Чтение онлайн

Ехали мы часа два с половиной, когда Ассель надула капризно губки и сложила руки на груди:

— Я устала ехать, мне скучно.

— Давайте выйдем, прогуляемся, — предложил Гардиус.

— К чему это? — закатил я глаза, — это лишь время у нас отнимет.

— А вы спешите, господин Мейдар? — язвительно спросила Ассель и тронула колокольчик, призывающий кучера остановиться.

Карету остановили и мы вышли на улицу. Был самый разгар солнечного весеннего дня. Пахло поразительно хорошо: свежей травой и цветами. Перед глазами простиралась бесконечная зелёная степь. Степное разнотравье источало невероятный пьянящий аромат вокруг. Айса сошла с дороги и спустилась в степь. Она присела на корточки, трогая зелёную степную траву:

— Совсем скоро она пожелтеет, а здесь будет запах пыли, — вздохнула девушка.

Наши спутники прохаживались взад-вперед, разминая ноги.

— О, это же анис! — обрадовалась Фике, — цветок, который используют для приготовления одного очень интересного зелья, — девушка загадочно улыбнулась, нюхая жёлтый цветок.

Ассель встала и повернулась лицом ко мне, ее взгляд был задумчивый и печальный. Иногда, когда она ещё жила в Эрвии и была моим маленьким воином, у нее бывал такой взгляд. В такие моменты мне всегда хотелось прижимать ее к себе, целовать, успокаивать, гладя по голове, ощущать аромат золотистых волос. Сейчас мне тоже хотелось так сделать, но ничего подобного позволить себе я не мог. Она вышла на дорогу.

— Можем ехать, — сказала она, задумчиво.

— Ну нет, давайте походим ещё, — возразила Фике, проходя глубже в степь.

— Отвратительно путешествовать с капризными барышнями, — процедил Дорн возле моего уха.

Я улыбнулся, глядя на друга.

— А тебе придется с такой жить, — с ужасом в голосе продолжил Дорн.

Я услышал топот копыт издалека. Все были заняты своим: Дорн и Нарья мило беседовали, Фике бродила в степи, Гардиус вглядывался в степные дали, Ассель стояла на дороге, глядя вверх на парящую птицу. Всадники приближались по дороге, на которой стояла она. Очень быстро, почти мгновенно они достигли нас. Я вмиг оказался рядом с Ассель, обхватил ее талию и стянул с дороги, четыре огромных лошади пронеслись мимо. Если бы я не успел, ее однозначно затоптали бы. На лице Ассель отразился ужас, она стояла с широко распахнутыми глазами и приоткрытыми алыми губками, я продолжал держать ее за талию. Впервые за год она снова была так близко ко мне. Мне хотелось взять ее, унести и не отпускать от себя, как минимум сутки, покрывая поцелуем каждый сантиметр ее тела. Ее аккуратная ладошка упёрлась мне в грудь. Сначала она спокойно стояла, а когда опомнилась, слегка надавила на меня, отстраняясь.

— Благодарю, — тихо сказала она.

Я выпустил ее из объятий. Как бы сильно мне не хотелось этого не делать. К ней тут же подбежали Гардиус и Фике.

— Ассель, о боги, ты в порядке? — заверещал Фике, осматривая подругу и прижимая ее к себе.

— Как ты, дорогая? — спросил Гардиус, от его обращения к ней меня передёрнуло.

— Я в порядке, — раздражённо ответила Ассель, поправляя перчатку, — все хорошо.

— Вы такой герой, Мейдар! — с восхищением воскликнула Фике и повисла на моей шее, — спасибо вам за спасение нашей Ассель!

Я приобенял Фике, уверяя, что ничего особенного я не сделал и не стоит благодарности, а сам следил за Ассель — лицо каменное, словно у статуи. И если бы я не знал ее, непременно подумал бы, что ей глубоко плевать на происходящее, но я знал, что если она держится подчёркнуто безразлично, в душе у нее настоящая буря.

