Чтение онлайн

Сердце мальчишки колотилось, как бешеное, рубашка промокла от пота, а руки впивались в мою шерстку что есть сил. Я не сопротивлялась.

Ему это сейчас нужно, а я могу его успокоить. Поурчать, потереться головой об его шею…

Тише, тише мой хороший, не надо, я с тобой, я тебя не брошу…

Я правда так думаю?

Да.

Я не могу его оставить одного в этом… гадючьем гнезде! Кажется, я начинаю понимать, почему Колин назвал замок именно так.

Действительно — развелось гадов! По теплу в лесу — и то меньше.

Колин.

В комнате было чисто — и незнакомо.

Куда-то исчезли все мамины вещи. И вышитое ей покрывало, и балдахин, кистями которого я любил играть, и легкие портьеры, даже обивка стен стала совсем иной. Была голубоватой, а стала — красной с золотом.

Дорогой публичный дом, иначе и не скажешь. И алое покрывало на кровати, и уйма подушек — тяжелых, куда только подевались мамины маленькие травяные подушечки, которые она сама собирала и набивала, и букеты из полевых цветов…

Сейчас здесь стояли тяжелые вазы и пахло дорогими благовониями, больше подходящими для публичных девок…

А ведь Дайрин смотрелась бы здесь очень естественно…

И эта мускусная вонь…

Неужели я выставил фаворитку Рыла из его спальни? Вот горе-то, вот беда!

— что?

От размышлений мня отвлекла зайка, которая принялась раскапывать передними лапами подушки на кровати и набросилась на одну так, словно это был е личный враг. Я достал нож из ножен и отстранил умную зверюшку. Явно она не просто так тут копается!

Зая.

Воняло в комнате, где нас решили поселить так, что мне тут же захотелось чихать.

Свинство какое!

Они что — проветрить не могли?

Или — не захотели? Хм–м… надо тут все обнюхать. Интуиция, которая больше всего развита у зайцев, прямо-таки вопила, что здесь не все в порядке! Я вывернулась из рук Колина, который оглядывал окружающую его обстановку с пораженным видом, и приземлилась на кровать. Да так удачно…

Вдохнула…

Чернокорень?

Как интересно!

Запах был слабым, едва уловимым для меня, а значит, люди его вообще бы не почувствовали, но он присутствовал. Здесь явно было нечто такое… где?

Что такое чернокорень?

Сильнейшее снотворное. Пара капель отвара в бокал — и тебя не разбудят ничем. А если их будет больше, то вообще никогда не разбудят. Смерть от него приятна, ты просто уходишь в мир снов, сердце затихает и вовсе останавливается… но зачем он здесь?

Я принялась все тщательно обнюхивать, пока не наткнулась на подушку.

Какая прелесть!

От подушки пахло очень сильно. И духами — и корнем. Я вцепилась в нее зубами. Колин, посмотрев на это, достал нож и принялся потрошить ее — и вскоре извлек искомое на свет.

Хороший экземпляр. Мощный, зрелый, длинной сантиметров шесть — дорогой. И свежий, теперь, когда его не глушат ткань и перья — запах намного сильнее.

Колин посмотрел на него, на меня…

— Умела б ты говорить…

Умею. Но не могу.

— Надо показать Шакру…

Колин осторожно завернул корень в распотрошенную наволочку, а остатки перьев сгреб под кровать. Это правильно. Судя по количеству пыли — там еще год никто убираться не будет.

— Для чего эта дрянь нужна?

В таком количестве? Съесть ты его не сможешь, значит — крепость сна. А со временем — и ослабление сердца, кто б сомневался. Если оно будет — это время. Крепко спящего человека так легко убить — и ведь не разбудишь, кусай, не кусай…

Колин убрал сверток в карман.

— Пойдем, зай, покажем это Шакру. Вот так, иди ко мне, умная заюшка… ей–ей, надо тебе золотой ошейник подарить, я уже и на бриллианты согласен.

Подарить…

Ошейник….

А ведь у меня через пару дней — совершеннолетие.

Я устроилась на руках у Колина, вспоминая.

Дома, в этот день, мама всегда пекла мой любимый пирог с малиной, братья и сестры дарили приятные мелочи, потом все шли в лес, бегать под луной, а мама оставалась со мной, сидела рядом с кроватью, держала за руку… в эти дни она не считала меня позором семьи.

Хотя бы иногда.

Мама, мамочка…

Я не думала, что буду скучать по родной деревне, по своей семье, по Лесу… скучаю. Но хочу ли я туда вернуться?

Нет.

После того, как взлетаешь — неинтересно сидеть на месте. Я уже увидела мир, я поняла, что он опасен, но красив, многообразен, интересен — мне нравится здесь! И в деревне не будет Колина…

Колин?

Мне это важно?

Да. Я не хочу его оставлять — сейчас. И не хочу, чтобы его убили.

Почему?

Неважно! Просто — не хочу!

Лайри Аделия Каренат.

В родовом замке Колина мне не понравилось. Не понравилась домоправительница, которая выставляла наружу свои сиськи, не понравилась отведенная мне комната, так что я устроила скандал — и примерно через пару часов меня переселили в другую комнату, подготовив специально для меня.

Поближе к Колину.

А вообще — когда я выйду за него замуж — надо будет тут же рассчитать эту шлюху. А пока…

Я — невеста Колина, так что имею полное право ознакомиться с хозяйством. Вот.

Я бросила взгляд в зеркало. Платье, которое мне принесли, было старым, но чистеньким. Впрочем, у меня и такого с собой не было. Я поправила волосы — и решительно вышла из комнаты.

Что входит в обязанности хозяйки?

Замок.

Служанки, чистота, кухня, кладовые, расчетные книги. Этому мама нас научила, и на том спасибо.

С чего начать?

С кухни?

Началось само собой, когда я увидела, как Дайрин выскальзывает из комнаты, поправляя корсаж платья.

— Любезнейшая! — громко позвала я, и когда Дайрин обернулась, кивнула. — Да, именно вы. Домоправительница, так?

— Д–да…

— Да, лайри, — поправила я. — Можете называть меня пока — лайри Каренат, пока мы с вашим хозяином не поженимся.

Показалось мне — или в темных глазах блеснула злость? Да нет, это просто отблеск света.

— Да, лайри Каренат.