Водный Феникс. Книга третья
Шрифт:
И не дожидаясь ответа, пока ни я, ни женщина ничего не успели сделать, он встал к ней поближе и использовал кристалл. После чего сразу вывел получившееся изображение, на котором он довольно улыбался рядом с испуганной Огневой-старшей. А затем грубо всучил кристалл Марине Андреевне, бросив ей напоследок фразу, целиком пропитанную ядом и ненавистью:
— На, можешь поставить у себя на полке рядом с изображением покойного муженька!
И женщина не выдержала! Не успел Теон сделать и пары шагов, как почувствовал неладное и обернулся, чтобы заметить, как на него надвигается разъяренная валькирия.
Я должен был остановить ее, но вместе с мамой взбесилась и дочка! А на таких эмоциях их сила вообще сходит с ума! Мне голову пронзило такой болью, что я с трудом вообще устоял на ногах. И тело я уже не мог полностью контролировать, но хотя бы держался, чтобы и девушке не позволить полноценно завладеть телом.
Теон, конечно, хотел вывести из себя Анину маму. И потратил на это немало сил и времени этим вечером. Но когда она и вправду двинулась на него, довольным отнюдь не выглядел. Уж я-то знаю, как бывает не по себе, если ты все же разозлил Огневу…
Но случилось настоящее чудо! Марина Андреевна, в самом буквальном смысле начиная пылать, прошла мимо Теона и вклинилась в толпу мужчин, разгоняя их как назойливых мух. Даже Аня немного успокоилась, увидев столь странное поведение мамы. Женщина прошла к самому силомеру и водрузила на него кристалл, все еще показывающий довольную рожу Громова, столь ненавистную женщине. Когда она замахнулась, Пламя вокруг ее руки стремительно начало менять цвета. Она прошла весь спектр, знакомый нам с Аней, но под конец я готов поклясться, что увидел фиолетовый!
— УХ, СУК…
БАМ!!!
В воздух взвилась пыль, а ужасный грохот заставил весь зал забыть о своих делах и разговорах, заодно заглушив яростный крик женщины и вызвав у всех поблизости звон в ушах. Силомера больше не существовало! А в магически усиленной стене академии зияла приличная дыра с подкоптившимися краями, через которую при желании можно было выбраться на улицу…
Наряд Марины Андреевны был безнадежно испорчен, но куда страшнее были ожоги на ее руке. И не удивлюсь, если и переломы тоже присутствовали, от такого-то удара!
Я быстро подбежал к Аниной маме, попросив Ваньку помочь мне доставить ее к целителям. А в голове тем временем сама собой возникла забавная мысль:
«Господа, у нас новый рекорд!»
Пока Светлана Владимировна вместе со своей помощницей занимались ранами Аниной мамы, мы с подругой ожидали их вердикта. Всех наших друзей выгнали, чтобы они не шумели в больничных палатах, но это не мешало нам самим мысленно переговариваться, то и дело вспоминая столь яркое окончание вечера.
Аня с удовольствием вспоминала испуганно-перекошенное лицо Теона, когда у него на глазах мама выместила всю злость на его же изображении, да так, что умудрилась пробить надежную и пропитанную магией стену академии! Восстановлением которой сейчас, кстати, должны были заниматься ректор с Натальей Николаевной. А если руны восстановления были слишком сильно повреждены, то и мне придется поучаствовать в «ремонте», когда прибуду с официальным визитом.
Понятно, что защита академии была в пассивном режиме, но все равно — далеко не каждый сможет пробить в ее стенах такую дыру. Похоже, чувства женщины вывели ее на небывалый уровень. Всю свою магию и эмоции она вложила в этот удар, а гнев и обида, вынашиваемые годами, наконец нашли свой выход. Вот только она и сама пострадала. И еще неизвестно состояние ее источника магии, разом полностью опустошенного после долгого времени почти без использования. Не надо быть гением, чтобы понять — это чревато последствиями…
Но мы пока старались не думать о плохом, тем более, когда уводили женщину, она вела себя весьма обнадеживающе: предложила отправиться Теону в далекое пешее путешествие, а мужикам толпившимся около силомера посоветовала отрастить себе пару яиц… Однако вряд ли ее слова разобрали среди шума, тем более язык у прилично выпившей и вдруг разом сильно уставшей женщины был совсем непослушным, превращая эти фразы в непонятное бормотание. Так что услышали его лишь единицы.
