Чтение онлайн

Словно ради баланса, одновременно с исчезновениями округу заполонили сомнительные персонажи: попрошайки, контрабандисты, нелегальные колдуны, скупщики краденого, сутенёры с дешёвым товаром, курильщики болотной травы, бродячие орки… Цирк притягивал их, как магнит железную стружку; артисты и импресарио, не особо скрываясь, вели бойкую торговлю запретными предметами и веществами, а представители власти, как это бывает, деликатно бездействовали. Криминогенная обстановка ухудшилась, но милиция лишь разводила руками: кто-то сверху настоятельно не рекомендовал трогать Лянский Цирк до скончания лета.

Пока взрослые, утомлённые битвой за урожай, ругались да слали цидули чиновникам, в противостояние включились подростки. Кэрроту тогда было двенадцать. Страшно хотелось приключений и подвигов, в крайнем случае – пакостей и хулиганства. Он собрал неплохую команду, и они объявили Цирку войну, о которой никто и не знал до той яркой, наполненной трепетом ночи, когда шатры на Овсяном поле заполыхали, подожжённые с четырёх сторон.

Неплохая вышла диверсия! Они всё устроили сами, без чьей-либо помощи, а знакомые с детства овраги укрыли их от преследователей. Что стало бы, попадись они вдруг циркачам? Подростки старались не думать. Потом, встретившись с остальными в условленном месте, на мокрой от росы опушке, они долго не знали, о чём говорить. Несли радостный бред среди звона цикад или вовсе молчали, дрожа, так всех взбудоражил поджог. Кто же был там? Кэррот, его младший брат Умберт, верный Костик, веснушчатый Жорк, заторможенный Рюха, мелкий Филис, лентяй Таль, ещё несколько ребят из Ополья, их имён уже и не вспомнить. С девчонками они тогда не водились. Мимолётная банда негодников, достигшая первой победы. Пожар поднял шум, начались разбирательства. Циркачи занервничали и через несколько дней свернули свою деловую активность, погрузили её на телеги и уехали восвояси. А роившиеся вокруг цирка тёмные личности разбежались, будто их никогда здесь и не было.

Тогда всё и началось, определил Олясин. По крайней мере, для них с Костиком. Остальные товарищи по играм выросли и живут другой жизнью, кого-то уж нет, а мы с той поры так диверсиями и занимаемся. Но вот стоит ли ворошить это прошлое, вспоминать детские подвиги с порчей чужого имущества? Для меня это было событие, я постиг тогда правила игры, понял, что нужно делать, когда остальные бездействуют… но со стороны это выглядит проявлением подростковой агрессии, ксенофобии и максимализма.

– Ну уж нет! – сказал Кэррот своему отражению в тёмном окне. – Нам нужна добрая, славная книжка с положительными героями, а не шайкою негодяев!

Но потом прокрутил в голове все последующие события и слегка загрустил.

– За время нашей разлуки, – сказала Мария, присаживаясь, – я придумала ещё пару вопросов и попробую их органично вплести в повествование…

– Сразу спрашивай, я отвечу…

– Какова численность Воинов Хаоса? Сколько будет героев? Мне, как многим читателям, известно: костяк вашей команды числом невелик. Если не ошибаюсь, всего шесть человек, из которых один – гном, другой – оркоид, а ещё в их числе известная эльфийская женщина Фириэль, если она действительно та, за кого себя выдаёт.

– Да, всё так! Ну, отчасти. Батлер гном, Гудж – натуральный троллин, а известная эльфийская женщина Фириэль тоже в нашем числе, хоть она порой и не та, за кого себя выдаёт, – Кэррот осклабился. – Но не стал бы я приводить точных чисел. Мы ведь Воины Хаоса, мы и сами не можем сказать, сколько нас! Часто с нами работают приглашённые специалисты, кое-кто из соратников не жаждет литературной известности, некоторые достойные личности отошли от дел, а иные и вовсе погибли в процессе увлекательных приключений! Давай лучше поразбираем истории вместе, там понятнее станет, кто Воин Хаоса, а кто просто рядом валялся.

