Военная тайна-5
Шрифт:
"В Польше нарастала неорганизованность. 1 сентября столицу покинул президент И. Мосцицкий, 4 сентября началась эвакуация правительственных учреждений. 5 сентября из Варшавы выехало правительство, а в ночь на 7 сентября - и главнокомандующий Э. Рыдз-Смиглы. Ставка была перенесена в Брест, с 10 сентября - во Владимир-Волынский, с 13 сентября - в Млынов (близ Дубно), а 15 сентября - в Коломыю. Днем раньше там же оказался и Мосцицкий. 9-11 сентября польское руководство вело переговоры с Францией о предоставлении убежища для правительства. 16 сентября начались польско-румынские переговоры о транзите польского руководства во Францию, и 17 сентября правительство покинуло страну. Все это усугубило хаос и подрывало обороноспособность польских войск. Еще 10 сентября польское командование приняло решение оттягивать оставшиеся войска на юго-восток к границе с Румынией и здесь создать новый фронт. Однако обстановка коренным образом изменилась, и это решение уже не могло быть выполнено. Фланги германских войск продолжали продвижение восточное Вислы, завершая окружение остатков польской армии. Наступавшие с севера части 3-й германской армии 15 сентября захватили Брест, 16 сентября- Белосток, а 17 сентября - Влодаву. Наступавшие с юга войска 14-й армии к 16 сентября вышли на линию Самбор - Львов - Владимир-Волынский - Замосць, а войска 10-й армии, форсировав Вислу, подходили с юго-запада к Люблину." (Мельтюхов М.И. "Упущенный шанс Сталина")
Для всякого приличного правительства наипервейшей задачей является защита своей страны и народа, от имени которого оно шампанское на конференциях жрет. Польское правительство под такое определение не подходило: когда дурень с красным носом и рыжими вихрами задирает в цирке шпрехшталмейстера, получает в ответ оплеухи и с ревом убегает прятаться за кулисы - это нормально, ему за это деньги платят; но когда то же самое проделывают первые лица не самого последнего в мире государства - согласитесь, подобное вызывает недоумение. И интерес: отчего так? Несомненно, что у польского руководства были какие-то свои предвоенные планы, расчеты на развертывающуюся армию и виды на гарантии великих держав. Но вот, начинается война, войска терпят поражения, ни Англия, ни Франция выполнять свои обязательства не спешат - что должно делать ответственное правительство? Ховаться в огород, прикинувшись ветошью? Нет. Ответственное правительство ищет перемирия с противником. Так поступило правительство Германии в 18-ом году, так вело себя правительство Советской России в 18-ом и 20-ом. Так же поступят правительства Финляндии и Франции в 40-ом. Унизительно? Вне всякого сомнения! Но, высшие правительственные посты в государстве занимают не только для того, чтобы фиалки нюхать! Бывают вещи и поважнее. Например: спасать гибнущих бессмысленно под пулями и снарядами собственных солдат, спасать мирное население, спасать государство! Просто припомнить из-за чего все началось и отыграть назад! Понятно, что от Гитлера транспортным коридором и Данцигом уже не отделаться, но, уступив ему бывшие германские земли, можно спасти и сохранить остальную Польшу, вернувшую себе государственность каких-то двадцать лет назад! Это не вопрос, согласился бы Гитлер заключить перемирие - вопрос: почему польское руководство не сделало даже попытки остановить разгром своей армии и своего государства? А Гитлер бы согласился, еще бы и скакал до потолка от счастья! Германия к большой войне с великими державами была не готова, Германия морской блокады долго переносить не могла, Германия получала общую границу со страной, руководство которой надуло ее правительство еще до того, как то подписало с ним соглашение... Перемирие с Польшей означало конец войны с Францией и Британией, обретение утраченных прежде земель и ни с чем несравнимое удовольствие оставить Сталина с его носом, усами и трубкой у разбитого корыта! Но, вместо того, чтобы слать в немецкие порядки парламентеров, "9-11 сентября польское руководство вело переговоры с Францией о предоставлении убежища для правительства", а "16 сентября начались польско-румынские переговоры о транзите польского руководства во Францию, и 17 сентября правительство покинуло страну". Шармон, что тут еще скажешь! В то же утро (17 сентября) в Москве, упирающемуся, как олень на турнире, польскому послу вручили документ следующего содержания:
"Господин посол,
Польско-германская война выявила внутреннюю несостоятельность Польского государства. В течение десяти дней военных операций Польша потеряла все свои промышленные районы и культурные центры. Варшава как столица Польши не существует больше. Польское правительство распалось и не проявляет признаков жизни. Это значит, что Польское государство и его правительство фактически перестали существовать. Тем самым прекратили свое действие договора, заключенные между СССР и Польшей. Предоставленная самой себе и оставленная без руководства, Польша превратилась в удобное поле для всяких случайностей и неожиданностей, могущих создать угрозу для СССР. Поэтому, будучи доселе нейтральным, советское правительство не может более нейтрально относиться к этим фактам.
Советское правительство не может также безразлично относиться к тому, чтобы единокровные украинцы и белорусы, проживающие на территории Польши, брошенные на произвол судьбы, остались беззащитными.
Ввиду такой обстановки советское правительство отдало распоряжение Главному командованию Красной Армии дать приказ войскам перейти границу и взять под свою защиту жизнь и имущество населения Западной Украины и Западной Белоруссии.
Одновременно советское правительство намерено принять все меры к тому, чтобы вызволить польский народ из злополучной войны, куда он был ввергнут его неразумными руководителями, и дать ему возможность зажить мирной жизнью.
Примите, господин посол, уверения в совершенном к Вам почтении.
