Чтение онлайн

А еще, по словам Доры, у нее существует немалое число духов-помощников — лось, олень, целая стая куропаток, белый ворон и две белых вороны, ворон с полосами на спине, ворон с рисунком на шее. Они выступают и в роли проводников, и в качестве посланников, информаторов. Если же по какой-либо причине мистические птицы и звери вдруг "объявляют выходной", то Дору ведет к цели ветер, обламывая ветки вдоль незримой тропы.

— А могут ли их увидеть этих помощников другие люди?

— Могут. И ты можешь увидеть. Только надо походить рядом со мной и посмотреть, как я работаю. Вот буду я заниматься целителъством где-то поблизости — приглашу.

Впрочем, в отдельных случаях Доре Иннокентьевне не нужны ни птицы, ни ветер — она, как утверждает, может оставлять дома свое тело — "пустую коробочку" — и отправляться в форме собственной души в путешествия по всему миру. Более того, она даже научилась во избежание возможных ЧП делаться при этом невидимой для других душ и астралов. Только для "старта" требуется полная тишина и сосредоточенность. Таким образом, например, она сначала якобы совершила инкогнито визит на Аляску, а затем уже полетела туда в нужное место и к нужным людям на обычном самолете. Встретилась, подружилась, заехала на Гавайи и получила приглашение на "слет" " 12 больших хилеров" с разных континентов, которые должны провести массовый сеанс целения нашей планеты.

Подобно жрецам вуду или сантерии Дора после лечения пациентов вручает им персональные мешочки-талисманы с заговоренными предметами внутри. Может она лечить и на расстоянии, для этого "на три метра поднимается над землей" и на такую же высоту поднимает исцеляемого, а затем направляет в него энергетический пучок. Испытавшие на себе подобное исцеление есть среди моих знакомых журналистов, что общались с Дорой Иннокентьевной только по телефону. А среди тех, кто был вылечен с помощью прямого контакта и упомянутых волшебных рогов, имеется человек, которому она за три дня "высосала" раковую опухоль головы, требовавшую срочной операции с непредвиденным результатом...

На прощание, попросив прикрыть дверь от посторонних, Дора Иннокентьевна "благословила Леной" автора этих строк. Внешне это выглядела так, будто удаганка самым настоящим образом плыла по главной реке Якутии, сливаясь с ее стихией и передавая мне живительные и хранящие силы...

Как правило, личности, по-настоящему наделенные необычными способностями, в отличие от разного рода шарлатанов, бывают в обыденной жизни скромными людьми, не кичатся своими возможностями и не выставляют их напоказ. Очередным свидетельством тому стал для меня Иван Еремеевич Оросунский, живущий в Верхневилюйске. Я уже достаточно много лет хорошо знал его как поэта и краеведа, лично перевел с якутского языка на русский целый сборник его стихов, но даже после рассказов Оросунского о его знакомстве с Никоном и ученичестве у великого шамана не подозревал об одном поистине феноменальном даре Ивана Еремеевича. Открыл мне этот секрет в конце 1998 года журналист улусной газеты, сообщивший, что за последние полтора десятка лет с помощью ясновидения Оросунский обнаружил тела более 70 погибших земляков, сделав это после того, когда все обычные средства поисков не дали никаких результатов.

Услышав такое, я, естественно, при первой же встрече начал пытать Ивана Еремеевича, тем более что он заехал в нашу редакцию, возвращаясь с московского симпозиума "Духовное и народное целительство", где ему вручили диплом академика и орден за заслуги в этой области. На участников международной встречи произвели впечатления итоги 25-летней целительской практики Оросунского: через его руки прошло две с половиной тысячи больных, и 80—90 % из них стали здоровыми. Но, наверное, еще больше всех поразил "отчет" о поисках бесследно пропавших людей.

— С чего это началось, как и когда произошло? — задал я свой первый вопрос.

— В 1985 году. Я жил тогда в Нюрбинском улусе, работал директором школы. Так уж получилось, что каждую весну к нам наведывался один пожилой человек и, собрав старшеклассников, приехавших учиться из его села, устраивал для них праздник на природе. Можно сказать, что это стало традицией, и ребята с нетерпением ждали каждого очередного визита душевного старца. И вот в тот май сразу после встречи ее инициатор куда-то исчез. Назавтра же устроили массовые поиски, прочесали весь окрестный лес, но никого не нашли. К такому же результату пришли и через трое суток, и через десять дней. Не помогли и попытки обнаружить потерявшегося с вертолета. Тогда за дело взялась милиция и, не долго думая, арестовала по подозрению в преступлении всех парней, присутствовавших на пикнике.