– Так и сделаем, – согласилась Мария. – Скажи, каково быть участником настолько разнообразного коллектива?

– Это весело. Однообразие скучно!

– Я смогу пообщаться с другими участниками вашей команды?

– Разумеется, – беззаботно взмахнул рукой Кэррот. – Они, правда, не в курсе всей этой истории с книгой, я не стал их заранее беспокоить… и так чересчур беспокойные. Они явятся через неделю-другую, и я вас познакомлю. У тебя ведь останется время?

– У меня точно есть пара недель, я взяла большой творческий отпуск и часто работаю удалённо. Но Кёрт! Ты их не предупредил? Это не помешает работе?

– Поверь мне, так будет лучше, – заверил её собеседник, подтягивая к себе следующую пивную кружку.

– Славно. Тогда расскажи, с чего начинается история Воинов Хаоса?

Кэррот вкусил «Пшенично-спорынное», вытер сизую пену со рта и провозгласил:

– Вот сейчас меня развезло достаточно, чтобы сделать официальное заявление. Я считаю, что всё началось той загадочной осенью 286 года… Когда мы с моим другом Констансом Изваровым, известным как Костик, будучи взрослыми 17-летними парнями, добровольно отправились рекрутами в местную милицию.

– Осень восемьдесят шестого, то есть это было чуть меньше одиннадцати лет назад.

– Да, те годы стремительно пролетели… хаос, сама понимаешь!

– Стоит отдельно отметить, что в начале своего пути Воины Хаоса были стражами порядка, – Мария Сюрр достала из сумки серебряный карандаш и задумчиво покрутила им в воздухе. – Почему вы решили стать милиционерами?

– Хотелось найти применение нашей кипучей энергии! Бороться со злом, наводить справедливость, менять мир к лучшему. Выбор был – стать разбойниками или теми, кто их ловит. Со временем мы осознали глубину своих идеалистических заблуждений, поняли, что не сможем стать частью системы… но, по крайней мере, мы весело провели эти годы!

– Чем вы там занимались и сколько?

– Как известно, рекруты «красных» в мирное время служат три года, первый обучаясь, а потом отрабатывая повинность и стажируясь. Дальше можно идти на контракт, если понравится… Служба в милиции не прошла для нас даром! Мы здорово наловчились ходить строевым шагом, бегать в полном обмундировании и часами стоять на посту. Узнали, как бить людей, чтобы не оставалось следов, как орудовать алебардой, дубинкой, солдатской секирой и шнеппером. Научились оценивать риски и прибыльность мутных дел, обходить закон и манипулировать информацией в непримиримой борьбе с преступностью за общественный порядок…

– Манипулировать информацией? Не слишком ли пафосно для простых стражников?

– Почему бы и нет? – Кэррот развёл руками, и Мария вдруг поняла, что его красная рубаха – действительно милицейская, только очень потрёпанная, со споротыми знаками различия. – Вот смотри, нам известно, кто на рынке торгует запретным товаром. Но уже конец месяца, все показатели по околотку за отчётный период у нас как бы в норме. Мы спокойненько ждём пару недель, а потом уж берём торгаша, чтобы это раскрытие пригодилось на следующий месяц. Всё просто! Контроль и учёт.

– Ваши семьи поддерживали ваш выбор?

– Отчасти. Не скрою, я был изгоем в семье, сорняком. Род Олясиных с основания Сизии занимается фермерством, вся семья – старичьё, мои матушка и отец, две сестры и два брата – и поныне живёт натуральным хозяйством, обеспечивая едой горожан. Ну а мне не сиделось на месте, тянуло на похождения, подвиги. Я ведь рыжим родился, отсюда и Кэррот – это значит «морковный» на старом наречии. А потом посветлел, солнцем выжгло, наверное!

– Так, понятно, – признала Мария. – А Костик, то есть Констанс Изваров, известный как «Костяной Человек»… Вы с ним с детства общаетесь?