Чтение онлайн

Нортман достал из морозильной камеры два пакета со льдом, и протянул один Лукасу, приложив второй к своему виску.

– Надо было сразу ударить тебя по голове. Я бы так и сделал, если бы знал, что это поможет. А теперь настал решающий момент, я буду проверять твою психику на вменяемость.

– Что произошло?

Майкл замолчал, и Лукас думал, что его друг не собирается отвечать, но тут Нортман выдохнул и заговорил.

– Мы поднялись в мою квартиру, я был настроен на продолжение...

– На данном этапе я ставлю тебе оценку "отлично", - сказал Гарсия.

– Благодарю тебя, о, учитель!
– съязвил Майкл.

– Не за что, мой нерадивый ученик. Что было дальше?

– Потом меня заклинило... Я подумал, что предаю Аманду и остановился.

– Минус один балл.

– Грейси ушла, наверное подумав, что я псих. А я смотрел как она убегает и не мог сдвинуться с места или хотя бы поговорить с ней.

– Это "неудовлетворительно", и ты оставлен на второй год. Ты хоть представляешь, что ты надел со своим приступом столбняка? Будет очень хорошо, если она подумает, что на тебя повлияли магнитные бури, а не то, что ты просто решил пошутить над ней таким образом. Учитывая обстоятельства, это очень оптимистичное предположение ия бы на него не рассчитывал. Она тебе нравится?

– Я недолго был знаком с ней.

– И именно поэтому ты потащил ее к себе домой, а когда ничего не вышло, напился до состояния бревна. Ты герооой!

– Лукас, - предупреждающим тоном сказал Майкл.

– Что?

– Не смей распускать перед ней крылья.

– Я и не собирался, идиот! Хотя, в этом отеле, есть интересующий меня объект, так что, возможно я тоже устрою паломничество в "Райский уголок". Слушай, у тебя есть что-нибудь съедобное?

– Вообще-то нет.

– Ты садист, нельзя так встречать своих друзей. Пошли, перекусим в какое-нибудь кафе, или я сейчас начну грызть мебель от голода. Только мне нужно переодеться, ты порвал мои дизайнерские шмотки.

– Выбери что-нибудь в моем шкафу.

– Придется, хотя я буду сгорать от стыда, обедая в публичном месте в твоей ужасной одежде, которая может пригодиться лишь для мытья пола.

– Можешь идти так. Тем более твои дорогие джинсы и рубашка вне конкуренции.

– Это запрещенный прием!

– Я пойду приму душ, а ты иди переодевайся, и не гипнотизируй зеркало своим взглядом, оно стесняется.

Глава 12.

Оливия зашла в кабинет, и постучала по циферблату своих часиков, привлекая внимания Грейси.

– Рабочий день закончился полчаса назад, поэтому ты сейчас выключишь компьютер, и мы вместе спустимся ко мне.

– Я подойду буквально через несколько минут, - ответила Стоун.

– Нет, нет и нет. Не могу допустить, чтобы ты заблудилась по дороге, с этой секунды я переквалифицировалась из твоего секретаря в конвоира.

– У меня вообще нет шансов?

– Ни одного!

Грейси улыбнулась, и, выключив компьютер, начала собирать вещи. Cтоун всегда знала, в каком номере живет Оливия, но сегодня она в первый раз решилась зайти к ней в гости. Хотя раньше подобных приглашений не поступало, ведь все считали ее злобной стервой, и продолжают это делать. Почему Харрисон считала по-другому, Грейси не знала, ведь кроме нее в отеле работаломного общительных и хороших людей. Что может быть у них общего кроме работы? Стоун не знала, чем заслужила такое внимание, ведь назвать ее веселой или коммуникабельной нельзя было даже с очень большим преувеличением. Для нее не было чуждым лишь одиночество, в котором она провела практически всю свою жизнь. Замкнутый круг, в котором она находилась все это время, стал затягиваться петлей на ее шее, и девушке просто не хватало глотка свежего воздуха, который мог пробудить ее к жизни. Грейси сама не понимала как она смогла проработать в месте большого скопления людей и не сбежать при этом куда-нибудь подальше.

– О чем задумалась?
– спросила Оливия, когда они спускались на лифте.

