Воды Рубикона
Шрифт:
Хофф рассеянно кивнул. А затем вздрогнул. Где-то совсем недалеко раздался быстро нарастающий рокот вертолетных винтов. К торговому центру явно приближалось целое звено «вертушек». А еще через секунду на первом этаже послышался топот ног в тяжелых армейских ботинках и неразборчивые отрывистые команды. Замелькали лучи подствольных фонарей.
Хофф, опершись ладонью об пол, поднялся на ноги. Затем нашел взглядом свою штурмовую винтовку и, подобрав ее, проверил количество патронов в магазине.
– Значит, так! – крикнул сержант и, закашлявшись, сплюнул застрявший в горле сгусток крови. – Маус и Дебра – займитесь ранеными, Гам, Мак – соберите жетоны тех, для кого сегодняшний день стал последним. Остальные – заберите у двухсотых оружие и патроны и готовьтесь к бою! Я не знаю, кто эти ребята, но нутром чую – со спасателями они не имеют ничего общего. На все пять минут, потом выступаем. Вопросы есть? Нет? Тогда за работу!
Сержант тяжело вдохнул и, почувствовав головокружение, опустился в кресло. На вопросительный кивок Мауса мотнул головой и, потерев переносицу, еще раз окинул взглядом зал.
Выжившие наемники и ученые занялись делом. Борисов упаковывал обломки установки в кофр с инструментами. Рекламного стенда, замеченного перед самым отключением устройства, Хофф не увидел. Однако даже того, что он успел различить, хватаясь за раскаленный корпус, было достаточно.
На баннере был изображен сталкер в камуфляжной куртке, закинувший на плечо автомат Калашникова. Его лицо скрывал противогаз, в линзах которого клубилась тьма, однако Хофф ни капли не сомневался, что человек ухмыляется. Одной ногой мужчина стоял на трупе наемника с простреленной головой. Судя по униформе – принадлежащего к войскам частной военной корпорации «Blindwater». В пальцах свободной правой руки сталкер сжимал горящий земной шар. Название над всей композицией гласило: «Человек, убивший человечество».
Хофф поморщился и сплюнул. Мертвым наемником – в этом сержант почему-то нисколько не сомневался – был он сам. А вот неизвестным сталкером – единственный человек в Московской Зоне, за пределами своего ЧВК, которого сержант мог бы назвать другом.
Это был человек, вместе с которым они по приказу полковника Брэнона штурмовали взлетающий с Тушинского аэродрома самолет. Это был храбрый и честный охотник за артефактами. Это был Роман Нестеров.
Глава 10
Трюмы «Мидаса»
«Бродяга» резко затормозил и, проехав по инерции еще немного, ударился тяжелым носом о ржавый остов брошенной легковушки. Машина, заскрипев по асфальту лишенными покрышек колесами, отъехала в сторону и проскрежетала бортом о замерший возле остановки пассажирский автобус с грязными и мутными стеклами.
– Все, приехали, – объявил Ланцет, ставя фургон на ручной тормоз. – Дальше только пешком.
Снайпер повернул ключ зажигания и, выдернув его из приборной панели, бросил Азимуту. Майор, кивнув, убрал металлический прямоугольник с электронными разъемами в карман куртки.
– Значит, так, господа сталкеры, – проговорил Бруно, опуская висящий над столом прозрачный экран и нажимая несколько кнопок.
В воздухе повис крутящийся логотип ЦАЯ и узкая, постепенно заполняющаяся полоса «загрузки». Через несколько секунд они сменились спутниковым снимком высокого разрешения. Возле длинной бетонной набережной стояло несколько вмерзших в лед судов. Пара теплоходов, предназначенных для речных круизов, один из которых завалился на бок и демонстрировал широкую пробоину в брюхе, и четыре тяжелых сухогруза. Прогулочные суда замерли возле большого серого здания, в очертаниях которого Роман определил Северный речной вокзал.
– Вот наша цель, – ткнул пальцем в экран представитель Центра, от чего изображение слегка зарябило.
Нестеров прищурился, разглядывая корабль, стоящий у причала. Обычный речной сухогруз с высокой рубкой на корме. Слегка накренился на правый борт и отбрасывает на набережную длинную тень. Створки люков всех четырех грузовых отсеков закрыты и опечатаны. Стоящие вдоль бортов небольшие подъемные краны проржавели, несколько рухнуло на палубу и теперь лежат на ней бесформенными грудами обломков. Возле одной просматривалась большая синяя сфера неправильной формы.
– Насколько я понимаю, на объекте достаточно высокая аномальная активность? – уточнил Белл, указав на еще несколько подобных сфер.
Одна из них была снята как раз в момент «разрядки» – во все стороны летели молнии, а на ступенях и поручнях ближайшей лестницы плясали синеватые огоньки.
– Верно, – подтвердил Бруно. – Аналитики в штабе пришли к выводу, что на корабле может находиться до тридцати «шокеров» и в несколько раз больше «свечей святого Эльма».
Сталкеры переглянулись.
– Ох-ре-неть, – негромко пробормотал Свистунов. – И что нам теперь делать?
– Быть осторожными, – мрачно произнес Роман, продолжающий изучать детали на снимке.
Возле одного из трапов «Мидаса» черным прутом валялся Ак-103. Рядом с ним на ржавом металле едва выделялось давно засохшее кровавое пятно, тянущееся вдоль борта к пролому в ограждении.
– Хорошо, что сейчас зима, – подтвердила догадку Нестерова Анна. – Большинство подводных тварей спит и видит сны.
Роман кивнул.
– Хорошо, агент Бруно. – Сталкер закончил осмотр корабля. – Каков ваш план?
– На пальцах все довольно просто, – сообщил сотрудник ЦАЯ. – Мы войдем через парк, спустимся к реке возле здания Северного речного вокзала, а оттуда через технические ворота попадем в грузовой порт.
– Ясно. – Нестеров потер подбородок. – А почему бы не пройти через складскую зону? Это ведь значительно быстрее.
– Вот поэтому, – объявил Азимут, и коснувшись карты, прокрутил ее вверх.
Все, кроме майора и Бруно, непроизвольно издали возгласы удивления.
– Твою же мать… – Ланцет покачал головой.
– Давненько я «темпоральных капканов» не видел, – изумленно произнес Свистунов. – Их же на всю Москву три или четыре?
– Пять, – поправила Анна. – Последний две недели назад обнаружили наемники в Крылатском. Висит в центре многоквартирного дома, затягивает в себя пролетающие мимо вертолеты.
Роман тем временем продолжал изучать спутниковый снимок гигантской аномалии. Прямо посреди складской зоны порта, захватив всю проходную и часть шоссе, зияла глубокая яма с ровными краями. Части зданий, через которые она проходила, попросту исчезли, а на их месте образовались ровные срезы, обнажающие внутреннее устройство стен и перекрытий.