня, Аня с Соней помогли ей более-менее отмыться от чужой крови, а радостно кинувшийся к хозяйке Гунн взял на себя роль живого успокоительного. И все равно, когда я вышел из кабинета ректора, девочка все еще выглядела бледной и перепуганной.

Тогда я забрал ее вместе с собой на небольшую прогулку, и при этом не отпускал Катину руку, утопающую в моей ладони. Пусть она уже и была слишком взрослой, чтобы водить ее за ручку, но это успокаивало девочку, а на все остальное было плевать.

Я не торопил ее, и сначала поделился хорошей новостью. Тогда-то ее и прорвало…

— Ты не виноват — это все Григорий! Он совсем с ума сошел! Я так испугалась, что даже пошевелиться не могла… Но когда он ударил Гуннчика, то попыталась защитить малыша. А Григорий просто схватил меня за горло, прижал к стене и поднял над землей! Я совсем ничего не могла сделать, даже вдохнуть и то не получалось!

Нам пришлось остановиться. Кате не хватало воздуха, из-за сильных эмоций от повторного переживания этих жутких событий.

— Я задыхалась, а он все требовал ответа. Но я даже говорить уже не могла! У меня стало темнеть в глазах. Я думала, что умру… Тина побежала звать помощь, но я уже не верила, что она успеет вовремя. А Гуннчик, мой малыш, он подбежал и вцепился зубами Григорию в ногу, пытаясь мне помочь, представляешь? Но этот здоровяк его пнул со всей дури так, что Гуннчик аж отлетел. Когда я это увидела, то страх отступил и вдруг появились силы, чтобы бороться. Я так сильно разозлилась, что даже не задумываясь, сделала все как на наших тренировках. Только вместо заклинаний я пыталась прорваться прямиком в источник этого негодяя! И у меня получилось! Я прошла защитный слой и стала поглощать его ману. Хватка Григория ослабла, но теперь уже я сама не отпускала его, вцепившись пальцами в грудь. Я оттолкнулась ногами от стены и смогла завалить нас обоих на пол. И не отпускала его до тех пор, пока не выкачала всю его ману досуха! А потом…

У Кати побежали слезы. Она не только боялась, но и стыдилась своих действий.

— Эй, все хорошо. Ты защищалась от этого подонка. Я очень рад, что ты осталась цела, так что все ты сделала правильно, даже не сомневайся!

— В том то и дело, что не только защищалась… Я настолько боялась, что он убьет меня, если сможет подняться, что просто не дала ему такой возможности, хотя с опустошенным источником он уже и так очень сильно ослаб. А у меня наоборот было столько маны, что она меня переполняла. Воспоминания как в тумане… Я била Григория вновь и вновь, швыряла его об стену, как он делал это с Гуннчиком, хотя даже подумать страшно — ведь он такой большой и тяжелый, как я вообще могла его поднять? Я помню хруст его костей… Симон, что со мной? Я схожу с ума? Что мне теперь делать? Я потеряла голову и чуть не убила человека!

Я обнял ученицу, успокаивая ее.

— Ты сделала все правильно. Это вполне нормально, когда противник очевидно сильнее тебя, твоим единственным шансом остается отчаянно атаковать, не позволяя ему подняться. Потому что, если он все же сможет подняться, то ты, скорее всего, умрешь… Это естественный инстинкт. Но ты не вошла бы в такой раж, если бы Григорий не угрожал твоей жизни и твоему питомцу. Так что он сам виноват. А ты — просто потрясающая, что смогла отбиться самостоятельно! А то, что сумела похитить его ману — это уже совершенно другой уровень, чем просто поглотить заклинание. И ты точно не сошла с ума. Просто резкий и мощный выброс адреналина ударил тебе в голову, оттого и воспоминания немного путаются, но это вполне естественно для такой ситуации.

