Чтение онлайн

Мальчик повернулся, сдвинул бейсболку на затылок, снял темные очки. По комнате, мерцая, начал разливаться синий свет.

— Андрей, это приказ. Вспышка сзади!

Услышав знакомое и уместное в любой ситуации спасительное слово «приказ», Анчар зажмурился, но успел заметить, что Миша неторопливо начал поднимать вверх ладонь правой руки. Жгучая тяжесть в плечах отпустила, стало легче дышать, затекшие кисти освободились. Он упал ничком на пол и прикрыл голову руками, как делал при разрыве гранаты…

— Подожди еще минутку, я заканчиваю. Можешь открыть глаза.

Анчар приподнял голову. Мальчишка резво двигал мышкой, не глядя по сторонам. Синее мерцание исчезло.

Ахмед и Мухамед уже поднялись с пола, беспомощно растопырив пальцы и слепо подняв вверх залитые слезами лица. Их можно взять голыми руками, как новорожденных котят. Комнату заполнял вой.

Но это была победа не Анчара.

Вдруг дверь в дальней комнате распахнулась, и в проеме появился разъяренный Казем. В секунду он увидел, что его подчиненные, тычутся в стены, шарят руками в поисках опоры, натыкаются друг на друга; пленный вскочил с пола, растирая руки, а мальчик увлеченно рассматривает карты на дисплее.

Рыча ругательства — да что же это такое, нельзя ни на минуту оставить недоумков — он рванулся вперед и застыл перед Андреем: ноги чуть согнуты в коленях, рукоять пистолета зажата в ладони правой руки.

Не теряя ни единой драгоценной секунды, Анчар перенес вес на левую ногу и качнулся влево, кувыркнулся вперед и вскочил на ноги сбоку и чуть сзади от противника, оказавшись в «мертвой» зоне.

И вовремя: он опередил выстрел на мгновение. Уши заложило от грохота, всплеск воздуха лизнул щеку.

Правильно, теперь Казему деваться некуда, он повернется за противником, выставив пистолет. Молодец, подставился неграмотно, вот тебе ребром ладони по «мушке». Так плохие мальчики остаются без оружия.

Пистолет вывернулся из руки, выстрел слился с ударом пули об пол.

На секунду оба замерли: невысокие, худощавые, крепкие, один смуглый, другой рыжеватый. И каждый увидел перед собой врага. Анчар подался вперед — Казем, отшатнулся. И это была победа Анчара.

Те, что сзади, уже не в счет. О Мише можно пока не думать. Ирина! Анчар готов был вцепиться Казему в глотку и вынуть из него душу, за все, что пришлось пережить Ирине. Выдал ли свое намерение Анчар взглядом, задышал ли тяжело, или от его ненависти между ними сгустился воздух, но Казем развернулся и бросился назад в комнату. Анчар, подхватив пистолет с пола — за ним. Вот тут тебе и конец!

Страшный араб ворвался в комнату и исчез за дверью. Ира дернула головой ему вслед, но он уже скрылся в арке. А в комнату влетел Андрей! Не помня себя от радости, Ира вскочила с топчана и бросилась ему на шею. Наконец-то! Счастье, счастье и радость! Он здесь, Миша рядом, что еще! Скорее, скорее отсюда, из этого жуткого логова, на волю, к свету, домой, в прежнюю жизнь…

— Андрей!

— Да что ты все время под ноги лезешь! С дороги! — Анчар с досадой оттолкнул Ирину. — Сядь в сторонке, не мешай!

Но секунды были потеряны. Враг исчез, в пустой комнате осталась одна Ирина. Ну и видок! Растрепанная, босая, тонкая лямка дурацкого платья болтается, вырванная вместе с клоком блестящей материи. Стоит, руки опустила, хоть бы прикрылась, полуголая. Где шаль Валюхина? От такого зрелища не то, что Казем, кто угодно… гм-м, ладно, отведи глаза, Анчар, чего уставился!

— Ира, Ир, ну что ты… что, глупая… Успокойся, все кончилось, Миша с тобой, сейчас домой поедем. Ну, хватит, хватит…

А Ира остановиться не могла, рыдала в голос, да так, что дыхание перехватывало, каждый вдох казался последним.