Я отстранился от Фике, которая, наверное, никогда не отпустила бы меня сама. Выглядела целительница очень счастливой.

— Я думаю нам пора ехать, пока ещё какие-нибудь кони не прискакали, — сказал Дорн.

Мы сели в карету и отправились в путь. Через несколько часов, нас высадили. Дороги дальше не было, а впереди были бескрайние пески.

— Ночевать, получается, в пустыне придется? — осведомилась Нарья.

— Да, — сказал Гардиус, — в пустыне днём жарко, а ночью холодно, поэтому придется разбиться на пары и спать по двое, так теплее будет, — он украдкой глянул на Ассель, которая совсем на него не смотрела.

— Обычно мы спим рядом с теми, с кем Дежурим — сообщил Дорн, — несём караул.

— Да, у нас так же, — подтвердил Гардиус.

— Распределимся с помощью жребия, когда остановимся, — сказал я.

— А вы воевали против Дарнеи? — поинтересовался Гардиус.

— Конечно, — буднично ответил я, — а ты против Эрвии?

— Да, — сказал Гардиус, — я да.

— Я тоже, — сказала Фике, — ну как, помогала лечить раненых, но во время боёв.

— А Ассель? — спросила Нарья.

— Ассель всего несколько недель назад исполнилось двадцать, — ответил за нее Гардиус, — в Дарнее не принято начинать воевать, выходить замуж и участвовать в других важных мерориятиях, раньше двадцати лет.

— Спасибо, Гардиус, а то я сама за себя говорить не могу ведь, — язвительно процедила Ассель.

— А чем вы занимались во время войны, Ассель? — спросил Дорн.

Ассель пожала плечами:

— Наверное, обучалась магии.

— Она не помнит, — вмешалась Фике, — ей стёрли память.

— И тебе спасибо, за то, что рассказываешь обо мне каждому встречному, — снова съязвила Ассель.

— Стёрли память? — удивилась Нарья, — почему?

— С ней произошло что-то нехорошее, наверное, — снова ответила Фике.

Было видно, что Ассель говорить об этом не хотелось.

— Что нехорошее? — спросила Нарья.

— Ну, наверное, потому я и пошла на такой шаг, как стирание памяти, что знать этого не хочу, — с раздражением в голосе сказала Ассель.

— Вы просто не представляете, что означает пойти на это… ведь сам процесс сопровождается невыносимой болью, которую человек помнит и после стирания. Если она на это решилась, значит случилось действительно ужасное что-то, — Фике говорила сочувственно и серьезно.

— Да хватит об этом, — сказал Гардиус, — ей же неприятно об этом говорить.

— В принципе пусть говорят, — пожала плечами Ассель, — пока я ничего не помню, мне все равно.

Мы прошли километров десять, когда начало темнеть. И все устали идти по пескам. Поход к тому же сопровождался периодическими встречами с громадными Варанами и живыми кактусами, которые без стеснения нападали на нашу компанию. В пустыне действительно резко становилось холодно. Мы разбили палатку, развели костер и сели ужинать.

— Бросим жребий? — предложил Гардиус, — как дежурить будем.

Мне нужно было остаться с Ассель, когда я вытянул бумажку с именем, на ней было написано «Гардиус», но на то я и чародей, что под моими чарами всем показалось, что там написано «Ассель». Я и Дорну с Нарьей подыграл, чтоб они оказались вместе, ну а Гардиусу довелось дежурить с Фике. Целительница явно расстроилась, я понимал, что ей очень хочется дежурить со мной, возможно, если бы не моя давняя привязанность к синеглазой блондинке, я бы и предпочел Фике, она была проще, податливее и явно от меня без ума. Но вот только я был безнадёжно влюблен в моего маленького воина, пребывающего теперь в образе капризной барышни. Тогда я думал, что Она нравилась мне любой, а образ неприступной девушки из высшего общества лишь подогревал мой интерес. Все наконец, решили отправиться спать. Но тут Фике предложила посидеть с нами: