Чтение онлайн

А у его глаз удивительно тёплый и ровный цвет, зрачки так завораживающе пульсируют. И ноздри подрагивают, словно он принюхивается.

А я без нижнего белья. От этой мысли к щекам приливает кровь.

— Вещи мне полагаются? — шёпотом уточняю я. — Или как всем оборотням бегать?

— В Лунном мире бывает довольно прохладно без шерсти. — Ариан поднимается. — Пора есть и дальше обсуждать наши дела.

Киваю. Снова берусь за вилку и нож. Даже надрезаю мясо — оно очень мягкое.

— А как ты успел его настолько хорошо приготовить? — поднимаю взгляд на садящегося Ариана.

— Я уже замариновал мясо на обед, когда меня вызвали.

— Аа… — Осторожно снимаю губами кусочек горячего мяса с вилки.

Блаженство! Нежное. Пряности шикарно оттеняют вкус. Мясо точно не говядина и не свинина. Возможно, какая-нибудь дичь. Внезапная мысль бросает в дрожь:

— Надеюсь, это не человечина.

— Оленина.

Не могу понять, какие использованы специи, — очень тонкий аромат. Торопливо отрезаю кусочек. И ещё. И ещё. Просто тает во рту! Господи, да я такой вкуснотищи в жизни не ела, даже в дорогом ресторане, куда Михаил водил меня… правда, там я как истинная девочка больше по салатам, а тут…

Поднимаю счастливый взгляд на Ариана. Склонив голову набок, он неотрывно на меня смотрит. И уголок губ слегка приподнят вверх.

Я что, так смешно выгляжу? Провожу пальцами по губам, вдруг что-нибудь прилипло? Но нет, губы чистые. А Ариан знай смотрит. Сам даже кусочка не отрезал.

— Почему не ешь? — почему-то шёпотом спрашиваю я.

— Пока готовил, наелся.

Сырым мясом, что ли? Моё лицо искажается от отвращения. И Ариан улыбается, смеётся беззвучно и берётся за вилку с ножом:

— Я пошутил.

— Мм, — неопределённо тяну и снова берусь за еду: остановиться невозможно, хорошо, что я не на диете.

От нечеловеческого блаженства отвлекает только пристальное внимание Ариана. Смотрю в тарелку, но физически ощущаю, что Ариан меня разглядывает. И снова не ест. Ну зачем он портит аппетит? Боится, что объем его? Поглядываю на форму с мясом: ещё на пару человек хватит.

— Зачем столько приготовил? Ждал гостей? — Поднимаю голову и застываю под пристальным взглядом тёмных глаз.

— Двоюродный брат возвращается из Аргентины, собирались встретиться. Но у него шину прокололо на трассе, а потом появилась ты.

От взгляда Ариана дышать тяжело. Неуверенно произношу, чтобы сказать хоть что-нибудь:

— Двоюродный брат?

— Да. Лунные князья размножаются не почкованием.

— Понятно. — Невольно улыбаюсь. Вздыхаю. И спрашиваю напрямик: — Почему ты дал мне возможность выбрать мужа самой? Это ведь не только потому, что я человек?

— У меня нет ни малейшего желания губить твою жизнь только потому, что ты стала жрицей. Я бы дал возможность выбрать, даже если бы не собирался использовать ситуацию в своих целях. Просто было бы больше времени на принятие решения.

— Но почему? — Не удержавшись, тянусь к мясу. — К чему такое благородство?

Ариан поднимается с места. Вынимает из шкафчика бутылку вина и наполняет мой бокал.

— Потому что могу себе позволить быть благородным. — Ариан усаживается на место и продолжает смотреть. — Ты теперь моя подданная, я должен тебя защищать. И я не выполню своих обязательств, если ты, например, покончишь с собой из-за того, что не можешь смириться с навязанным мужем. Состязания за жрицу когда-то были нормой. Это привело к дисбалансу в развитии стай, и распределение стало более рациональным, но сами состязания не запрещены. К тому же весело понаблюдать за брачными плясками.

— А какой у тебя личный интерес в этом деле? Кроме веселья.

— Надеюсь поймать убийцу жрицы на живца.

— Что? — Приподнимаюсь. Тут же бессильно опускаюсь на стул. Князь больше не кажется таким уж любезным и добреньким, а в его глазах чудится злой блеск. И вообще смотрит так, будто съесть хочет. — Я буду приманкой?

— Предполагаю, что наглец, которому хватило смелости убить жрицу, не побоится и на тебя покуситься, пока ты гостишь у стай или на свиданиях.

— Не хочу становиться наживкой.

— Предпочитаешь стать жертвой? — Ариан взмахивает рукой. — Кто-то ради своих целей украл и убил оборотня, волчицу со священным даром. В стаях пропавших не было, а значит, на неё напали изгнанники, непринятые полукровки или люди. Без их трупов невозможно отследить заказчика. Мы не знаем, добился ли он своей цели. И саму цель не знаем. Возможно, тебя захотят убрать, когда все расслабятся. И может даже не этот убийца, а кто-нибудь другой, чтобы ускорить получение жрицы своей стаей, ты же человек, твоё убийство не такой страшный проступок, как убийство чистокровной одарённой волчицы.

Возмущение захлёстывает меня, и первое, что срывается с пересохших губ:

— Расисты.

— Есть немного, — едва уловимо морщится Ариан. — Для сохранения способности к обороту приходится бороться за чистоту крови идеологическими способами.

— И как в сохранение крови вписывается брак со мной? — Раздражённо вонзаю вилку в мясо и отрезаю кусок. Закидываю в рот. Жую. Смотрю на Ариана.

— Сила жрицы подавит твои человеческие гены.

Сглотнув мясо, отрезаю следующий кусок, напоминаю:

— Дети наследуют половину хромосом от матери. Это не обойти.

— Тамара, разве я на человека не похож? — Ариан смотрит серьёзно, и мне опять кусок в горло не лезет.

— Похож неотличимо, — шёпотом подтверждаю я.

— Твои дети от оборотней в человеческой ипостаси будут такими же красивыми, как ты, а звериную форму получат от отца. Через два поколения, если продолжат смешение с оборотнями, станут неотличимы от чистокровных.

— Я так понимаю, подобные смешения у вас были, раз знаете последствия.

— Раньше жриц свободнее выпускали в Сумеречный мир, иногда они гибли. Или их убивали. И сила находила пристанище в человеческих женщинах. Некоторые из них соблазнили нашедших их оборотней. Всё их потомство прекрасно оборачивается.

Во все глаза смотрю на Ариана, начиная осознавать, как же мне повезло, что скрещивание с людьми у них опробовано, а то бы убили меня и прикопали под кустиком.

— Охранять тебя буду лично, — произносит он своим бархатно-рокочущим голосом. — Постоянно.