Чтение онлайн

И вот с цепью произошло то же, что случилось когда-то с линией: она раздвинулась, разбилась на много маленьких цепочек, или, вернее, групп. Каждая группка бойцов стала двигаться самостоятельно, стала сама рыть себе окопы и маскироваться.

То, что было когда-то одной прямой линией, стало теперь причудливым сочетанием множества точек — сетью замаскированных огневых точек.

Так родился новый, нынешний боевой порядок.

Нынешний боевой порядок отличается от всех прежних тем, что он невидим.

Его нельзя увидеть потому, что бойцы не собраны в каком-либо одном месте, а разбросаны по всему тюлю и к тому же тщательно замаскированы: поле боя кажется пустым. Но если бы даже и нашелся такой острый глаз, который сумел бы различить бойцов, несмотря на их маскировку, он, пожалуй, не уловил бы порядок их расположения. Он увидел бы бойцов, но не увидел порядка.

Там, посреди поля, станковый пулемет; а здесь почему-то — ручной пулемет; а еще в другом месте — отделение стрелков; а вот, совсем отдельно, под еле заметным кустиком—всего два человека: снайпер и его помощник; где укрылся миномет, где противотанковая пушка, где маленькое пехотное орудие; среди пехотинцев, как будто случайно, затесались артиллеристы-наблюдатели со своими телефонами и радиоприемниками; а в лощинках и перелесках почему-то стоят еще стрелки и вместе с ними танки.

Какой же это порядок? Это скорее беспорядок.

На самом деле порядок тут есть, и даже очень строгий, но невидимый. Уловить его сразу так же трудно, как уловить порядок в расположении фигур на шахматной доске в середине партии. Почему одни фигуры ушли вперед, а другие остались позади? Почему ферзь занял этот квадрат, а не другой? Почему конь стал там, а слон тут? Ответить на все эти вопросы можно только после того, как вникнешь хорошенько в позицию, учтешь замыслы противников. И только тогда поймешь, что каждой фигуре отведено самое правильное место.

Так и в бою. Силы распределены с таким расчетом, что откуда бы ни сунулся неприятель, он повсюду наткнется на огонь наших стрелков, пулеметчиков, минометчиков, артиллеристов, в любом случае понесет огромные потери. А когда, ослабленный потерями, он придет в замешательство, тогда из лощинок и перелесков внезапно появятся бойцы наших «ударных групп», помчатся вперед наши танки, заговорит артиллерия, взовьются в воздух наши самолеты-бомбардировщики, — одним словом, начнется наше наступление...

Фаланга, легион, кабанья голова, колонны, линии, цепи — любой из прежних боевых порядков был однообразным, несвободным, одним для всех случаев.

А нынешний порядок нельзя применять, не думая, он дает бесчисленное количество различных возможностей, разных расположений бойцов. Этот порядок можно сравнить со сказочным существом Протеем, который мог принимать по желанию любой вид: он всегда тот же самый и всегда, вместе с тем, новый, непредвиденный.

Македонская фаланга двигалась вся целиком. Ее можно было сравнить с огромной живой глыбой. Конечно, присмотревшись к этой глыбе, можно было заметить, что она состоит из бесчисленных песчинок — людей. Но песчинки были так тесно прижаты друг к другу, что потеряли всякую самостоятельность. Воины должны были только подчиняться. А думал и решал за них полководец.

Нынешнюю армию следует сравнивать не с цельной, сплошной глыбой, а с сочетанием тысяч и тысяч разбросанных на огромном пространстве крупинок — отделений, взводов… Каждая крупинка тоненькими невидимыми ниточками связана с другими. И все же она сохраняет самостоятельность.

Ведь когда командующий армией отдает, например, приказ о наступлении, он не говорит, — да и не может сказать, — что именно придется делать каждому отделению. Это будут решать на месте их командиры — младшие командиры.

Получив необходимые указания, младший командир сам решает, как ему распределить на поле бойцов, когда и по какой цели открыть огонь, когда бойцам совершать перебежки, как лучше всего атаковать врага.

Армия наступает, это значит — наступают ее командиры со своими бойцами. У каждого из этих командиров своя особая задача, и он сам должен соображать, как с ней справиться. Можно сказать, каждый из них является как бы полководцем в маленьком масштабе. Правда, его «войско» совсем небольшое. Но все же в нем имеются бойцы разных специальностей, и руководить этим маленьким «войском» не легко.

Возьмем, к примеру, самую маленькую «крупинку» — стрелковое отделение. В нем всего десять, самое большое пятнадцать человек. Но эти десять бойцов вооружены по-разному: одни стреляют из винтовок, другие из пулеметов, еще иные из гранатометов. Значит, командиру отделения надо отлично знать свойства всех этих видов оружия, надо знать тактику.

Подобно своему командиру, и рядовые бойцы не просто исполняют приказания, а соображают, как их лучше выполнить.

Ведь бойцы располагаются не рядом, как это было в линейном строю, а на расстоянии друг от друга и от командира. Пулеметчик, например, располагается обычно на фланге, а гранатометчики сзади, где-нибудь в стороне.

Стрелковое отделение в бою.

Каждый сам маскируется и выкапывает себе окоп.

Да и наступают бойцы часто не все сразу, а поодиночке: сначала перебегут вперед один за другим стрелки, затем пулеметчики со своим пулеметом, потом гранатометчики с гранатометом.

При таком порядке каждому приходится работать в бою не только руками, но и головой.

Стрелковым отделением командует обычно младший сержант. Чтобы стать младшим сержантом, надо окончить полковую школу. Учатся в ней девять месяцев.

Помощником и заместителем командира отделения назначают лучшего, опытнейшего красноармейца. Его называют ефрейтором. Ефрейтором может стать тот, кто прослужил больше года в Красной армии и прошел специальные месячные курсы.

Лучшие младшие сержанты, получив достаточный опыт, могут, выдержав особые испытания, получить звание сержанта и старшего сержанта. Старшего сержанта назначают обычно на должность помощника командира взвода. Старший сержант может затем получить звание старшины.

Лучшим младшим командирам, прослужившим на сверхсрочной службе в армии не меньше трех лет, открывается путь дальше: окончив шестимесячные курсы, они получают звание младшего лейтенанта. Из младшего командного состава они переходят, таким образом, в средний.

Есть еще и другой, более быстрый способ стать средним командиром: надо поступить в военную школу, проучиться в ней два или три года и окончить ее отлично. Тогда можно сразу же по окончании военной школы получить звание лейтенанта.