Чтение онлайн

Сталин предложение Уншлихта одобрил и распорядился подготовить соответствующее постановление политбюро ЦК РКП(б).

Состоялся Четвертый конгресс Коминтерна. После него, с целью оживления и активизации деятельности зарубежных компартий, значительно оживилась работа по переправке нелегальным путем из СССР и обратно людей и грузов, по внедрению (под прикрытием коммерсантов, представителей разнообразных фирм и т. д.) нелегалов. Так, Бакинский пункт ОМС для связи с Иранской компартией «выделял нужное количество состоящих в Азербайджанской партии товарищей, знавших условия нелегальной работы в Персии. Поручал отобранным товарищам легализоваться и обосноваться в Персидском Азербайджане для организации и содержания с помощью Восточного секретариата ИККИ явочных пунктов на персидской территории. Уделял особое внимание использованию автомобильного сообщения путем установления связи с шоферами и организации хозрасчетного пассажиро-грузового автомобильного сообщения».

К концу 1922 г. центральный аппарат ИНО ГПУ составил 70 человек.

По состоянию на декабрь 1922 г. объединенные резидентуры ИНО ГПУ/Разведупра работали в 10 государствах: в Югославии, Болгарии, Чехословакии, Польше, Литве, Финляндии, Турции, Китае, Германии и Франции. Раздельно осуществляли свою деятельность лишь агентурные сети разведотделов военных округов и полномочных представителей ГПУ.

В декабре 1922 г. в своем «Завещании» и «Письмах к съезду» Ленин констатирует: «Тов. Сталин, сделавшись генсеком, сосредоточил в своих руках необъятную власть.»

С целью пропаганды среди населения свершений советской власти и увековечения достижений России в автомобилестроении в декабре 1922 г. в РСФСР выпущена почтовая марка с изображением почтового автомобиля.

22 декабря 1922 г. была официально зарегистрирована Автономная индустриальная колония (АИК) «Кузбасс». Основную численность колонии составляли советские граждане. К концу 1923 г. на предприятиях колонии работало около 8 тысяч человек. Вначале в состав колонии были переданы шахты Кемеровского рудника и коксохимические печи, затем, в 1923 г., к ней отошли Кольчугинский, Прокопьевский и Киселевский рудники.

Были открыты два зарубежных представительства АИК в Нью-Йорке и Берлине, задачей которых была вербовка колонистов и закупка оборудования. Американское бюро АИК находилось в центре Нью-Йорка на Бродвее, им было открыто около 30 центров поддержки АИК в горнопромышленных районах США и Канады. Распространению в США информации о создании колонии способствовали и газетные публикации.

Всего в АИК «Кузбасс» из-за рубежа прибыло не менее 753 человек (653 взрослых и 100 детей). В АИК трудились люди более 30 национальностей. Крупнейшими национальными группами были: финская, американская, русская, немецкая, югославская. Иностранцы составляли ядро колонии, но вместе с ними работали и русские, их было в колонии около 5 тысяч. Директор колонии, Себальд Рутгере, называл АИК «Наш маленький интернационал в Сибири».

Целью колонистов было сделать АИК образцовым предприятием. Из-за границы для предприятий АИК было ввезено огромное количество горного, химического, электрического, строительного и сельскохозяйственного оборудования. Центром деятельности колонии был Кемеровский рудник — здесь находилось правление, в бывшем доме управляющего жили директор С. Рутгере и ведущие специалисты, эта территория была главной экспериментальной площадкой для внедрения европейской архитектуры и новейших строительных технологий. За время существования колонии аиковцами были реконструированы и электрифицированы шахты, достроен и пущен 1-йв Сибири коксохимический завод в Кемерове, проведена электрификация деревень, создана механизированная сельскохозяйственная ферма, построены первые благоустроенные поселки в городах Кузбасса.

За очень короткое время (1922–1926) удельный вес АИК в добыче угля вырос в 8,5 раза. Результаты деятельности колонии значительно опережали показатели государственного «Кузбасстреста».

