Чтение онлайн

— Ох и натворила ты дел! — глаза ее прошлись по стенам с висящими на них клинками. — Каждый меч оплела, каждую дверь наговорила! Ты что, тут осаду держать собралась?

Шептуха хрипло рассмеялась собственной шутке, покосившись на Беспуту, открывшую было рот.

— Молчи уж, не то сболтнешь лишнего сгоряча. Пальчики-то вон как чешутся!

Старуха прошла мимо нее к лавке и, тяжело кряхтя, присела.

— Тут какое дело получается, — она уверенно посмотрела Беспуте в глаза, — тебе нужен князь. Очень уж нужен, как я погляжу. Опутала ты его сетями своими накрепко. Мне до Богумира дела нет, забирай его с потрохами, не стану я тебе препятствовать.

Старуха замолчала, пошамкав по-старчески пересохшими губами.

— Так вот, не стану препятствовать тебе с князем, если поможешь мне.

Беспута, поначалу опешив от такой наглости, пришла в себя, зашипев словно взбешенная кошка:

— Ты?! Мне препятствовать?! Да что ты о себе возомнила, старая?! В порошок сотру!!! Кто ты такая, чтобы мне препятство…

— Верея я.

Беспута замолчала на полуслове, будто ее холодной водой окатили. Тяжелый взгляд старухи заставил ее испуганно попятиться к дверям.

— Верея? Ты… Верея?

— Что, не похожа? — Верея усмехнулась, выставляя напоказ редкие кривые зубы. — А я так уж привыкла себя такой видеть. Вот, ворожу понемногу, люди меня в благодарность кормят, бабушкой называют.

Руки Беспуты растерянно опустились, и она поспешно отвела от нее глаза.

— Да ладно тебе глаза отводить, поди подругу встретила. Вот такая у нас со Стояном любовь получилась.

Верея вздохнула, отмахнувшись рукой от нахлынувших воспоминаний.

— Да ладно, что было, то уж быльем поросло, а жизнь, она продолжается. И жить мне, подруга, хочется!

Она тяжело поднялась на ноги, и, угрожающе потрясая перед собой клюкой, закричала на весь дом:

— Надоела мне эта клюка проклятая!!! Не хочу!!!

Беспута, сама того не ожидая, вдруг расплакалась и бросилась к ней, обнимая за худые сутулые плечи.

— Чем помочь-то тебе?

Верея грубо оттолкнула ее от себя, гулко стукнув клюкой о деревянный пол.

— А мне жалости твоей не нужно! — слова ее лились словно бурная река. — Я не просить к тебе пришла! Я была лучшей среди ведьм, лучшей по сей день и осталась! Скажи Стояну, насмерть стоять буду, но не позволю князя загубить, покуда молодость мою не вернет мне.

Отодвинув Беспуту в сторону, Верея пошла к выходу, постукивая по полу своей кривой палкой. Задержавшись в дверях, она обернулась, усмехнувшись.

— А тебя предупредить хочу. Видела я, какими ты глазами на Стояна глядела — любишь ты его. Потому знай: с каждой овцы, на алтарь возлегающей, он локон состригает. Вот потому-то я сейчас и хожу в старухах, ибо над телом моим власть у него имеется. Все мы у него вот где! — Верея показала стиснутый кулак. — Скажи ему, хочу назад свои кудри получить. За этими стенами ему до меня не добраться. А сама подумай, нужна ли тебе любовь такая, безответная.

Беспута промолчала, к горлу подкатил тяжелый горький комок.

— Пойду я, покуда утро не наступило, — Верея взглянула на черное небо, где не было ни одной звезды. — Хотя откуда тут рассвету взяться, сплошное марево на небесах. А ты поторопись, подруга, я долго ждать не стану.

Хлопнув дверью, Верея ушла, оставив молодую колдунью наедине со своими мыслями.

Усевшись на лавку, девушка долго размышляла над словами Вереи. В углу раздался едва различимый в тишине шорох. Приглядевшись, Беспута увидела маленькую серую мышь, выбравшуюся на ночную охоту за объедками. Опустив ладонь на пол, колдунья потянулась к ней своим сознанием, подзывая к себе. Испуганно поводя маленькими ушками, мышь неторопливо подошла, обнюхивая ее пальцы.

— Не бойся, маленькая, я тебя не обижу. Сослужи мне службу.

Она посадила мышь на ладонь и поднесла ко рту, нашептывая ей на ухо послание. Возмущенно запищав, мышь спрыгнула на пол, устремившись к своей норе.

— Беги, серенькая, найди его поскорей.

Беспута утомленно вздохнула и вытянулась на лавке, мостя под голову подушку. Глаза ее устало сомкнулись, и она заснула, вновь возвращаясь мыслями в далекое детство.

…Стоян ходил взад-вперед, поглаживая маленькую мышь, испуганно сжавшуюся на его широкой ладони. Получив послание от Беспуты, он взбешенно разговаривал сам с собой:

— Насмерть она стоять будет… Тьфу, тварь безродная! Кудри ей подавай назад! Ох, Верея, Верея, зря я тебя пощадил! Ладно, поживем — увидим…

Явившиеся на его зов ведьмы молча стояли поодаль, угрюмо поглядывая на Стояна.

— Умора! — ведьмак резко обернулся, держа пальцами за хвост пищащую мышь. — Она к нам из города прибежала, там ее дом, туда она и вернется. Вандал подарил нам три дня мрака — ни один жрец не в силах будет исцелить полян от болезней. Возьми ее, ты знаешь, что нужно сделать.

Умора, улыбнулась, обнажив кривые зубы, и жадно выхватила мышь своей цепкой ручонкой. Словно огромная крыса, прижимающая к груди долгожданную добычу, она побежала к своему костру, весело пританцовывая.

— Сейчас, маленькая моя, мы повеселимся на славу. Наконец-то и до Уморы дошла очередь. А как же, куда же им без меня, без моего искусства?! Сейчас, маленькая…

Ведьма, мерзко улыбаясь, заглянула в черные глазки-бусинки и дунула мыши в мордочку, заставив ее испуганно вздрогнуть:

— Спи!

Маленькое серое тельце обмякло в теплой ладони, и глаза ее укрыла поволока ворожбы.

— Вот и умница, вот и красавица. — Ведьма положила спящую мышь наземь, спешно ставя котел на огонь: — Я сейчас такое варево состряпаю, век поляне помнить будут!

Умора взглянула на проснувшихся у костра воинов, сонно взирающих на нее.

— Чего уставились?! Брысь отсюда, покуда в жаб болотных не превратила!

Она угрожающе замахнулась своей жилистой рукой и рассмеялась в спину убегающим воинам.

— Тоже мне, вои бесстрашные! Стоило ведьме буркнуть, уж и пятки засверкали.

Поставив на рогатины котел с водой, Умора раздула тлеющие угли, подбрасывая в костер хворост.

— Ну вот, занялся родимый, — она стала рыться в своем мешке для трав и прочих колдовских штучек. — Да куда же ты запропастилась? О, хвала Моране, вот она!

Облегченно вздохнув, Умора вынула из мешка пучок сухой травы и настороженно огляделась по сторонам, чтобы никто из подруг не подглядывал да не подслушивал. Не любят ведьмы делиться своими колдовскими секретами, каждая свою ворожбу старается в тайне сохранить. Отламывая от пучка один за другим сухие стебли, ведьма стала бросать их в кипящий вар, приговаривая: