Чтение онлайн

Информации не было.

Происходило нечто не очень понятное. Мы ходили по городу, как мне казалось, произвольно.

Таор остановился около одного дома, оглядел его так, будто впервые видит, и двинул дальше.

Спина его выразила сомнение.

Я поняла, что спина у Волка — говорящая, и начала присматриваться к ней тщательнее.

Выбрав другой дом, Таор остановился, поговорил с вышедшей оттуда женщиной. Крепкая, и на вид боевая, она беседовала с ним не особенно приветливо, с тем же выражением поглядывая и на меня. Разговор не затянулся, они попрощались уже через несколько фраз.

Теперь спина Волка изображала крайнюю степень досады.

Затем Таор посетил ещё несколько домов, у которых провел еще несколько бесед с женщинами и одну — с мужчиной. Я не слышала, о чем они говорили, но, когда спина Таора начала источать ярость, поняла, что его ожидания от прогулки не оправдались. Совсем.

Солнце уже вышло из зенита, начав клониться в сторону запада, когда я обнаружила, что в этом месте мы уже точно были. Вот же дом, с темными ставнями и пышными клумбами чудесной лиловой обриеты. Точно он! Я уже любовалась этими великолепными зарослями. Маленькие, но дружные цветы так густо облепляли отведенный им клочок земли, что клумба выглядела как одно лиловое пятно.

На этот раз широкая мужская спина казалась странно растерянной. Я окончательно озадачилась.

«Что происходит?»

Пока шла за Таором, все больше осознавала, что мне нравится устройство волчьего города, щедро разбавленного деревьями. У нас село в поле. Глянул в одну, другую сторону — дома с редкими деревцами, открытый простор. Скучно. Летом под солцем село нагревается как на сковородке, а жители жарятся на этой сковороде как яица. Единственное спасение — прохладный дом. Когда лето уходит, приходят холод и ветер, которые окружают еще беспощаднее солнца, и ничего не останавливает жестоких захватчиков. У Волков же густой стеной стоит лес, так что солнечные островки перемежаются с блаженной прохладой от высоких деревьев.

Я шагала за Волком, ощущая густой запах нагретой на солнце хвои. Под ухом лениво жужжали обязательные мошки. Совсем мало — крылатые не очень любят запах сосны. Всегда мечтала, чтобы у дома росло несколько этих высоких красавиц. Но наш дом окружали лишь пышные ягодные кусты, которые мошек только привлекали.

— Ай!

Прилетевшая в макушку шишка, мгновенно отвлекла от созерцания окрестностей. Айкнув, я обернулась и сразу получила второй прямо в лоб.

Больно!

Если первый удар смягчили волосы и платок, то второй снаряд ударился прямо в незащищенную кожу, заставив зажмуриться от чувствительной, обидной боли.

Пара подростков лет двенадцати, запустившие в меня шишками, стояли шагов за пятнадцать от меня под сосной, и злорадно скалились. В пятернях у обоих имелось еще с десяток снарядов, которые они красноречиво подбрасывали.

— Эй, вы...

Назвать их трусливыми белками, я не успела, потому что мальчишки тут же получили каждый по лбу. Оглянувшись, я изумленно узрела, как Таор с силой запускает в нападающих прицельный град из шишек, что в изобилии валялись под ногами. На минуту Волка будто сорвало, лицо исступленно исказилось, руки замелькали как крылья ветряной мельницы. Не ожидав, да и не сумея противостоять атаке взрослого мужчины, мальчишки возмущенно заверещали, кинулись бежать. Таор еще несколько длинных прыжков преследовал их, с заметным удовольствием крепко вмазывая сосновыми снарядами точно по бегущим загорелым затылкам. Я только остолбенело наблюдала как быстро мелькают коричневые от земли мальчишечьи пятки.

Отряхивая руки вернулся, бросил на меня разгоряченный янтарный взгляд. Мокрые пряди отросших черных волос прилипли к шее и загорелому лбу. Волк смахнул пот, остановился рядом.

— Если умеешь кидать в цель, лучше отвечать, — проговорил глядя поверх моей головы.

— Можно? Хорошо... Я умею, — пролепетала, еще не придя в себя от неожиданного заступничества. Даже забыла поблагодарить.

Только что с Таором было все понятно, как стало непонятно. Чего теперь-то ожидать? Я окончательно перестала разбираться.

Он присел на корточки около весело бурлящего ручья, по-мужски размашисто омыл лицо, шею, руки. По лицу нельзя было ничего сказать, и я осторожно сделала шаг назад, косясь на более красноречивую для меня спину. Та сообщила, что мой провожатый утомлен. Таор подозрительно оглянулся.

— Куда глазеешь?

— Я? — растерялась, отвела глаза. — На ручей.

Прилежно уставилась на звонкий ручеек. Спина мужчины выразила мне однозначное недоверие.

«Он думает, я смотрю на его зад?» — я на секунду испугалась. — «Больно нужен!»

Волк вслух фыркнул и еще раз ополоснул лицо, щедро орошая темными каплями воды собственную рубашку.

— Так... Я понял, что ты умеешь копать. Травы, цветочки, корешки, значит... А что с зайцами, куропатками?

— Копать зайцев?

Выпрямившись, Таор скептически оглядел меня фирменным хмурым взглядом.

— Их я сам выкопаю. Разделывать, готовить, шкуру снимать, ощипывать — научена?

Настороженно кивнула.

— Хоть что-то... — он развернулся. — Двигай за мной.

Спина сообщила мне, что ее хозяин далек от хорошего настроения, но временно присмирел.

***

Пройдя через весь город, мы пришли к небольшому скромному дому, стоящему поодаль от основной дороги. Рядом мирно текла река, вокруг стояли сосны. Немолодой дом из темного кругляка выглядел мрачным и неприветливым как Таор. Крышу с подкопченой трубой покрывал слой из ржаво-рыжих сосновых иголок. Окна не светились. Вдоль одной стены высилась поленница. Рядом стояла чурка, в которую был негостеприимно и как-то намекающе воткнут топор.

«Здесь?»

Неуверенно огляделась.

Чья-то тень мелькнула между деревьев. Большой черный пес выпрыгнул из кустов, понесся прямо на меня и с рычанием прыгнул на грудь, мгновенно повалив. Я взвизгнула.

Уже лежа открыла глаза и увидела над собой оскаленную пасть с острыми зубами, когда чудовище огорченно заскулило: Таор бесцеременно оттаскивал его от меня за загривок. На меня пахнуло горячим звериным дыханием. На щеку успела капнуть слюна.

Поспешно вытерлась.

— Ша, Бояр! Нельзя! От нее только пахнет котлетами! Не еда! Не игрушка!

Приподнялась на локтях.

Волк! Мокрый алый язык высунулся из пасти, улыбаясь хозяину.

— ...это Бояр, — пояснил Таор уже мне. — Не бойся, не съест. Он еще маленький, глупый.

«Маленький?!»

Я опасливо оглядела огромного пса. Выглядел он нестандартно. Голова несоразмерно большая, лапы коротковаты, странно неуклюжие, шерсть пушистая и совершенно наивное выражение морды, совсем детское.

Действительно, щенок. Только огромный.

— А... тогда хорошо, — впечатленно пробормотала я, поднимаясь и немного радуясь уже тому, что не интересую волков с пищевой стороны.