Чтение онлайн

— Так и было дело. — Отозвался усталый стальной голос.

— Но у Вас получилась облегченная форма этого варианта, нечто среднее, закрывающее полголовы.

Милена приблизилась, устав смотреть на старания Сенти, и вновь протянула руки, тот уже не сопротивлялся.

— Ну, потерпи уж, сейчас я развяжу. — Заглянула она в глаза Сенти, а тот старательно отвел их в сторону, мол, «пристально наблюдает за дорогой». Милена улыбнулась своим мыслям, а пэр, заметив это, недовольно скосил на нее глаза и снова отвел, стараясь не обращать внимания, как ее тонкие пальчики возились с застежкой ремешка.

— Туговато просто… — Милена так сосредоточилась, что не заметила недовольное «кхм» магистра. — Ну, вот и все… — Застежка, наконец, поддалась, и Милена быстро стянула все это непростое сооружение с головы Сенти, водрузив на свою, ощутив вес и размеры наушников.

Привязывать она ничего не стала, а просто держала руками за выступающие места шлемофона, чтобы не скатился, и позвала Палу:

— Я здесь… — Протянула она в ожидании.

— И я тоже. — Раздался мягкий голос Палу.

Не то он шутить опять сейчас собрался, не то решил подыграть ее голосу.

— Как дела? — Начал он совершенно непринужденно.

— Хм… Нормально, если не считать странного настроения Сенти. — Она мельком скосила на него свой взгляд, тот и виду не подал, что как-то задет этим заявлением.

— Да не обращай внимания, это у него всегда такое «скачущее настроение», наверное, не с той ноги встал. — Милена неожиданно рассмеялась, услышав знакомое до боли земное выражение, и на душе как-то потеплело.

А Сенти это не понравилось: чего это ей там Палу говорит, отчего его невеста так цветет и радуется?

— Ну, ты поинтересовалась, почему он такой зануда?

— Нет. Боюсь даже попытаться.

— И правильно, его сейчас лучше не трогать, по себе знаю. Даже нормально вопрос тебе задать не мог.

— А что случилось? — Милена замерла в надежде, что Палу прольет свет на резко упавшее настроение Сенти.

— Это моя вина. Я ему напомнил кое о чем неприятном для него, что ожидает его по возвращении из нашего похода.

— Что же это?

— А я уже имел неосторожность об этом обмолвиться ранее, только в этой ситуации всплыли еще некоторые моменты стараниями зеркал, что так несвоевременно ожили, и Сенти, как одержимый, сверяет по ним свою судьбу.

Милена так сосредоточилась на разговоре и прониклась темой, что ощущала, как мурашки бегали по коже, заставляя неприятно морщиться. Сенти, поняв, что Милена с Палу вовсе не обсуждают тему прибытия, забеспокоился: еще не хватало, чтобы они про него там щебетали или о чем-то своем. Но ведь Палу там тоже слушают, и, походу дела, смекнул Сенти, тот не старается прятаться в объяснениях, как Мили.

— Вы просто поболтать или обсудить важные вопросы? — С претензией встрял в их разговор Сенти. — Может, уже по делу будете говорить и отдадите мне скорее эти наушники. Иначе я включаю громкую связь, все равно Честр проснулся. Надо было сразу так сделать. — Пробубнил себе под нос последнюю фразу Сенти, как только отвернулся от удивленного и расстроенного взгляда Милены. Но та промолчала на его замечание и стала действовать по просьбе.

— Я видела небольшую заводь, что ли. Я не знаю, как описать ту часть огромных вод, что окружена глубоким полукругом земли, а прямо посередине у самой воды росло плачущее дерево. Кстати, чем-то напомнило мне земную иву с такими длинными узкими листиками и длинными тонкими, как проволочки, веточками. Они были опущены к воде, и некоторые утопали в ней, колыхаясь от набежавшей волны.

— А почему плачущее? — Поинтересовался Палу.

— Потому что с листьев этого дерева падали маленькие капельки воды.

— Дождь, что ли?

— Может, и дождь, я не знаю. Но это еще не все! — Неожиданно Милена приободрилась. — В конце этого видения я видела яркий свет у самой головы, боковым зрением, и теперь, мне кажется, я знаю, что это было!!! — Голос Милены нарастал, глаза расширились, будто увидела это вновь, сейчас, и прямо наяву. — Сенти! — Повернулась она к пэру. — Я видела его!

— Кого? — Не понял он.

— Его, солнышко! Того, кто обитает в зеркалах! — И неожиданно так счастливо рассмеялась, будто видела восставшую свою родню, будущую счастливую свадьбу и всю жизнь, где текли только молоко и мед.

А Палу с Сенти в предвкушении замерли, потому что никому еще такого не удавалось, ну и, конечно же, Рэми встал почти во весь рост, насколько это было возможно, и каким-то чудом просунул морду между сидениями и изумленными Честром и Эмисой.

— Девочка, так что же ты молчала раньше? — Изумился Трэм.

— Так я не поняла сначала! Только сейчас и догадалась, или мне зеркало подсказало. Не знаю, как их называть теперь.

— Нам их придется как-то по-другому называть? — Честр все это время сидел, с интересом слушая и радуясь, что вовремя проснулся. Эмиса бы потом рассказала, но самомууслышать всегда приятнее и надежнее.

— Ну да, они же не зеркала. Они словно солнышки, сгустки света, маленькие такие, красивые. — Милена выставила руки так, чтобы видели все, кроме тех, конечно, кто обитал в другом буйке, и показала размеры солнышка.

— Такие маленькие? — Эмиса посмотрела на свое зеркало. — Тогда понятно, почему они в таких маленьких зеркалах.

— Но Милена-то большая. — Смекнул Честр, к чему клонит его сестра.

— Вот только непонятно, почему только зеркало Милены покинуло свое обиталище и нашло новое, а наши нет? — В голосе Эмисы слышалось расстройство и, возможно, обида и некоторая зависть.

— Ее зеркало самое древнее, значит, и старше. — Подумав, ответил магистр. — Наверняка эти солнышки, как выразилась Милена, тоже имеют возрастную категорию и старшую правящую главу. Если твое солнышко, Милена, не против моей гипотезы, пусть даст знать.

— Я не ощущаю никаких негативных позывов.

— И то хорошо, так на чем мы остановились?

— Хорошо. Сенти, Палу просит включить громкую связь, чтобы всех слышать. Ему жутко интересен наш разговор, как и остальным, что кричат мне в уши.

— А ты вообще уже можешь отдать мне эти наушники. — Пробурчал Сенти, нажав кнопку на панели.

Милена улыбнулась возмущенным голосам, раздавшимся сначала отдаленно в ее ушах, а потом и на весь буек, когда громкая связь была включена. Эмиса с Честром рассмеялись. Теперь уже в кабине стоял настоящий гам, и голосов ощутимо прибавилось.

— Давай, Милена, рассказывай, что там еще было. — Прорезался среди остальных голос Мирэля.

— А что рассказывать? Я вроде все рассказала.

Послышались недовольные голоса.