Чтение онлайн

Вздох облегчения продлился всего секунду. "Лютцов" содрогнулся. Беккер проклял свою дурную удачу. Ему удалось избежать нескольких смертельных попаданий в борт, чтобы получить торпеду в носовой скос. Туда, где сама возможность срабатывания взрывателя была наименьшей. Корабль замедлился, потеряв носовую оконечность по самую первую башню.

– Доклад.

Ремонтно-восстановительным бригадам требовалось некоторое время, чтобы определить степень повреждений. Беккер осмотрелся, изучая состояние других кораблей его отряда. Z-38 и Z-29 горели после ракетного обстрела, но было похоже, что им удалось сбить, по крайней мере, ещё один самолёт.

– Герр капитан, переборка держится, мы установили деревянные подкрепления и сейчас усиливаем их. Но если мы дадим ход, она не выдержит.

Беккер скривился. Оставаться на месте означало гибель. А потом его осенило.

– То есть мы не можем двигаться вперёд. Но никто не говорил, что мы не можем пятиться, - он включил связь с машинным отделением.
– Полный назад. Пусть задним ходом, но до дому мы доберёмся!

Оперативное соединение 58, авианосец "Геттисберг", адмиральский мостик

– Сэр, двенадцатая группа пошла на взлёт. Впечатляющий финал. Второй и третий оперативные отряды выпустили по четыре полные эскадрильи "Скайредеров" и "Маулеров". Вместе с нашей группой получается четыре эскадрильи "Корсаров" и десять бомбардировочных. Более двухсот ударных самолётов.

Офицер сверился с длиннющим столбиком чисел.

– Не пора ли остановиться, сэр? Считая двенадцатую группу, получается 1776 боевых вылетов.

Хэлси усмехнулся. Хорошее число для газетной передовицы.

– Наши потери?

– На текущий момент 254 непосредственно от действий противника и 186 единиц оперативных потерь. 48 самолётов тяжело повреждены и нуждаются в капремонте. Всего из начальных 2160 в строю осталось 1672, или 22.6 процента. Я понятия не имею, хорошо это или плохо, - задумался офицер.
– Никто никогда не делал того, что мы совершили сегодня.

– Ну и что у нас получается?
– спросил адмирал.

– Главный ордер уничтожен, сэр. Один линкор и один крейсер сидят без хода. "Скайрейдеры" третьего оперативного отряда сейчас их добивают. Ещё один крейсер и пять эсминцев пытались уйти на юг. Эсминцы потоплены, крейсер подбит, но сохраняет курс, - помощник усмехнулся.
– У него оторван нос и он идёт задом наперёд. Двенадцатая группа, а также самолёты третьего отряда должны с ним разделаться. Занавес, сэр. В Вашингтоне могут праздновать полную победу.

США, округ Колумбия, Вашингтон, Блэр Хаус, Совет по вопросам стратегической бомбардировочной авиации

– Есть новости?
– в голосе Играт звучало напряжение, не покидавшее её всё время, пока она была в Вашингтоне.

– Официальных никаких. Последнее, что я слышала, это доклады самолётов ДРЛО, перехватывавших переговоры немцев и частично нашей авиации. Вкратце - немцы потеряли много кораблей, а Хэлси много самолётов. Филип говорит, что мы побеждаем, так как можем строить самолёты намного быстрее, чем немцы - корабли.

– Если бы! Потери в лётчиках так быстро не восполнишь.

– Игги, ты видела численность выпусков наших лётных школ?
– расслаблен выдохнула Наама. Она очень устала за день.
– Мы обучаем больше пилотов, чем для них есть мест в ВВС.

– Я не об этом. Мальчишки, которых собьют в первом же настоящем бою. Толку от них пока немного.

– Ну не знаю. Мне известно, что у нас достаточно "Маринеров" [142] и поплавковых самолётов, чтобы подобрать столько лётчиков, сколько успеют, но сейчас зима и дело происходит в Северной Атлантике. Думаю, ты права. Всех спасти не удастся. Так или иначе, скоро узнаем. У тебя уже сложились планы на выходные?

– Собираюсь остаться с Майком на Лонг-Айленде. Попробую устроить отдых подлиннее. У меня есть ещё несколько дней отпуска, прежде чем мы снова улетим в Женеву.

– Будь с ним поосторожнее. Он склонен к излишней эмоциональности, - со стороны Наамы это была серьезная критика. Она считала Майка Коллинза легкомысленным плейбоем, склонным к выпивке и неспособным сдерживать в узде свой норов. Неспроста Стёйвезант не принял его ни в Совет стратегической авиации, ни в Комитет. Признавала она за ним всего одно достоинство - Майк умел устраивать хорошие вечеринки. Игги всегда нравилось танцевать на лезвии ножа. По крайней мере, она ни разу не жаловалась, когда порежется.

– Ты несправедлива, Нэми. Он очень устал, просто не выдаёт этого. Заботы в Ирландии утомили и разочаровали его. То, что там происходит сейчас, окончательно добило Майка. Наблюдать, как протестанты охотятся на католиков и наоборот, очень тяжело для него. Он считает, что более не стоит там затевать дела, всё равно все усилия пойдут прахом. Вместо этого лучше хорошо провести время. Он ведь и правда хорошо умеет развлекаться. Знаешь же как он говорит: "Лучше синица в руках, чем журавль в небе".

Наама покачала головой и заглянула в кабине Провидца.

– Как дела?

– За десять минут, прошедших с твоего прошло вопроса, ничего не произошло, - едва заметно улыбнулся Стёйвезант.
– И за пятнадцать с тех пор как заглядывала Лилит, тоже. Восхищаюсь её терпением. Скорее всего, в течение часа всё прояснится. Разведка доложит Управлению флота, потом в Белый дом, и уже затем нам. Остаётся только ждать.

В этот момент зазвонил красный телефон на столе Провидца. Он выслушал и вышел в приёмную.

– Лилит, собери нашу банду и огласи сообщение от Дикого Билла. Так он передал: "Пришёл, увидел, потопил".

ГЛАВА ШЕСТЬ

БЕЛАЯ ТЬМА

Кольский полуостров, главный штаб 3-й канадской пехотной дивизии

– Итак, сэр, мы располагаем обычными силами из двух бригад первой линии и одной резерва. Это седьмая и восьмая пехотные, в резерве девятая, большей частью. Третья рота "Камеронских горцев" распределена между различными тыловыми подразделениями дивизии. Их "Виккерсы" в таком климате - идеальное оборонительное оружие. "Горцы Новой Скотии" выведены на переформирование, им требуется пополнение личного состава и снаряжения. Отсюда следует, что наши реальные подкрепления, в случае чего, это "Стормонтские", "Дандасские" и "Гленгарские горцы", а также канадские лёгкие горные стрелки.

– Два батальона на всю дивизию?
– озадачился генерал Рокингем.
– Это очень мало.

– Я знаю, Джон, - ответил генерал Роджерс, как будто оправдываясь, хотя никаких причин тому не было. Кольский фронт для его собеседника - новое назначение, и он пока не очень хорошо понимал особенности войны в здешних условиях. Именно поэтому он выехал непосредственно в войска и всё пристально изучал на месте. Это была общепринятая практика для новоприбывших генералов, чтобы те не изобретали велосипед.