Чтение онлайн

— Эти раны не лечатся ни заклинаниями, ни зельями, ни травами, известными нам, — вздохнул целитель, убирая последний слой повязки.

Я ожидал разодранной плоти, мяса, внутренних органов, вылазиющих наружу. Увидел небольшую дырочку с неровными краями.

— Это смертельная рана? — удивился я.

— Да… Мы не можем ничего сделать. Если ранят в живот, грудь или голову, а эти штуки прекрасно пробивают даже голову! — уточнил целитель, — так вот, в этих случаях, человек почти стопроцентно умрёт. Если в ногу или руку, мы спасаем людей, отрезаем раненую конечность.

— Да вы в своём уме? — возмутился я.

— Иного выхода не видим.

— Дайте нам с собой труп и раненого бойца, который дотянет до столицы, — распорядился я, — пусть посмотрит Гошар.

Пока мы находились в госпитале, умерло семь человек, и ни один не пошел на поправку.

— Такими темпами, формотцы и постопольцы очень скоро доберутся до столицы Дарнеи. А оттуда прямиком в нашу, — холодно сказал я отцу.

— Здесь нужно уповать только на целителей, — угрюмо ответил Военноначальник.

Мы вернулись во дворец днём. Я принял душ, выспался, поужинал. Наступила ночь. Спать больше не хотелось, и я решил навестить Ассель. Но в рамки дворцового этикета никак не вписывается ночное посещение девушки, поэтому я решил воспользоваться старым добрым способом — залезть в окно.

Часть 6

Я очень быстро добрался до открытого окна и забрался на подоконник. Ассель читала, лёжа в кровати, как и тогда, когда я в первый раз залез к ней в окно, правда тогда она носила имя Айса и была воином Света.

— Привет! — негромко сказал я. Девушка вздрогнула и вскочила, приняв боевую стойку. Что ж, надо отдать должное, реакция у нее всё ещё отличная. Когда Ассель увидела меня, на её лице отразилось возмущение и облегчение.

— Боги, ваше высочество!

Я спрыгнул с подоконника и прикрыл окно, чтобы с улицы нас не было слышно.

— Что за странный способ появиться? Двери что больше вне закона?

— Ну не прилично в такое время ходить в гости к девушке, — улыбнулся я, пройдя вглубь комнаты.

— А если неприлично, то почему ты здесь?

— Соскучился, — я улыбнулся и подмигнул ей. На лице Ассель отразилось неудовольствие.

— Я готова буду тебя принять в любое время, завтра.

— Не откладывай на завтра то, что можно сделать сегодня, — с улыбкой протянул я, оказываясь совсем близко к её лицу. Она смотрела на меня своими синими глазами, словно кролик на удава, и тем самым ещё больше раззадоривала меня. Я протянул руку к её лицу и провёл большим пальцем по губам.

Она затаила дыхание и сделала шаг назад, а я последовал за ней. Так мы прошагали половину комнаты, и Ассель оказалась у окна. Всё как тогда, вот только сегодня я её жалеть не намерен, у меня нет интереса привлечь её к заданию, где нужен маг, всё, чего я хотел было мне доступно здесь и сейчас. Я прижал её к себе и впился в губы, которые так сильно хотел. Скользнул языком в её рот и начал ласкать её язык. Мне показалось, Ассель не дышит, но было совершенно плевать. Сквозь тонкую ткань её ночной рубашки, я почувствовал, как напряглась её грудь, которую я сжал одной рукой, второй продолжал прижимать к себе девушку. Её ладони упёрлись в моё тело, пытаясь оттолкнуть, впрочем, не сильно настойчиво, и я не обращал на это ни малейшего внимания. Я подхватил её под ягодицы и усадил на подоконник, раздвинув ей ноги и встав между ними. Мои пальцы скользнули по шелковым трусикам намокшим от возбуждения, я улыбнулся сам себе и резко отодвинув ткань, ввёл в неё два пальца. Она вскрикнула от неожиданности или от наслаждения, а я хмыкнул ей в губы:

— Какой сюрприз, ты не девственница?

Её глаза расширились, а щеки покраснели. Я слегка отстранился.

— И кто же тот счастливчик?

— Я…не знаю, — тихо прошептала она, опустив глаза.

— То есть это было до того, как ты избавилась от воспоминаний? — я говорил часто дыша ей в губы, она кивнула, — а за последний год кто-то был? — меня волновал этот вопрос и очень.

Ассель помахала отрицательно, по щекам потекли слёзы, которые я вытер губами. Затем я снова вернулся к её губам и языку, а руками начал блуждать по телу, повторяя его соблазнительные изгибы. Я быстро избавился от рубашки и решил, что лучше, всё-таки переместиться на кровать. Я перенес её и уложил, отвлекаясь немного на застёжку моих брюк. Ассель поднялась:

— Не надо, Мейдар, уходи пожалуйста…

Я приподнял брови:

— Ты не хочешь меня?

