Чтение онлайн

— Что Палу говорит?

Сенти повернулся к ней.

— Мартитран удивляется. На самом деле, до водного мира рукой подать. Но Палу объясняет это скоростью полета буйков. В действительности на лошади это бы заняло деньили два, может, чуть поменьше. Мартитран, будучи горцем, мало разбирается в сей науке.

— Объясните этому неудавшемуся ученому, что мои буйки могут так пролететь еще долго, и скорость их можно увеличить еще больше, только это ни к чему. — Подал голос Трэм, являя между сидениями брата и сестры морду с красными глазами.

Милена засмеялась, а Эмиса проснулась.

— Что смеемся?

— Магистр Трэм обозвал твоего дядю «неудавшимся ученым»! — Милена тут же словила недовольный взгляд Сенти.

— Между прочим, наш король не принуждает свой народ заниматься только тем, что диктует династия. Тогда бы мы все стали учеными. Учитывая, от какой ветки мы происходим, нам всем туда дорога. И кто бы тогда добывал пищу, строил дома, шил одежду, занимался политическими вопросами, и так далее? Вы не находите это глупым? Каждый родившийся человек имеет право выбора заниматься тем, что диктует его природа и естество, тем, к чему он склонен от рождения. — Высказалась Эмиса.

— Разве не зеркала диктовали вам эту политику?

— Зеркала никогда не указывали нам, кем быть. Они всего лишь подсказывали и направляли, а мы уже сами вправе решать, верить им или нет.

— Ученым можно быть в разных сферах. — Сказала Милена. ??Например, чтобы просто сшить одежду, достаточно иметь хороший талант и тягу к этому делу. Ну, а если ученые разработали прекрасные машинки для ускорения этого процесса, то это просто великолепно!

— Да ну вас. — Фыркнул Трэм, не желая больше связываться с женщинами.

— Ты умеешь создавать одежду? — Удивился Сенти. Раньше он никогда не задавался вопросом, к какому делу Милена имела тягу. Видимо, его еще ранее поразило ее умение метко стрелять из лука, не считая проявления недевичьей силы, когда она злилась. Что бы это могло быть и почему, Сенти пока не размышлял.

— Хм… Вообще-то нет, но при желании можно сымпровизировать.

— Чем же ты занималась в том мире?

— Да так, работала в одной мелкой конторке, бумажки с места на место перекладывала, даже говорить не о чем. — Милена махнула рукой.

— Что это за занятие такое для женщины?

— Вполне нормальное занятие, но скучное. Денежку мне платили, хоть и маленькую. Все равно я оттуда собиралась увольняться.

— Не могу поверить, что ты работала? — Глаза Сенти становились шире, а выражение лица возмущеннее.

— А что мне было делать, жить как-то надо, существовать, кормить себя, одеваться…

— Но ведь ты еще молода, должна была учиться в какой-нибудь академии. Там были учебные заведения?

— Конечно, были, Сенти! Вот я и делала два дела, работала и училась.

— Как такое может быть?

— Да чего ты злишься? Тебя туда никто не посылает.

— Я не злюсь… — Сенти бросил взгляд на Эмису, та улыбалась. — Что я такого сказал? Девушка должна учиться дома, сначала всему, чему научит ее мать, а потом в высшемзаведении династийного профиля. — Пояснил он свой порыв.

— Ну да, и все у вас так учатся?

— Разумеется, все!

— А простолюдины?

— А они-то здесь при чем?

— Действительно, ни при чем. А ведь среди них полно таких же молодых девушек, как я, желающих получить образование, только им этого не дано, потому что король в свое время развел династийную иерархию, подчиняя низшие звенья высшим. И не забывай: по вашим стандартам, я еще сама недавно являлась той самой простолюдинкой. Тогда какой с меня спрос?

Сенти промолчал.

Тут подал голос Палу в наушниках Сенти.

— По обрывкам твоих фраз я понял, что у вас там родился некий спор?

— Ерунда.

— И вовсе не ерунда! — Воскликнула Милена, думая, что он все еще с ней говорит. Но поняла, что Сенти говорит с братом, потому что последовала следующая фраза:

— Нет, еще не спрашивал.

— Палу? — Решительно спросила она.

— Да. — Нехотя ответил Сенти.

— Что он говорит?

Сенти прекрасно понимал: Милена отчетливо ощущает, что речь шла про нее, поэтому сидел и хмурился, не радуясь ее догадливости.

— Это какая-то тайна? — Видя, что Сенти не особо спешит объясняться.

— Да нет тут никаких тайн! — Сенти на мгновение замолчал. По лицу было видно, что в наушниках опять раздался голос брата. — Сейчас… — Буркнул, наконец, Сенти, и было совершенно непонятно, чего он так тянет с тем, о чем все время настойчиво твердит ему Палу.

Милену это заинтриговало ровно до того момента, как Сенти озвучил вопрос, и она сникла.

— Палу спрашивал о твоих снах.

— И?

— Что «и»? — Сенти непонимающе повернул к ней лицо.

— Какие сны? У меня их было несколько.

— Самые последние, что приведут нас к нужному месту за считанные минуты. Ты же говорила, что видела то место, но не описывала.

— А толку?

— Слушай, Палу, если хочешь что-то узнать, говорил бы с ней сам, могу любезно предоставить такую возможность. — Непонятно на что сердился Сенти.

— Ой! — Эмиса сидела позади, склонившись над своей сумкой и бережно доставая оттуда двумя руками свое зеркало. — Смотрите!

Ее глаза лучились светом и счастьем, а зеркало ожило, заиграло, радостно приветствуя свою хозяйку после, казалось, уже непробудного сна. Милена так обрадовалась Эмисиному счастью, что уже было кинулась по обыкновению достать свое зеркало, но вовремя вспомнила, что оно временно поменяло место жительства, а вот реакцию Сенти на все это никак невозможно было понять. Тот бегло бросил взгляд в сторону и криво улыбнулся, а затем недовольно сжал губы.

— Ты чего такой недовольный?

— Палу с тобой хочет поговорить. — И он стал снимать наушники, но специальное приспособление, собранное умелыми руками магистра, не отличалось простотой в обращении, что знала Милена по земным понятиям. Здесь крылась какая-то хитрость, видать, по задумке трудолюбивого ученого пилот буйков ни при каких обстоятельствах не должен был потерять свое средство общения с внешним миром, будто это жизненно важно, и сейчас с пристальным вниманием наблюдал через красные глаза Рэми.

— Ну, и чего ты там возишься? Неправильно же надел. Хотя, если бы надел правильно, еще бы дольше снимал. — Рэми убрал морду и положил на лапы, являя меду сидениями только выпирающие лопатки.

— Давай помогу. — Услужливо предложила Милена и протянула руки. — Как же ты раньше снимал?

— Раньше у меня было две руки. — Раздраженно бросил Сенти, пытаясь развязать непослушные ремешки под подбородком до того, как Милена прикоснется к ним.

— Такое ощущение, магистр, будто Вы пытались смастерить два в одном: шлем и наушники.