Анчар обнял Ирину, погладил по спине. Под пальцами дрогнули позвонки. Черт с ним, с Каземом! Пусть ноги себе переломает где-нибудь в подземелье и башку свернет заодно. Куда бежать, кого догонять, если Ирина вцепилась в рукав, дрожит, рыдает, бормочет что-то.

Он осторожно подвел Ирину к топчану, усадил, укутав ее покрывалом.

— Посиди, успокойся, я сейчас.

За аркой ступеньки спускались вниз, в большой подвал. Там рабочие перетаскивают мешки, складывают их возле стены. Не видели Казема, или сделали вид, что не заметили? А, может, тут еще выход куда-то есть? Дальше — просвет, там еще лавки, следующая улица рынка, покупатели и продавцы… Черт ногу сломит!

Анчар постоял на площадке перед лестницей в подвал, хоронясь за углом, да что стоять зря! Понятно, что Казем уже далеко, уже и подмогу собирает, надо уходить скорее.

В комнате Миша по-прежнему стучит по клавиатуре, Ирина завязывает волосы в хвост, потихоньку всхлипывая. Конечно же, нос у нее красный, веки припухли. Плечи она вместо шали укутала той скатертью, на которую поймали Анчара. Удивительные отношения у нее с Мишей. На ее месте любая мать, нашедшая потерянного ребенка, уже зацеловала, затормошила его, схватила бы в охапку и с рук не спустила. А она даже не смотрит в его сторону, косится на слепых Ахмеда и Мухамеда. Они уже не воют, сидят в углу, прижавшись спинами друг к другу.

Миша выключил компьютер.

— Нашел, можно уходить.

Пропустив вперед Ирину с Мишей, Анчар задержался на минуту. Короткими ударами отключил Мухамеда и Ахмеда, пусть отдохнут, им достаточно впечатлений.

— Извините, ребята, сами потом спасибо скажете, ничего не видели, ничего не знаете.

Поправил пистолет Казема, засунув его за пояс под рубашку, и вышел из комнаты.

Улочки рынка заметно опустели, магазины закрываются. Все: и продавцы, и покупатели — торопятся на молитву. В тусклом полумраке невозможно сообразить, сколько времени прошло, двадцать минут или два часа.

Мансур, пристроившись за выступом дома в тени, приготовился к долгому ожиданию. Казем сказал, что позовет его, когда решит, что делать с «русским». И за Наташу он расплатиться должен. Мансур своего не собирается упускать.

С рынка вышли трое: Андрей, Наташа и мальчишка. Яркий солнечный свет ослепил взрослых, и они, щурясь, остановились у выхода. Мальчишка, как и вчера, в темных очках, пошел себе, не оглядываясь, через площадь, будто у себя дома.

Как это понимать? Казем не мог сам отпустить заложника, а Наташу тем более, она ему понравилась, Мансур может в этом поклясться! А этот, откуда он тут взялся? Он же должен сидеть в машине на стоянке! Мысли заметались. Если бы не Андрей, он бы сам подошел к Наташе и мальчику, заставил бы их вернуться обратно к командиру. Нужно было сразу послать Андрея подальше. Может, пойти к Казему, поговорить с ним? Нет, лучше не сейчас. Сейчас нужно бежать отсюда, затаиться и выждать. Казем сам его найдет, а к тому времени Мансур что-нибудь придумает.

Темнота в глазах рассеялась, и Анчар увидел, что Миша осторожно идет впереди, принюхиваясь, как собака, которая ищет взрывчатку. Ну и пацан! Мать извелась, еле на ногах стоит, Анчар такое провернул, чтобы освободить его! О том, чем это все может закончиться, лучше и не думать. А он в сыщика играет посреди Шхема! Взять бы в охапку, да надавать по заднице! Но знаменитое чутье Анчара уже окончательно проснулось: не обернулось бы непрошеное воспитание синим сиянием, или чем похуже! Уж лучше пусть нюхает. Часы на башне показывают половину двенадцатого.