Чтение онлайн

— К обочине прижмись и остановись. Быстро!!!

— Что? — Крест заржал. — Потерпеть не можешь? В лесу не мог сходить? Унитаз в траве не нашел?

— Делай, как он сказал, — прошипел Серый. — Хозяин сказал, что он за него в асфальт закатает.

— Так бы и сказал, что он тут главный, — Крест резко свернул к обочине, притормаживая, и тут это случилось: огромную фуру, за которой они ехали, вдруг потянуло на соседнюю полосу, там она встретилась с контейнеровозом, снеся несколько легковушек, и две огромные махины, сцепившись, понесло на встречный поток. Ехавший за ними грузовик, нацелившийся, было, на их багажник, пронесло дальше, и он врезался в «газель». Две машины сцепились друг с другом разодранным железом, и начали принимать на свои измочаленные, перевернутые туши, легковушки, которые не успевали тормозить. Буров прикрыл глаза, а затем и уши руками, чтобы не слышать крики умирающих людей и треск рвущегося мертвого металла. Потом полыхнуло, над дорогой поднялся шар рыжего яркого огня.

— Это чо такое сейчас было, а? — бледный Крест повернулся к Тихомиру. — Слышь, село. Ты чо, щас нас от смерти спас?

— Меня зовут странник, называйте, прошу вас, этим именем, я к нему привык, а сейчас, пожалуйста, поезжайте вон по той дороге. — Тихомир показал рукой на небольшую грунтовку, которая смыкалась с трассой. — Нам нужно уехать отсюда как можно быстрее, иначе задержат здесь не на один час, стражи порядка уже мчатся сюда, начнут опрашивать, задавать ненужные нам вопросы…

— Стражи? — Крест нервно хихикнул. — Это ты про продавцов полосатых палочек что ли?

— Про них, — кивнул Буров. — Пожалуйста, делайте так, как я сказал. Мы не можем задерживаться, у нас мало времени, да и не кончилось еще ничего. Не уедем, еще и не в такой переплет попадем.

— Я не знаю тут никаких дорог, — Крест взглянул на Серого. — А если в тупик заедем?

— Делай, как он сказал, — Сергей смотрел на дорогу, прикидывая масштабы аварии. По его оценкам, как минимум двадцать машин пострадало, раненых не один десяток, наверняка и жмуров хватало. Если бы они не прижались к обочине, то их джип находился бы сейчас в самой середине мешанины из побитого транспорта, что образовалась на дороге, им бы точно не выжить, особенно после взрыва того грузовика, что следовал за ними. — Дави на газ, а то точно ДПСники не отпустят, пока свидетельские показания не снимут — оно нам надо?

Крест послушно съехал с трассы, и они покатили в лес. Километра через два Тихомир показал на другую грунтовую дорогу, которая шла перпендикулярно этой, они свернули на нее, а еще через пять километров выскочили на грунтовку, которая вывела обратно к трассе.

— Ну, ты, блин, село, даешь! — Крест недоверчиво покачал головой. — Видать, хорошо эти места знаешь? Местный что ли?

— Я живу далеко отсюда, — вежливо ответил Буров. — Этих мест не знаю, но легко догадаться, что все маленькие дороги стремятся к большой трассе, как маленькие речки бегут к большой воде.

— Типа — умный колхоз? — водитель заржал, но заметив хмурый, предостерегающий взгляд Серого, тут же замолк и уставился на дорогу. — Типа, я не местный, но все тут знаю? Ботан сельский? По навозу определяешь размер сисек у доярок?

Они помчались дальше по трассе, навстречу им пролетело несколько машин полиции и скорой помощи с мигалками. Трасса очистилась, все машины остались сзади в многокилометровой пробке. Тихомир расслабил напряженные плечи, запаха крови он уже не чувствовал, а вот чужую боль, отчаяние и горе ощущал до сих пор. Это была не его жизнь, и сделать он ничего не мог, даже если бы и предотвратил эту аварию. Он понимал, эти люди сами стремились к своей смерти, хоть и не понимали этого, пустая бессмысленная жизнь влечет за собой глупую смерть, но чужое горе все равно оставалось горем, и сердцу было больно его ощущать. И еще он знал, что авария не случайна. Когда они остановились, то услышал промельк чужой мысли на самой границе его восприятия. Даже не мысль, эмоцию. Азарт охотника, а потом сильное разочарование, когда они успели отвернуть. Определенно, их хотели убить. Точнее его. Вряд ли эти парни представляют для кого-то такую опасность, что ради них устроили грандиозную аварию. Получается, что охотились за ним? Но кто, зачем? Неужели его нашло прошлое?