— Нет.

— А тело говорит об обратном, — усмехнулся я, опуская взгляд на грудь, которую я успел освободить от ночной рубашки и ниже. Я продолжил снимать брюки, и когда всё было готово, снова подошёл к ней. Она отстранилась.

— Прошу, уйди… — чуть не плача попросила она.

Я прижал девушку к себе и поцеловал, её соски тут же набухли, касаясь моего обнаженного торса. Я избавил её от остатков одежды и снова уложил на кровать, но в этот раз без промедления, резким движением войдя в неё. Она снова вскрикнула, а я начал двигаться и целовать её одновременно. Её бедра подавались мне на встречу, быстрыми жадными движениями. Но я не хотел, чтобы это было быстро. Ногами я зафиксировал её ноги и стал двигаться нарочито медленно, затем и вовсе покинул её тело. Она извивалась, желая продолжения, но я дразнил, мучаясь сам, и мучая её. Я снова медленно вошёл в неё, она тут же выгнулась, словно кошка. Наши глаза встретились. Именно в тот момент в моей памяти всплыли все страдания, испытанные мною за год. Как я винил себя в её смерти, как жаждал быть убитым какой-нибудь тварью, как пил… Моя рука невольно оказалась на её шее, нежная кожа, тонкая шея…я совсем слегка сдавил, затем сильнее, и ещё…Ассель пыталась вдохнуть, но я перекрыл доступ кислорода, её зрачки расширились, кисть сжалась, а я не прекращал двигаться внутри неё. Я почувствовал боль на спине — девушка ногтями впивалась в мою кожу. Я отпустил шею Ассель, продолжая вколачиваться в её тело резкими грубыми движениями. Она выгнулась как будто в судороге, вся сжимаясь внутри и доставляя мне тем самым ещё больше наслаждения, из её горла вырвался крик, который я заглушил поцелуем. Я кончил лишь на несколько секунд позже, чем она и обессиленно лёг на неё, придавливая своим телом к кровати. Затем собрал свои вещи и молча ушёл, оставляя Ассель одну, и, подозреваю, оставил я её не в лучшем моральном состоянии. Мне было не плевать, меня это радовало.

Стоит ли говорить, в каком шикарном настроении я проснулся. После завтрака я взял Дорна и Короля, и отправился на охоту, на несколько дней. Охота была удачной, мы убили кабана, оленя и много мелкой дичи. Когда я вернулся, первая кого я увидел была Ассель, читающая в саду.

— Здравствуй, Ассель! — крикнул радостный король.

Она подняла голову, поднялась со скамьи и присела в изящном реверансе. Я лишь сдержанно кивнул головой, не задерживая на ней взгляда и осознавая, сколько должно быть боли, она испытала в тот момент. Затем я быстро направился в свои покои совершенно довольный собой.

На следующий день, я выяснил новости с фронта, линия которого продвигалась всё глубже в Дарнею. Гошар обещал рассказать что-то о ранах от нового оружия, но позже. Вечером меня вызвал король.

Я вошёл в королевскую приемную и обнаружил там Ассель, отца и дядю.

— Ассель намеревается ехать в Дарнею, — без предисловий строго сказал отец, — может, тебе удастся ей объяснить, что это идиотская затея.

— В Дарнею, зачем? — я наигранно удивился, — мне казалось, вам у нас очень хорошо, — я ухмыльнулся, говоря это.

Надо отдать ей должное, Ассель сохраняла совершенно невозмутимый вид.

— Моя страна в опасности. Там мой отец, мой дом, друзья… Я не могу отсиживаться здесь! — ледяным тоном сказала она.

— Это опасно, нет. Ваш отец приказал вам находиться здесь! — сказал король.

— Вы остаетесь и точка. Здесь нечего обсуждать, — тихо сказал я и вышел.

Ночью меня разбудил отец.

— Она сбежала.

— Что?

— Айса. Или Ассель, как она там себя называет…

— Вот дура, — констатировал я.

— Её нужно найти. Собирайся!

— Отец, пошли стражников, зачем я?

— Ты знаешь её лучше всех, это во-первых; если она, не приведи Фотис, умрёт, а это случится, если мы её не найдем, будет большой скандал, это во-вторых; у меня везде во дворце есть глаза и уши, она пошла на этот шаг из-за тебя, снова, это в-третьих!

— Я её ни к чему не принуждал…почти… — улыбка невольно коснулась моих губ, воспоминания о той ночи были весьма приятными.

— Ты повёл себя, как свинья!