Народный комиссар иностранных дел СССР В. Молотов
Чрезвычайному и полномочному послу Польши г. Гржибовскому Польское посольство, Москва"
Чрезвычаный и полномочный посол делал что мог, чтобы не принимать в руки эту недостойную писулю, но польское правительство, озабоченное переездом в Париж, и в самом деле не подавало признаков жизни... И пан Гржибовский капитулировал. Уверен, начни польское правительство переговоры с германской стороной хотя бы за день до того, господину послу не пришлось заливаться краской досады и стыда пред очами Вячеслава Михайловича. Но... не начало. Втянув свою страну в войну с Германией, правительство Польши вытерло о нее ноги и отбыло в направление Мулен Ружа и Елисейских полей. Загадка подобного поведения мучила меня не долго...
"...17 сентября польское руководство оказалось поставлено перед свершившимся фактом и, исходя из заявлений советского правительства и его ноты, полагало, что Красная Армия вводится с целью ограничить зону германской оккупации. Поэтому Рыдз-Смиглы отдал приказ "с Советами боевых действий не вести, только в случае попытки с их стороны разоружения наших частей. Задача для Варшавы и Модлина, которые должны защищаться от немцев, без изменений. Части, к расположению которых подошли Советы, должны вести с ними переговоры с целью выхода гарнизонов в Румынию или Венгрию"" (Мельтюхов М.И.)
Если отрешиться от забавных пассажей г. Мельтюхова о польском руководстве, которое "полагало, что Красная Армия вводится с целью ограничить зону германской оккупации" (советской оккупацией и аннексией польских территорий?), то в сухом остатке останется следующее: Рыдз-Смиглы отводил польские войска с пути движущихся навстречу друг другу германских и советских армий. Ожидал ли маршал немедленного военного столкновения двух, одинаково враждебных Польше сил, или трудился на перспективу, факт остается фактом - кормившую его страну диктатор "слил". Мог спасти, но даже палец о палец не ударил для этого! Но... продолжим:
"В основу советской пропаганды с объяснением причин вмешательства в германо-польскую войну были положены идеи обеспечения государственных интересов СССР и защиты украинского и белорусского народов в условиях распада Польши. Советскому руководству удалось совместить эту, антигерманскую по сути пропаганду и сотрудничество с Германией в разделе Польши.
В результате удалось добиться того, что Лондон и Париж рассматривали действия СССР как меньшее зло по сравнению с германской оккупацией всей польской территории. Это вынужденное признание прозвучало 1 октября 1939г. в радиовыступлении У. Черчилля, заявившего, в частности, что "для защиты России от нацистской угрозы явно необходимо было, чтобы русские армии стояли на этой линии. Во всяком случае, эта линия существует, и, следовательно, создан Восточный фронт, на который нацистская Германия не посмеет напасть". Подобный намек на трусость Берлина открыл новую главу английской политики по провоцированию германо-советской войны." (Там же)
Чем мне нравится сэр Уинстон Черчилль, так это исключительно деловым подходом к делу. "Создан Восточный фронт!" Пакт о ненападении? Не смешите мои тапочки! Польша прекратила свое недолгое существование? Ну и черт с ней, с Польшей! Зато, между Германией и СССР нет больше разделительного барьера, а есть линия соприкосновения "и, следовательно, создан Восточный фронт!" А ведь это откровенничает злейший ненавистник Советской России! Соловьем заливается тот, кто по окончании Первой мировой войны настаивал на отказе от разоружения германской армии с тем, чтобы та двинула свои дивизии и корпуса на борьбу с большевиками! Все вернулось на круги своя! Возникла новая возможность воплотить в жизнь старую идею, повторить неудавшийся прежде опыт в новых условиях. И каких! Рабочее движение в странах Запада деморализовано: первое в мире государство победившего пролетариата вступило в сговор с самым реакционным режимом капиталистического мира! Святые знамена интернациональной солидарности трудящихся вымазаны грязью! Дело, за которое пролито столько рабочей крови, поругано... Мессия оказался грешником. Кто теперь поднимется против собственных правительств на защиту Страны Советов? Кто остановит новую Антанту?
На первый взгляд, в действиях правящих кругов Британии и Франции нет логики: зачем связывать войной и блокадой гитлеровскую Германию, если главным и ее предназначением является роль спасительной дубины против большевизма? Но, попробуйте отыскать логику в действиях французских политиков во временном промежутке между двумя мировыми войнами! Разоружение Германии, доктрина "окружения", экономическая "удавка". Затем - резкий отход от политики подавления, строительство мощнейшей оборонительной системы (линия "Мажино"), попустительство созданию новой, массовой германской армии и ее перевооружению, "сдача" союзников. Что это? Политика умиротворения? Лучший умиротворитель - кнут! Но, даже вступив в войну с Германией, Франция не спешит его применить!
"В Берлине прекрасно понимали опасность активизации англо-французских вооруженных сил, которая была тем выше, что Рурская индустриальная область находилась фактически на западной границе Германии в радиусе действия не только авиации, но и дальнобойной артиллерии союзников. Обладая на Западном фронте подавляющим превосходством над Германией, союзники имели в начале сентября полную возможность начать решительное наступление, которое, скорее всего, стало бы роковым для Германии. Участники событий с немецкой стороны единодушно утверждали, что это означало бы прекращение войны и поражение Германии. Генерал А. Йодль считал, что "мы никогда, ни в 1938, ни в 1939 г., не были собственно в состоянии выдержать концентрированный удар всех этих стран. И если мы еще в 1939 г. не потерпели поражения, то это только потому, что примерно 110 французских и английских дивизий, стоявших во время нашей войны о Польшей на Западе против 23 германских дивизий, оставались совершенно бездеятельными".