Чтение онлайн

Левая рука Веры потянулась к трубке телефона, а правая раскрыла и стала листать записную книжку…

— Андрюша, привет! — произнесла она имя персонального массажиста — смазливого мускулистого паренька лет 25-ти…

— Добрый вечер, Вера Сергеевна! — ответили ей с другого конца провода, хотя, по правде говоря, на улице давно была уже ночь…

— Андрюша, приезжай ко мне, пожалуйста! — Вера начала сразу брать быка за рога…

— К вам? Сейчас? А что случилось-то? Что за срочность? — массажист, похоже, не понимал, радоваться ли ему или огорчаться, — то ли дергают его ради забавы, то ли действительно у генеральской жены есть заманчивое предложение…

— Да ничего не случилось, Андрей! — как можно ласковее старалась говорить Вера. — Просто мне… мне нужен… В общем, приезжай, прошу, прямо сейчас!!!

— Так уже полночь, Вера Сергеевна!!! — по-прежнему сопротивлялся Андрей.

— Сто долларов устроит? — дерзко предложила уставшая терпеть женщина.

— Хорошо, приеду. Через полчаса буду! — сдался Андрей, одновременно и размышляя о том, куда потратит солидный гонорар, и предвкушая радость телесных утех с красивой, в самом соку, женщиной.

— И еще… Не забудь по пути захватить презервативы…

— …

— Впрочем, к черту презервативы! Гулять так гулять!!! Жду тебя, Андрюша!!!

— А что случилось-то? — в голосе парня нарастало радостное возбуждение, а вот понимание пока еще не приходило…

— Потом, Андрюша, потом! Все потом! Жду тебя, мальчик, хочу тебя, котик! Поторопись, ласковый мой…

— Лечу, Вера Сергеевна, я мигом…

В начале было просто темно. Но это было недолго. Вдали зажегся желтый огонек, и он приближался: сначала мерцая, затем светя ровно, становясь все ярче. Так сквозь темноту проглядывает, а потом растет, разгорается свет прожектора поезда, несущегося к станции. И чем он ближе и ярче, тем светлее и радостнее на душе в преддверии конца ожидания и начала путешествия… Наконец, точка превратилась в круг, светивший ровно — не столько как Солнце, сколько как мудро-тихая, таинственная Луна, и так же, как на Луне, на нем были темные пятна, похожие на моря и океаны, и чем ближе они становились, тем яснее становилось, что никакие это не моря, а чередование света и тени…

Когда полет по тоннелю закончился, Сергей плавно выплыл на приветливую полянку, окруженную неприветливым, угрюмым лесом. Он стоял на перепутье — как в сказке, дорога расклеивалась на три тропки, только вот указательного камня не было и в помине… Пришлось вспоминать… Налево — коня потеряешь, направо — жизни лишишься, прямо… Нет, не вспоминается… Что ж, тогда прямо…

— Ты сделал верный выбор, это радует, — она подплыла незаметно и нежно взяла его под правую руку, — я провожу тебя, тут небезопасно… да и заблудиться можно.

— Здравствуй, Анима, я рад тебя встретить тут, — Сергей удивительно сразу узнал властительницу своих снов, — но, может, ты скажешь свое настоящее имя?

— Спасибо, что помнишь меня. Мне приятно. Меня зовут Гесиона. Думаю, мое имя мало что тебе говорит…

— Да… Я такое слышу впервые… А куда мы идем?

— Разве я могу тебя отвести в плохое место. Доверься мне, здесь близко.

— А где мы?

— Это… обычно мы называем это Междумирьем… Тут почти как у вас… Может, чуть мрачнее, потому что небо всегда закрыто плотными облаками… Зато не бывает зноя, — шутливо и вместе с тем грустно, на глубоком выдохе, добавила девушка.

Действительно, сумрачный хвойный лес довольно быстро закончился, и они вышли к берегу неширокой реки. Спустились по песчаному откосу к едва текущей воде. Все как обычно — куцые метёлки камышей и каштаново-рыжие свечечки рогоза, махровые коричневатые водоросли под гладью и ни души вокруг…

— Вот там они и живут, за речкой, — загадочно проговорила Гесиона.

— Они?

— Да, обитатели Иномирья. А сюда, к нам, попадают те, чьи тела не были преданы земле, точнее, захоронены не по ритуалу, неправильно…

— И тебя тоже не по ритуалу? — поспешил осведомиться Сергей.

— Не знаю, может быть… Я тут на особом положении… Может, дело в чем-то ином… — девушка вновь грустно вздохнула.

— Но я никого не вижу там… — Сергей стал упорно вглядываться в противоположный берег, но увидел только желтую полосу песка, только деревья, такие же камыши и рогоз, и никакого даже мало-мальского человеческого присутствия.

— Я тоже не вижу, — подтвердила его сомнения девушка. — Чтобы увидеть, надо оказаться на противоположном берегу, потом проникнуть за купол, съесть волшебной травы, только тогда…

— Да, сложновато… Но попробовать стоит! Поплыли?

— На чём?

— Вплавь, тут же совсем близко — метров пятьдесят, не больше…

— Вода холодная, даже очень холодная, — заботливо предупредила девушка.

— Ну, ничего, тогда я один… — и Сергей стал снимать рубашку, совсем не думая о чувстве стыда перед Гесионой.

— Удачи! — только и промолвила девушка, садясь на песок.

К счастью, у Сергея хватило ума не разбегаться. Он всегда входил в воду медленно, а в этот раз решил сначала попробовать её рукой… Но стоило пальцам достичь глади реки, как они тут же покрылись миллиметровым слоем колючего сине-серебристого инея, а спустя доли секунды ладонь прожгла ужасная боль, от которой юноша не мог не выкрикнуть нецензурное «Бля» и резко дернуть руку на себя…

— Ну, как? Обжегся, милок? — раздался за спиной знакомый басок.

Открыв глаза, Сергей понял, что он снова на кладбище, а река, девушка, дремучий лес — не более, чем грезы, хотя очень яркие и запоминающиеся. Рука горела, но ожог, похоже, был не сильным — так, покраснение, и не более того. Впрочем, он был не уверен, ведь полученные позавчера в дар от Ариадны ожоги еще не прошли… Он поднес ладонь к лицу… Вот это да! На пальцах блестели кристаллики голубого льда. Значит, это был не совсем сон или…

— Что это было? — обратился он к монаху.

— Я ничего не видел, а ты? — загадочно отвечал вопросом старик.

— Я видел… Видел девушку, она назвалась Ге… Гермионой, кажется, нет… как-то иначе…

— Может, Гекатой, Гестией, Гиппокреной? — предположил старик.

— Нет, нет… Ну, да ладно… И еще там был лес и река, и она рассказала мне про Иномирье. Ты знаешь, что это такое?

— Приблизительно… — лавировал монах.

— И что же?

— Долго объяснять, Сереженька! Плохое это место, нечистое, там плач и скрежет зубовный…

— Это Ад?

— Не нравится мне это слово, но если ты хочешь — называй его так… Действительно, Иномирье — это один из отсеков царства мертвых, пожалуй, самый обширный и густо заселенный.

— А Междумирье? — вновь поинтересовался Костров.

— Междумирье? Ну, это что-то вроде Чистилища, хотя, конечно, не совсем… Там обитают неправильно захороненные и ряд других категорий…

— Каких? — не унимался Сергей.

— Ну, откуда мне все знать… — сопротивлялся монах.

— А эта девушка, она там почему? — наступал Костров.