Буров закрыл глаза. Просмотрел ближайшее будущее и успокоился. Нет, его искало не прошлое, это настоящее пыталось ему что-то сказать. Странник чуть расслабился, коли так, то у него будут возможности выжить. Настоящее не прошлое, его можно изменить. Он вздохнул. Ему было тяжело, он чувствовал приближение большого города, его шум, гам, много энергии уходящей в никуда, отчаяние, боль его жителей. Люди жили, словно в тюрьме, но не понимали этого, и держала их внутри каменных мешков лишь надежда на что-то несбыточное. Мир изменился. Не стало тех, кто его вел, а новые правители делали глупость одну за другой. Тоскливо это ощущать.

Тихомир мысленно покорил себя. Не стоило так, он еще до города не доехал, а уже начал тосковать по лесу и теплу травы и земли. Будет трудно, он знал это, следовательно надо терпеть. Долги следует отдавать, таков закон волхвов, а он идет их путем. Нельзя нарушать древние заповеди, они глубокий смысл имеют, пусть и непонятный нынче никому.

Они влетели в город, пропетляли по улицам и остановились у небольшого магазинчика.

— Идемте, странник, — обратился к нему Сергей. — Надо вас приодеть. Нельзя в городе в такой одежде разгуливать.

— Она удобная, лесная, в ней хорошо, — ответил Тихомир. — Тело дышит, тепло, уютно.

— Слышь, село? — спросил Крест. — А в лаптях ходить, удобно? Ногу не натирает, портянки не промокают?

— Ходить удобно, мягко, нога все чувствует, каждый сучок, каждую травинку, оттого и хорошо, — ответил вежливо Буров. — А нормальные лапти сплетены так, что в них вода не попадает, и ноге приятно. Раньше вся Русь в лаптях ходила, воевали в них, хлеб растили, а если все так ходили, значит, удобно было. В них летом не жарко, нога не потеет. Да и зимой такую обувку носили, она снег не пропускает, в лаптях тепло, если обмотки теплые одеть. К тому же, сделать такую обувку нетрудно, материала полон лес, и это не синтетика — чем плохо?

— Ну, ты скажешь, деревня, — заржал Крест. — Городские во все времена в сапогах ходили.

— И то правда, — кивнул Тихомир. — В городе камнем улицы вымощены, лапти долго не терпят.

— Во-во, — Крест заглушил мотор. — Город это сила.

— В городе и правила городские, в лаптях у нас никто не ходит, — Серый открыл дверь в магазинчик. — Да и хозяин велел вас одеть, как подобает. Сапоги, правда, сейчас уже носят только зимой, но можно и другую обувь найти. Выходите!

— Ладно, надо так надо, — согласился Буров. — Только выбирать сам буду из того, что предложат.

— Заметано, — усмехнулся Сергей, видимо представляя, что тот выберет, но его это не касалось, и вообще это поручение ему все больше не нравилось, хоть вроде все просто. Но лучше уж какого-нибудь хмыря на поляне закопать, чем за этим деревенским мужиком ходить. Правда, была в этом колхознике какая-то странность, по большому счету не походил он на неотесанную деревенщину, да и города, похоже, не боялся, и точно ничему не удивлялся. — Выберете сами.

В бутике к ним метнулась продавщица, но Серый лишь неопределенно помахал рукой:

— Хозяйку зови, скажи, кредиторы пришли. Должна она и много, будем вас сейчас немного править…

Девушка испуганно посмотрела на него, перевела взгляд на оттопырившийся из-за кобуры пиджак, и исчезла в подсобке, прикрытой занавеской, через пару минут оттуда вышла дородная дама с хмурым лицом, но посмотрев на Сергея, просветлела.

«Они знакомы, — привычно подумал Тихомир. — Любовь у них была, пусть и короткая, запахи сходятся и энергетически они друг другу подходят».

— Вот тебе клиент, Лара, — Серый показал на Бурова. — Хозяин велел денег не жалеть. Одеть так, чтобы его никто не замечал, и с ним можно было бы в любое место пойти, хоть в оперу, в клуб ночной, или на прием к хозяину.