Чтение онлайн

Мейнард кивнул, как если бы не считал поведение Лейн ненормальным.
– Я понимаю.

–  А я - нет. Если попытаться поговорить с ней о боге иудеев, то первую минуту она говорит, что ее бог - это единственный истинный бог, а в следующую - начинает утверждать, что с научной точки зрения ее история о сотворении мира невозможна. Это выглядит так, что она хочет, чтобы я знала суть ее религии, но не хочет, чтобы я верила, поскольку она сама неверующая - хотя на самом деле она верит.

–  Вещи, о которых вам говорили в детстве - ваш страх, ваша религия, ваши предрассудкт - становятся настолько независимыми от вас, когда становитесь взрослыми, что от них очень трудно избавиться. Иногда вы даже не осознаете присутствие подобных вещей до момента истины, и после этого их внезапно становится так же трудно не заметить, как третью руку, и столь же трудно - избавиться от них.

–  Вы говорите так, как будто вам пришлось через это пройти.

–  Было несколько случаев, когда все, что мне оставалось делать, это целовать грязь и молиться.

Штормовая Песня слегка усмехнулась, напомнив Тинкер, что у их разговора есть слушатели. Вслед за этим она вспомнила, что Мейнард являлся второй наиболее важной личностью в Питтсбурге после Ветроволка - и он искал с ней встречи.

–  Вряд ли вы пришли сюда, чтобы спросить о моем вероисповедании.

–  В каком-то смысле - именно за этим, - сказал Мейнард.
– Вы понимаете, что договор с эльфами, касающийся статуса Питтсбурга, сейчас лишился юридической силы?

–  Нет. Почему это должно произойти?

–  Основополагающим принципом договора является то, что Питтсбург - это земной город, который только временно пребывает на Эльфдоме. Каждая статья договора пронизана идеей, что люди имеют возможность вернуться на Землю.

–  Дерьмо! Ладно, я понятия об этом не имела, - она мрачно смотрела на него, мечтая не быть такой усталой. Наверняка этот разговор должен иметь какую-то цель, но она не видела связи. Какое отношение религия должна иметь к договору?

–  Малышка, - Штормовая Песня достала упаковку «Джусифрута» и предложила одну пластинку Тинкер.
– Он хочет знать, насколько ты являешься человеком, после того, как все окружающие имели возможность ебать тебе мозги последние несколько месяцев [20] . Ему нужна твоя помощь, но он не знает, может ли тебе доверять.

«Ох». Тинкер взяла жевательную резинку, чтобы дать себе время обдумать сказанное.

–  Как всегда - коротко и доступно, Штормовая Песня.
– Мейнард тоже взял пластинку.

–  Именно за это вы меня и любите.
– Штормовая Песня отступила назад, завершая разговор и вновь превращаясь в эльфа.

Последний раз, когда Тинкер разговаривала с Мейнардом, был, как она припомнила, перед тем, как ее вызвали к королеве. Тогда она предупредила его об Они . Медленно разворачивая обертку, она пыталась вспомнить, видела ли она Мейнарда после этого. Нет, Они похитили ее как раз тогда, когда она направлялась к нему. Да уж, она могла понять, почему он опасался того, что она была в каком-либо смысле «испорчена».

Напрашивался вопрос о том, каких к дьяволу действий он ожидал от нее в вопросе заключения нового договора. Как предприниматель, она считала все правила, установленные старым договором, трудными, озадачивающими, вводящими в заблуждение, ставящими в тупик… любой другой термин, означающий «запутанный».

–  Слушайте, я могу помочь в делах, связанных с автомобильной свалкой, гонками на ховербайках, и современной физикой, - она вздохнула и положила резинку в рот. На мгновение ее отвлек вкус - не «Джусифрут», который она помнила, а что-то похожее - только в сотню раз лучше. Ощущение было похожим на удар. «Ух ты». Она осмотрела яркую желтую упаковку от жевательной резинки, которую держала в руке. Ах да, она же теперь эльф и ее ощущения вкуса изменились.

Мейнард, нахмурившись, ждал, когда она закончит мысль.

–  Ээ… - О чем это она? Ах да, сферы ее компетентности.
– Но я обнаружила, что я очень мало знаю о чем-либо еще.

–  Вы - доми Ветроволка.

–  И это делает меня экспертом - в чем? Я не достаточно хорошо вас знаю, чтобы обсуждать мою сексуальную жизнь, а если честно, единственное место, где я часто вижу моего мужа - это постель.

–  Нравится вам это или нет, зе доми , но это делает вас фигурой на поле Питтсбурга. Где живут шестьдесят тысяч людей, которые нуждаются в вас.

–  Ну ладно, я на их стороне. Ура, ура, ура! Но я все еще понятия не имею, как помочь. Блядь, я пыталась помочь эльфам [21] , и посмотрите на бардак, который я устроила. Большего беспорядка, чем Черепаший ручей, вы сделать не сумеете.

–  Многие эльфы считают это беспроигрышной ситуацией. Если бы вы еще и навсегда вернули Питтсбург обратно на Землю, это было бы идеально.

–  Некоторым из нас это бы не понравилось, - сказала Штормовая Песня.

Мейнард взглядом попросил Штормовую Песню помолчать

–  Послушайте, - сказала Тинкер.
– Если уж дерьмо попало в вентилятор [22] , я обещаю, что сдвину небо и землю, чтобы защитить население города, но я не «политическое животное». В настоящий момент, я не хочу даже пытаться заниматься чем-то, что не может быть разрешено с помощью обычных математических расчетов.

Мейнард все еще смотрел на Штормовую Песню, но уже более пристально. Штормовая Песня замерла со странным выражением лица, как будто кто-то ткнул ее коровьим стрекалом.

–  Штормовая Песня?
– Тинкер оглядела окружающую местность в поисках опасности.

–  Ты сделаешь это, - пробормотала Штормовая Песня таким тоном, что у Тинкер мороз пробежал по спине.

–  Я сделаю что ?
– Тинкер стряхнула неприятное ощущение.

–  Сдвинешь небо и землю, чтобы защитить то, что любишь, - прошептала Штормовая Песня.

–  Что, черт побери, это значит?
– спросила Тинкер.

Штормовая Песня моргнула и взглянула на Тинкер.
– Приношу извинения, зе доми , - сказала она на Высоком эльфийском, спрятавшись за официальным выражением лица.
– Моя способность стихийна, и я не обучена. Я… Я не уверена…

–  Если дело обстоит таким образом, для меня этого достаточно.
– Мейнард действовал так, как будто Штормовая Песня сказала что-то более понятное.
– Приношу извинения, зе доми , я должен вас покинуть. Nasadae .

– Nasadae , - откликнулась озадаченная Тинкер. Что за хуйня сейчас произошла [23] ? Мейнард поклонился в знак прощания. Штормовая Песня вернулась в режим секаша . И разговор происходил на английском, так что спрашивать Пони будет бесполезно.