Как директор школы я, конечно, страшно переживал, не верил в обвинение и только и думал о том, как бы помочь ребятам. Не знаю, что меня подтолкнуло, но я попросил фотографию деда. Пытаясь мысленно сосредоточиться на его образе, почему-то лег и тут же... заснул. Посреди дня! Правда, я в то время работал на ремонте школы, был усталый и расстроенный, может быть, подействовало это, а может, просто так было нужно. Спал я всего минут пятнадцать, но этого времени хватило, чтобы отчетливо увидеть во сне и узнать маленькое озерцо неподалеку от места празднования и метрах в трех от берега разглядеть под водой тело. Как позже определили следствие и экспертиза, в гибели деда действительно никто виновен не был: он поотстал от ребят, решив искупаться, зашел в воду, попал в яму и утонул.

Слухи, конечно, разошлись по всему улусу, и скоре ко мне, тайком от партийных властей, стали обращаться вначале родственники пропавших, а потом и работники милиции. Последним я помогал несколько раз — не только находил убитых и утопленных людей, но и по фотографиям подозреваемых указывал на преступников.

С годами, набираясь опыта и то сознательно, то интуитивно что-то добавляя или отсеивая, выработал свою собственную методику.

— Я знаю, что шаманы, целители, экстрасенсы и прочие маги и волшебники не очень-то любят раскрывать свои технологии, но все же обращусь с просьбой рассказать о вашем методе чуть поподробнее.

— Мне нет смысла что-то скрывать. Свой дар я считаю одновременно и обязанностью помогать попавшим в беду. Никаких материальных благ он мне не приносит. И если кто-то попробует и у него получится — пусть пользуется.

Обычно я сначала еду или иду на место трагедии, осматриваю его, прошу благословения у реки или озера. Когда поблизости есть священное дерево, то прошу благословения и у него. Разжигаю на берегу и "кормлю" костер, делаю специальный заговор. Если погибший жил неподалеку, то вечером ложусь спать в его доме, в его комнате и на его кровати, опять же делая заговор и обращаясь к духу умершего. Если дом далеко, то можно лечь и на берегу, но в любом случае у меня под головой должна лежать фотография погибшего и какая-то одна вещь из его одежды, обязательно ношеная.

Естественно, перед сном я соответствующим образом настраиваю себя, глядя минуты три на фотографию.

— И, заснув, вы, как в первый раз, через какое-то время видите место гибели и разыскиваемого?

— Нет, теперь это происходит по-другому, в более активной форме. Как только наступает сон, какая-то часть моей сущности превращается в птицу-гагару (если дело происходит на озере) или рыбу-щуку (на реке) и в самом прямом смысле ведет поиск, обследуя дно. У меня иногда создается ощущение, что одновременно я же как бы сижу перед телевизором и наблюдаю все происходящее на "экране". Я "сплю" таким образом часов до трех-четырех утра и, как правило, за это время успеваю найти тело. Точнее будет сказать, что обнаруживаю его практически со стопроцентным результатом в своем родном Вилюе, в малых реках и озерах, а вот на Лене, из-за ее больших размеров и глубины, не всегда это получается. Может быть, там нужна какая-то другая "технология", а может, так очерчены пределы моего дара...

— Сначала ложиться в постель умершего и сознательно думать о нем, потом искать на дне долго лежащий в воде труп... Вам не бывает неприятно или даже попросту страшно?

— Конечно, я не получаю удовольствия от всего этого процесса, но отношусь к нему, как к долгу, необходимой обязанности.

— Можно предположить, что ваша щука или гагара, обнаружив тело, выныривает на поверхность и запоминает место, иначе как бы вы потом его находили?

— Так оно и происходит. На момент выныривания я еще и вижу всю картину происшедшей трагедии, как бы ее видеозапись. Проснувшись, тут же рисую схему на бумаге. В случае, когда место мне совершенно незнакомо, уточняю его по карте, двигая над ней рамку-маятник и ловя сигнал, то есть использую метод биолокации. Иногда погибший, точнее — его дух, каким-то образом разговаривает со мной, говорит, когда тело всплывет на поверхность, и просит подождать. А иногда он молчит, и тогда я сам указываю родственникам по своей схеме, где его искать...