Чтение онлайн

ВЫТРЫТВА

Воспроизведено по изданию: Воскобойников, Меновщиков 1959: 426-431. Текст записан от Амоса из села Четпокаиргын близ мыса Сердце-Камень в 1942 г. и переведен Л. В. Беликовым. Сказка рассказывает о каждодневной жизни семьи оседлых чукчей, на которую периодически совершали набеги разбойничьи ватаги. Хорошо показана этика проведения копейных поединков, характерных для чукчей. В данном рассказе, в отличие от сказаний, присутствуют сказочные мотивы: полеты по воздуху и борьба с озерным духом.

Жили отец, мать и сын. Имя их сына было Вытрытва. Вытрытва значит — «Лежащий на спине». Почему же именем его стало «Лежащий на спине»? Кто знает? Послушаем дальше.

Очень бедно они жили. Пищи не было у них совсем. А сын все только в пологе лежал. Как-то раз отец сказал ему:

— Да иди же ты дикого оленя искать! Все только в пологе лежишь, а мы от голода страдаем!

Ничего не отвечал сын. Не пошел. Отец уже стариться стал, да и мать тоже. Так и пришлось отцу самому идти на поиски пиши. Зайцев и куропаток промышлял, из лука убивал. И вот отец кормил сына. И всегда он ругал его:

— Все только в пологе лежишь, ничего не добываешь!

Все равно сын ничего не отвечал. Наконец и бранить перестал сына.

И вот этот мальчик юношей стал. Когда родители сына будили, то он, пробуждаясь, совсем был мокрым от пота. Думали родители: «Почему это он так потеет?» — гадали между собой от сына втайне. Потом снова с наступлением темноты спать ложились, а когда вставали — он опять был весь мокрый [144] .

— Отчего это потеет он каждый раз? Видно, это от жиру так бывает.

— Видно, так, — отвечала мать.

Но потом тайком говорили о сыне, потихоньку между собой разговаривали. Вставал он с постели весь мокрый от пота. Когда немного пожили еще, то сын похудел будто. Говорят меж собой:

— Уже не болеет ли он?

— Не знаю, может и правда болеет? С чего бы это похудел?

Как-то присмотрелись к нему — и правда, сильно похудел. Но по-прежнему пробуждался юноша мокрым от пота. Никак не могли понять они, почему он потеет.

А он, оказывается, по ночам выходил, тайно от них, и уходил далеко. И там начинал упражняться в силе. Самую большую гору находил он, поднимал на нее большие камни и на вершине горы оставлял их. Как только начинался рассвет, возвращался домой Вытрытва и притворялся спящим на прежнем месте. И потому, когда просыпались родители, — он уже был мокрым от пота.

Но по-прежнему ничего не знали родители. И так каждую ночь ходил Вытрытва упражняться в тундру, а как только начинался рассвет, возвращался домой. Он ложился спать подальше от отца, и поэтому отец не слышал, как он выходил.

И вот однажды днем появилась вдруг откуда-то группа воинов, небольшая ватажка. Сильно испугались мать и отец. Говорят:

— Ох, кто это идет? Да это враги!

А их шатер совсем один стоял. Закричали родители Вытрытве:

— А ну, скорей! Хоть помог бы!

Вытрытва спросил:

— А что увидели?

— «А что увидели!» И не знает, что враги пришли? — передразнивали они голос сына.

Сказал им сын:

— Когда подойдут, скажите мне.

— Да вот уже они, выходи!

— Вот когда хорошо будет видно их оружие, тогда скажите мне.

— Уже, уже, скорей! Вытрытва! — Ох, и испугались же родители:

— Ой-ой, да помоги же!

А он, оказывается, снаряжался тайком в легкую одежду. Вот сказал отец:

— Уже хорошо оружие видно, копья!

— Эй! Кто здесь хозяин? — закричали враги, подойдя близко.

— Я здесь хозяин!

Вышел Вытрытва с копьем. Рассыпались тогда враги врозь. Совсем один вышел против них Вытрытва! Бросился на них Вытрытва, поднялся он в воздух с копьем и бил их сверху, сваливая одного за другим. Закричал тогда предводитель врагов:

— Бейте его из луков!

— Бьем, но не можем попасть! — отвечали воины.

Они били Вытрытву из луков, а он, находясь в вышине, пополам рассекал копьем стрелы. Вот уже многих перебил Вытрытва. Стали убегать остальные.

— Не убегайте, раз уж напали!

— Ой нет, не в силах мы!

— Эгей! Не в силах вы!

Вынул он свой лук и убегающих бил, сваливая их на месте. Вот уже их предводитель убит. Только один остался в живых, убежал. И этот рассказал своим.

Ну, а Вытрытва, покончив, сильно упарился. Меж собой говорили родители:

— Когда же он в силу вошел?

— Не знаю, когда это он наловчился. Да и кто копьище сделал, ведь не было же копья у него. Совсем ведь новехонькое копьище сделал, а толстое какое!

Вот опять стали жить дальше. Все не было врагов. Тихо было кругом. Опять, пока спали они, исчезал он: уходил упражняться, оказывается. Еще сильнее он стал, а похудел еще больше. Каждую ночь упражнялся в силе. И вот однажды снова показался вражеский отряд, гораздо больше прежнего. Опять испугались родители:

— Ой, вон какая тьма показалась, просто как тень от тучи! Ох, видно очень много! Вот теперь-то убьют тебя, — говорили они. Ничего не отвечал он, все в пологе лежал.

— Теперь-то уж мы не спасемся!

— Когда глаза их будут хорошо видны, тогда скажите мне.

— Эгей! — успокоились они.

И вот уже враги стали приближаться. С криками шла ватага врагов. Грозно кричали они:

— Ав-вач! Ав-вач! Что, думаешь, спасешься теперь?

И по-разному еще кричали они, чтобы напугать Вытрытву.

Опять он снаряжался тайком. Сказали родители:

— Вот, близко подошли, уже видны их глаза.

Вышел Вытрытва — а там уже врагов множество.

— Ав-вач! Вытрытва! Вот теперь по-настоящему сразимся!

Одежда на всех хорошая. Притом все как один стройные. Оружие у всех самое лучшее. Сказал им тогда Вытрытва:

— Бросайтесь вы на меня, раз уж вы нападаете на мирного человека!

Бросились на него, как большое стадо! Защищался Вытрытва. Десять дней сражались они на копьях и десять ночей. Один воин у них очень сильный был. Уменьшалась вражья ватага в долгой битве. Хоть и один был Вытрытва против них, но хорошо бился. Когда восьмой день битвы настал, поредела уже вражья ватага. Когда девятый день подошел к концу, все были перебиты, только один, самый ловкий, воин остался.