29.12.1922 на конференции делегаций от съездов четырех республик — РСФСР, УССР, БССР и ЗСФСР — принято решение об образовании СССР и подписан соответствующий договор. Необходимость «тесного объединения советских республик в одно союзное государство» Сталин обосновал аргументами экономической выгоды.

30.12.1922 состоялся I съезд Советов СССР, который утвердил Союзный договор.

В связи с образованием СССР лицам, не желавшим жить в новом государстве, было разрешено покинуть его пределы. Из страны эмигрировали около 2 миллионов человек. Родину покидали остатки цвета отечественной науки, литературы, искусства, не уехавшие из нее сразу же после Октября 1917 г. «Ну и пусть! — говорили противники использования старых буржуазных кадров. — Пусть будут тупые, но свои по духу, чем умные, но вынашивающие мысли, отличные от директив партии».

На совещании РВС под председательством Э.М. Склянского признано нецелесообразным объединение агентурных аппаратов ИНО ОГПУ и Разведупра. Начался процесс разделения их общих зарубежных агентурных сетей с назначением в каждую из них своего резидента, который завершился в декабре 1924 г. Он проходил болезненно, со сменой оперативными работниками своей прежней подчиненности.

Против такого разделения выступал Наркомфин — разделенные разведки обходились значительно дороже. В последующем он не раз вносил предложение об их обратном слиянии. Однако такие эксперименты в конечном итоге заканчивались «бракоразводными ритуалами».

11 января 1923 г. вышло постановление Политбюро ЦК РКП(б) № 43 «О дезинформации», в котором перед создаваемым Бюро дезинформации ставились следующие задачи:

«1) Учет поступающих как в ГПУ, так и в Разведупр и другие учреждения сведений о степени осведомленности иностранных разведок о России.

2) Учет характера сведений, интересующих противника.

3) Выяснение степени осведомленности противника о нас.

4) Составление, техническое изготовление целого ряда ложных сведений, документов, дающих неправильные представления противникам о внутреннем положении России, об организации и состоянии Красной армии, о политической работе, о руководящих партийных и советских органах, о работе НКИД и т. д.

5) Снабжение противника вышеуказанным материалом и документами через соответствующие органы ГПУ и Разведупра.

6) Разработка ряда статей и заметок для периодической прессы, подготавливающих почву для выпуска в обращение разного рода фиктивных материалов с предоставлением их в каждом отдельном случае на рассмотрение одного из секретарей ЦК».

Буквально через несколько суток нарком иностранных дел М. Литвинов направил Сталину заявление, в котором выступил с резкой критикой данного постановления: «НКИД сознает необходимость циркулирования в тех или иных случаях дезориентирующих сведений и нередко этим способом пользуется. НКИД, однако, ни в коем случае не может считать ГПУ компетентным решать, когда и какими путями сведения следует пускать в обращение. В частности, я на днях лишь предписал всем полпредствам систематически опровергать все появляющиеся в иностранной печати ложные и сомнительные сведения о России. Может случиться, что сведения, распространяемые вновь созданным бюро, будут сейчас же опровергаться нашими полпредствами».

Демарш Литвинова не имел каких-либо реальных последствий — Бюро дезинформации было создано и благополучно просуществовало до конца 30-х гг. В отместку ГПУ начало целенаправленно работать по ослаблению позиций НКИД и дискредитации его сотрудников.

Бюро дезинформации (Дезинформбюро) активно использовалось в ходе операции органов безопасности под кодовым наименованием «Трест». Целый ряд западных разведок обратился к мифической российской подпольной организации с просьбой раздобыть данные о Красной армии и положении в стране. Они получали ответы, которые готовились офицерами Штаба РККА и военными разведчиками. Работу эту по просьбе чекистов санкционировал начальник Штаба РККА Михаил Николаевич Тухачевский. Однако в письменном виде это официальное взаимодействие нигде не было зафиксировано. Со временем данный факт стал ключевым при обвинении последнего в шпионаже.