Чтение онлайн

Агнар до самого заката не отходил от постели с больной. Он поправлял постоянно сползающее одеяло и менял мокрые полотенца. В голове наёмника роились неприятные мысли, от которых не было покоя.

Наступила ночь. На улице стало темно, только жёлтая луна разбавляла мрак. За окном стрекотали сверчки и цикады. Где-то вдалеке ухали совы, собираясь отправиться на охоту. Иногда за стенами города слышался дикий собачий лай.

В комнате было спокойно. Свет луны пробивался сквозь ставни, оставляя на полу яркую полосу.

Агнар уснул, он был сильно вымотан. Переживания за спутницу лишили сил.

А вот Юки пришла в себя. Она лежала с открытыми глазами и вслушивалась в темноту. Звериные ушки на голове остро реагировали на каждый звук, а тело вздрагивало даже от щелчков растрескавшихся балок на крыше гостиницы.

Юки дождалась полночи, а затем спустила ноги на пол и встала с кровати. Волчица двигалась невероятно тихо, словно не весила даже грамма. Она собрала свою одежду и на мгновение остановилась. Зелёные глаза смотрели на Агнара, а губы тихонько шептали какие-то слова, так похожие на извинения.

Наконец Юки тихонько всхлипнула и направилась к двери.

— И куда это ты?! — спросил Агнар, приподнимаясь на локте.

— Ай! — испуганно взвизгнула Юки.

От неожиданности она даже присела, но затем выпрямилась и обиженно посмотрела исподлобья. В этом взгляде одновременно были печаль, раздражение и толика обиды на весь мир.

Юки поджала губки, а потом резко выпалила:

— Не пугай так! Ты ведь спал, я видела!

— Я наёмник, мой сон очень чуток. Лучше скажи, куда ты собралась в такое время? Не думаю, что решила просто прогуляться под луной.

— Я ухожу! Навсегда! — ответила Юки дрогнувшим голосом.

— Вот как? Когда женщины сбегают посреди ночи, они обычно забирают с собой кошелёк мужчины…

— Я не воровка! Я взяла только одежду!

— И как тогда ты планировала жить без денег?

Агнар не дождался ответа и поднялся с кровати. Он прошёл к двери, запер её на засов и опёрся о деревянные доски спиной.

— Не выпущу, пока не объяснишься.

— Я не должна ничего говорить! Отойди!

Юки попыталась оттеснить наёмника, но сделала это крайне неубедительно. Было видно, что она не горит желанием уйти. И всё же внутренний страх подстёгивал её к действиям, даже если они были всего лишь фикцией.

Агнар сложил руки на груди и потребовал:

— Рассказывай, что ты задумала. К чему такая спешка? Это всё из-за Окумы?

— Я не могу сказать, — почти пропищала Юки, вздрогнув при упоминании проклятого имени.

— Получается, ты решила бросить меня просто так? А я думал, что мы стали друзьями. Разве мы не помогали друг другу? Не спали в одной телеге? Не пили и не ели вместе? А? Всё это для тебя ничего не значит?

— Значит! Для меня это важно! — воскликнула Юки.

Она подалась вперёд и тут же снова поникла. Ушки печально прижались к голове, а взгляд зелёных глаз потух.

Юки собралась с силами и произнесла:

— Ты просто не знаешь, на что способен Окума. Я должна уйти, чтобы обезопасить тебя. Мне самой от этого тошно! Мы путешествуем всего несколько дней, а я уже испытала больше эмоций, чем за все прошлые века!

— Тогда останься.

— Не могу! Окума убьёт тебя, а меня снова посадит на цепь. Мне нужно сбежать как можно дальше, спрятаться в лесах!

— И чем это будет отличаться от прошлой жизни?

Юки не ответила, лишь крепче прижала к себе груду уже помятой одежды. Затем эмоции вдруг пробили последнюю защиту Волчицы. Она упала на колени и разрыдалась в голос, эти слёзы не были показными.

— Я не хочу уходить! Не хочу! Но так надо! Надо! — кричала Юки, её вопли грозили разбудить всю гостиницу.

— Перестань реветь, ну!

— Не перестану! Залью тут всё слезами и утону в них! Это будет лучше, чем страдать! А-а-а-а!

— Заканчивай! Весь город на уши поставишь! Не пристало могучей Белой Волчице вести себя как десятилетняя девочка! Где твоя гордость богини пастухов? Неужели такая долгая жизнь не научила тебя стойко переносить невзгоды?

Но Юки уже не могла остановиться. Эмоции изливались наружу потоком слёз. Сейчас она была даже большей девушкой, чем все остальные девицы королевства. И относиться к ней стоило соответствующе.

Агнар тяжело вздохнул и склонился над рёвой. Он поднял её на руки и отнёс обратно в кровать, а затем сел рядом и проговорил уверенным голосом:

— Мне не привыкать к опасностям. Я множество раз был на грани жизни и смерти. Это меня не пугает.

— Ты просто не понимаешь!

— Тогда объясни! Иначе со стороны всё смотрится крайне паршиво. Будто я тебе надоел, и ты решила уйти.

— Но это не так!

Юки продолжила всхлипывать, но уже укрывшись одеялом. Постепенно к ней стало возвращаться самообладание. Спокойствие Агнара и его участливость лечили тревогу лучше любого зелья.

Наконец Юки собралась с духом и тихо спросила:

— Ты действительно хочешь услышать? Это будет долгая история…

— Конечно, у нас вся ночь впереди. Уснуть мы уже всё равно не сможем.

— Ну ладно…

В полумраке комнаты зелёные глаза Юки светились, как два фонаря. Увидев это, обычные люди наверняка испугались бы, но Агнар уже привык. Ему даже нравилось наблюдать за мерцанием «изумрудов».

Юки посмотрела в потолок и начала рассказ:

— Я родилась и выросла на севере, где лето скоротечно, а зимы суровы. Дома у меня было много друзей, с которыми мы гуляли по горам и лесам, грелись на солнце, играли в догонялки или просто дурачились…

На мгновение Юки замолчала, шмыгнула носом и продолжила:

— Окума был лучшим моим другом. Мы росли вместе, часто впутывались в неприятности, даже ссорились до драк, но никогда не бросали друг друга. Я очень сильно… любила его… неверное.

— Окума тоже дух волка? — спросил Агнар, борясь с неизвестно откуда вдруг взявшейся ревностью.

— Нет, много хуже. Он дух медведя. Его истинное обличье почти вдвое больше моего.

— Он силён?

— Невероятно! Пожалуй, даже целая армия не смогла бы одолеть Окуму. Но страшнее всего его дикий нрав. Даже в детстве, когда мы с друзьями лишь выли на луну, он мечтал сожрать её целиком.

Губы Юки затряслись, ком подступил к горлу. Но она смогла взять себя в руки и снова заговорила:

— В тот злосчастный день мы грелись на камнях и наблюдали за морем. Окума вдруг предложил убежать из дома и отправиться в путешествие по землям людей. Он так ярко всё расписывал, так горел желанием повидать мир…

— И ты согласилась?

— Да! И почти не жалею об этом! Приняв обличье людей, мы несколько лет бродили по городам и деревням. Мы без конца ели, пили и веселились! Это было счастливое время, чего уж скрывать!