– Обо всем понемногу. Я чувствую себя какой-то разбитой.

– Это пройдет после четвертого фужера вина, не зря же я устраиваю сегодня чудовищный ужин.

При слове "чудовищный" Стоун невольно посмотрела в зеркало, считая, что это прилагательное точно охарактеризовало ее.

– В каком смысле?
– удалось спросить Грейси, хотя ее голос при этом дрогнул.

– Сегодня ничего полезного, безвкусного, диетического не будет. Я заказала мясо на гриле, cалат с копченной курицей, пиццу, огромный торт и две бутылки красного вина.

– Звучит заманчиво.

– Да, и мне наплевать на то, что после такого праздника кулинарного искусства, мне придется ходить с заклеенным ртом целый месяц.

– Зачем?

– Хотя бы затем, чтобы иметь возможность проходить в дверные приемы.

– Это предрассудки.

– Но без них никак нельзяв этой жизни. Проходи, располагайся.

Оливия открыла дверь и пропустила Грейси вперед. Девушка потрясенно ахнула, увидев интерьер номера. Оранжевые обои, красные диваны и зеленые шторы делали комнату чрезвычайно яркой, но при этом каким-то образом обстановка не была кричащей, а наоборот казалась очень уютной.

– Это моя задумка, разукрасить свое жилье во все цвета радуги. Терпеть не могу мрачные тона и унылую обстановку. Выбирай место, которое тебе больше понравиться и присаживайся. Хотя можешь сразу лечь, я вообще не понимаю, как ты держись на ногах, работая в таком бешеном режиме.

– Давай я хоть чем-нибудь помогу тебе, - попросила Грейси, чувствуя дискомфорт от того, что ничем не занята.

– Хорошо! Вот тебе пульт от телевизора, найди какой-нибудь музыкальный канал, пока я буду перетаскивать еду в гостиную. Да, кстати, можешь устроить себе экскурсию по номеру, только, выдохни сначала, перед тем как зайдешь в ванную, а то тамрасполагается довольно специфичная мозаика.

– А специфика какого плана?

– Профильного и анфасного. Загляни, если стало интересно.

Грейси хотела остаться на месте, но Лив разожгла в ней такое любопытство, что девушка не удержалась и пошла осматривать номер.

Спальня Оливии была заполнена различными статуэтками и фотографиями в ярких рамочках. На одной из них Лив стояла в обнимку со светловолосой женщиной и радостно улыбалась. Судя по очевидному сходству, это была мать Лив, но Грейси могла и ошибиться. Еще было много снимком из колледжа, и Стоун внимательно рассмотрела каждый из них. Заглянув в ванную, Грейси застыла на пороге, завороженная красотой мозаики, которая переливалась всевозможными оттенками. На картине был изображен морской берег и красивый руссал, облокотившийся на небольшой кусок скалы. В его черных волосах запуталась морская звезда, а мускулистые руки украшала необычная татуировка. Капельки воды словно бриллианты рассыпались по его загорелому торсу, а серебристый хвост разметал золотистый песок в воздухе.

– Ты под впечатлением?
– спросила подошедшая Оливия.

– Потрясающе, - проговорила Грейси. Никогда не видела ничего подобного.

– Я конечно, могла бы сказать тебе, что именно изображено на мозайке, но тогда это не произвело бы нужный эффект. Тем более нужно же когда-нибудь оживлять твою фантазию. Вообще можно было бы сделать что-нибудь откровенное, но я люблю красоту, а не пошлость, хотя нет, иногда, последний вариант мне тоже нравится.

– Ну что, теперь самое время уничтожить мировые запасы еды.

– Вообще я проголодалась как волк, поэтому еда не помешает.

– Ну, тогда ты должна еще умирать от жажды как в африканской пустыне потому, что с вином нам тоже нужно расправиться.

Оливия расставила тарелки на столе и, открыв бутылку, разлила вино по фужерам.

– Не будем откладывать на завтра то, что можно выпить сегодня!
– Cказала Лив и чокнулась бокалом с Грейси.

Девушки приступили к еде, при этом Оливия тщательно следила, чтобы вино не заканчивалось в фужерах, и вскоре первая бутылка опустела до дна.