* * *Я тебя закутаюДремой грез пленительных.Я тебя опутаю Сетью тонких трав,Нежно забаюкаю Сказкой ласк томительных,Замедленной мукою Сладостных отрав.Ты вздохнешь, влюбленная.Побледнев от счастия,Сладко-утомленная,Как вечерний свет.Скована безбрежностьюТайны сладострастия,Ты увидишь с нежностью.Что с тобой — поэт. * * *Я ласкал ее долго, ласкал до утра,Целовал ее губы и плечи.И она наконец прошептала: «Пора!Мой желанный, прощай же — до встречи».И часы пронеслись. Я стоял у волны.В ней качалась русалка нагая.Но не бледная дева вчерашней Луны,Но не та, но не та, а другая.И, ее оттолкнув, я упал на песок,А русалка, со смехом во взоре,Вдруг запела: «Простор полноводный глубокМного дев, много раковин в море.Тот, кто слышал напев первозданной волны,Вечно полон мечтаний безбрежных.Мы — с глубокого дна, и у той глубиныМного дев, много раковин нежных». * * *Да, я люблю одну тебяЗа то, что вся ты — страсть,За то, что ты, забыв себя,Спешишь с высот упасть.С высот холодных и немыхТебя я заманилТуда, где слышен звонкий стих,Где не любить нет сил.И в этой пропасти глухойМы — утро бытия.Смотри, желанная, я твой,Смотри: ты вся — моя. * * *Я войду в зачарованный грот,Я узнаю всю сладость земную.Там красавица милого ждет,Я воздушно ее поцелую.Горячо к ней прижмусь и прильну,В опьяненьи своем закачаю.Я люблю молодую волну,Я желанье лобзаньем встречаю.Безгранично-глубок небосвод,И, как небо, мечтанья бескрайны.Я люблю зачарованный грот:В нем для любящих вечные тайны. Пенье ручьяВ пеньи звонкого ручьяПеременность трепетанья.В нем отдельность бытия,Восхваленье мирозданья.Он сорвался с высоты,Возжелав безвестной дали.Многоснежные хребтыВ нем стремленье воспитали.И покинув горный склон,И себя любя без меры,Весь вспенен, домчался онДо заманчивой пещеры.В лабиринт ее проник.Что там было? Что там стало?Чей-то вскрик в тиши возник,Так воздушно и устало.Где-то алые цветыЗашептались, закачались,И виденья красотыПоцелуем повстречались.Поцелуй? Зачем? И чей?Кто узнает! Это тайна…Дальше, прочь бежит ручей,Он в пещере был случайно. Веселый дождьВеселый дождь низлился с высоты, Когда смеялось утро Мая.Прошел в лесах, взрастил в садах цветы, Весь мир улыбкой обнимая.Веселый дождь, источник нежных снов.Твой зов к забвенью сердце слышит.Как много в мир ты нам послал цветов, Ты праздник в жизни всех, кто дышит.
Примечания к стихотворениям
«Жизнь проходит, — вечен сон…»В. Н. Орлов датировал стихотворение 17 ноября 1900, по дате записи в альбоме «Вечеров Случевского». Очевидно, что это — дата записи, а не написания стихотворения. Ныне автограф (значительно отличающийся от окончательного варианта) воспроизведен: Новое литературное обозрение. 1996. № 18. С. 315 / Публ. С. Сапожкова.
«Да, тебя одну люблю я, сладострастная…»Было исключено цензурой и заменено стихотворением «Да, я люблю одну тебя…» (см. ниже).
Хочу.Впервые — Северные цветы на 1902 год. М., 1902. Одно из наиболее популярных стихотворений Бальмонта, предмет постоянного цитирования и пародирования (см.: Тяпков С. Н.Русские символисты в литературных пародиях современников. Иваново, 1980. С. 54–58).
Сладострастие.Было исключено цензурой и заменено стихотворением «Я войду в зачарованный грот…» (см. ниже). С небольшим вариантом под диктовку автора записано 7 февраля 1899 в дневнике Ф. Ф. Фидлера (Фидлер Ф. Ф. Из мира литераторов: характеры и суждения. М., 2008. С. 249) как стихи, которые «не могут быть напечатаны».
«Волнообразно двигая спиной…»Было запрещено цензурой и заменено стихотворением «Пенье ручья» (см. ниже).