Но среди них был и Гранин… Они с Хвостовым появились буквально через пару секунд после происшествия. Но если Степан Викторович подменил меня, вместе с Ванькой буквально взвалив на себя Анину маму, что мне самому давалось с большим трудом из-за каблуков и не слишком-то удобного платья, то вот Гранин не смог ничем помочь. Ведь стоило ему понять, что именно произошло, а потом еще и услышать смелые фразочки от Марины Андреевны, как он захохотал от души, да так что с трудом успевал дышать. И до самого выхода из столовой мы продолжали слышать его громоподобный смех. Интересно, если рассмешить его вместе с Вол-Диром — мир не схлопнется?
— Знаешь, Ань, твоя несдержанность может рано или поздно сыграть с нами злую шутку. Я понимаю, что это часть твоего характера и, скорее всего, даже часть твоей стихии. Но все же… — напомнил я девушке неприятную ситуацию, что приключилась с нами сразу дважды за этот вечер.
— Я понимаю. Только сделать ничего с собой не могу. Иногда получается сдержаться, но порой я вообще почти отключаюсь… — признала свою проблему Аня.
— Нужно спуститься в подземелье и взять новый кусочек цинтия. Сможешь хотя бы касаться его, сунув руку в сумку, чтобы утратить контроль над своей магией. Скорее всего, это поможет тебе успокоиться или как минимум ничего не натворить. Как временное решение должно подойти.
— А ведь точно! Отличная идея!
— Аня! Подойди, пожалуйста!
Наш разговор прервала Светлана Владимировна, и я сразу же выполнил ее просьбу.
— Мы на сегодня закончили с исцелением. Неудачный вы выбрали день для подобных травм. После всех этих дуэлей мы уже почти исчерпали запасы маны из кристаллов. Но ладно уж, — целительница явно устала и решила не читать нам долгих лекций. — Руку мы сможем восстановить полностью. Степан Викторович дал распоряжение, так что мы можем использовать все необходимое за счет академии, и ко времени отъезда повреждения удастся устранить. Но это не все. Вам необходимо будет пройти обследование в столице. Я не смогу здесь определить, в каком состоянии ваш источник, Марина Андреевна, но есть основания полагать, что он мог получить повреждения…
— Ох, боюсь, нам не по карману обследования в столице, — ответила заплетающимся языком Анина мама. Действие алкоголя с нее уже сняли, но вот усталость на женщину навалилась просто смертельная. — А какие последствия могут быть, если вы правы насчет повреждений?
— Зависит от их масштабов. Есть шанс, что вы не заметите особой разницы, и со временем все восстановится. Но есть также шанс, что вам потребуется расходовать гораздо больше маны, отчего даже простые заклинания станут довольно затратными. В худшем же случае вы рискуете вообще утратить способность контролировать свою магию! Поэтому я настоятельно рекомендую поискать возможности для проведения детального обследования, пока не стало слишком поздно! — целительница выдержала небольшую паузу, после чего продолжила: — И еще кое-что — вы сильно израсходовали ресурсы организма, значительно превысив нормальный предел. Если с рукой мы справимся за пару дней, то вот слабость в теле у вас будет по меньшей мере несколько недель. Вы должны побольше отдыхать в это время, да и не способны будете вести активную деятельность.
— Спасибо вам большое. А я могу сейчас вернуться в свою комнату? Я завтра должна встретиться…
— Вы вообще меня слушали? Сейчас даже встать не сможете, а собрались к себе идти! Постельный режим!
На этом моменте я решил вмешаться.
— Светлана Владимировна! Позвольте одолжить у вас одну платформу? Я доставлю маму в комнату, а завтра верну ее в больничные палаты на процедуры. Вы ведь уже в курсе ситуации, как она получила эти травмы? Мне бы не хотелось оставлять ее одну… Я понимаю, что у вас тут безопасно, но хотелось бы быть уверенной, что к ней не попадут «нежелательные посетители».