Я внимательно посмотрел прямо в глаза ученице: нельзя, чтобы у нее теперь осталось давящее чувство вины. Мне это знакомо не понаслышке, правда не за потасовку, а за первые отнятые мной жизни, но я никому подобного не пожелаю: ты не можешь нормально спать, есть, даже мыслить… Все крутится вокруг переживаний и воспоминаний, которые съедают тебя изнутри. Нет, нужно Катю от этого уберечь, нужно быть рядом…

— Мне очень жаль, что тебе пришлось пройти через подобный ужас, малышка… Но теперь больше никто не посмеет тебя обидеть. И не только из-за меня: ты сама в хлам уделала одного из сильнейших выпускников академии! Он сам нарвался, а в итоге оказался на больничной койке. И плевать на подробности — факты говорят сами за себя! Так что гордо подними голову и не смей себя винить за произошедшее. Ты получила горький опыт, но вместе с тем, более чем ясно доказала, что ты не просто какая-нибудь беззащитная младшекурсница, ты — моя ученица, ты — будущее поколение «Щитов Стихий» и та единственная, кто сможет исполнить истинную роль моей гильдии! Я верю, что только ты сможешь наладить контакт с самыми разными аватарами по всей Альтарии! Но до этого момента тебе еще предстоит стать сильнее: телом, магией, духом… И сегодня ты сделала просто огромный шаг! Ты отчаянно защищала себя и своего питомца, совершив невероятное! И теперь я уверен, что если твоим близким когда-нибудь будет угрожать опасность, ты сможешь за них постоять, несмотря на свой возраст. Я горжусь тобой!

Я не зря нахваливал ученицу: во-первых, я действительно так думал, а во-вторых — уже сейчас стало заметно, насколько девочке полегчало после моих слов. Она все еще переживала после такого эмоционального потрясения, но теперь хотя бы не чувствовала огромной вины за то, что сделала что-то неправильное. Теперь она воспринимала ситуацию как должно: она защищалась как могла, и наоборот молодец, что в итоге одолела такого сильного противника!

К сожалению, ни сил, ни времени в теле клона у меня уже не оставалось на дальнейшие разговоры, поэтому мы продолжили свой путь к больничным палатам. По пути я легко отвлек девочку от плохих мыслей расспросами о ее обезьяныше, и она больше не замолкала до конца нашего пути.

Гуннчик официально оказался целым Гюнтером… А назвала Катя его весьма просто — спросила. Среди всего угуканья, именно свое имя маленький орангутан произносил четко и уверенно: «Гунн!». Ну а полный вариант, конечно, уже сама додумала, для солидности… А еще у него появилась целая толпа поклонниц среди младшекурсниц, которые были в восторге от пушистика. Впрочем, и старшие ребята, включая и парней, время от времени спрашивали разрешения погладить малыша.

Также меня здорово удивило как Катя решила проблему с преподавателями, которые просто не могли не обратить внимание на животное, которое девочка повсюду таскала с собой… Диалог у ученицы был с самим ректором и оказался весьма коротким:

— Откуда у тебя такое чудо?

— Симон подарил…

— Но ты ведь понимаешь, что в академии не приветствуются питомцы? Глядя на тебя многие захотят того же, потому мы стараемся и не делать никаких исключений в нашей академии…

— Понимаю… Тогда мне стоит начинать подыскивать себе другую академию?..

Катя бы ни за что не решилась на такой ответ, если бы сам ректор ей заговорщически не улыбался, и не игрался в этот момент с Гунном. В итоге ее ультиматум отлично подошел для того, чтобы все же сделать в ее случае исключение из правил. Более того, девочка сказала, что это не совсем даже питомец, он не кошка и не птичка, а ее «ученик» — совсем как в новой программе ректора… Фион же Аристархович, вполне соответветствуя своей славе чудака, взял и заявил, что Гюнтера в целом можно назвать гуманоидом, и, раз Катя взяла его в ученики, то он может тоже считаться воспитанником академии, правда с довольно ограниченными правами, но все же…