Чтение онлайн

— пока?

— Да, лойрио хотел набрать еще людей…

— правда? А зачем?

Я выпятил грудь и пустился в рассуждения, что лойрио еще молод, но ему очень нужно иметь военную силу, которая будет подчиняться только ему. И конечно, лучше всего командовать ей будет старый скромняга Шакр, у которого другой и мечты-то нет, как осесть на теплом месте в замке. Люди под началом будут, хозяин хороший, деньжат заплатят, вот еще бы женушку такую очаровательную…

И исправно косился глазами в глубокий вырез платья.

Есть такая сторона у привлекательных женщин. В той или иной мере все введутся на их внешность — и рано или поздно они теряют чувство меры. Рано или поздно кто-то остается равнодушным к их чарам — и использует охотниц в собственных целях.

И поделом.

Дайрин слушала мои рассуждения вполне благосклонно, то вздыхая всей грудью, то прикасаясь к моей руке, потом принялась утверждать, что в округе все спокойно, если и озоровал кто, так, видимо, в другие места уехали…

Расстались мы где-то через полчаса и я отправился досыпать. Впереди тяжелый день.

Колин.

Гонец приехал, когда мы сидели за завтраком. Бледный от волнения слуга влетел в залу и завопил так, что люстра пошатнулась:

— Королевский гонец к лойрио Торвальду!!!

Вслед за ним вошел человек, запыленный до такой степени, что цвета Торадора просто терялись под слоем грязи.

— Лойрио Торвальд?

Я встал.

Рыло издал какой-то полузадушенный звук. Гонец перевел глаза с Рыла на меня, но свиток протянул мне.

— Лойрио?

— Колин, наследный лойрио Торвальд–холла. Вы устали с дороги. Дайрин!

Девка не заставила себя ждать. Сегодня она опять была в ярко–красном платье с таким низким вырезом, что соски виднелись. В паху стало подозрительно горячо — и я возблагодарил туники.

— Мой лойрио?

— Распорядись накормить и устроить гонца. Когда отдохнете — буду рад вас видеть.

Мужчина кивнул и вышел вслед за Дайрин.

Я развернул свиток, пробежал глазами и присвистнул.

— Что там? — не ввыдержал Рыло.

— его величество намеревается посетить Торвальд–холл и лично попрощаться с моей матерью. Оказывается, он знал ее еще до замужества.

Рыло скривился.

— Н–но когда?

— Король не соизволил указать сроки, но полагаю, как верные подданные, мы примем его в любой момент.

Спорить никто не стал. Я поднялся из-за стола.

— Лайри Элерия, могу ли я просить вас о приватном разговоре?

Фарле кивнула и величественно встала. Улыбнулась.

— Прошу нас простить,, уважаемые.

Уважаемые простили — а что им еще оставалось?

У себя в комнате я пригласил Элерию сесть в кресло, старуха покачала головой и прошлась по комнате.

— Королевский гонец. Ты хочешь меня о чем-то попросить?

— В первую очередь о помощи, лайри, — решился я.

— Привести дом в порядок?

— отец был прав, лайри, вы мудрейшая женщина.

— Лучше бы назвал красивейшей, — фыркнула старуха. — Ежу понятно, что дом запущен. Сделаю. Еще что?

— Аделия…

— Привести в чувство влюбленную дуру? Колин, ты меня переоцениваешь. Я не чудотворец.

— Лайри Элерия, я ведь ее не могу пока отослать!

— А предъявить королю не можешь тем более. Я бы рекомендовала подвал и кляп. Ладно, попробую. Сейчас соберем слуг, объявишь, что они должны мне подчиняться — и начнем.

— Лайри, вы спасаете мою жизнь и честь!

Элерия усмехнулась и потрепала меня по волосам.

— постарайся выжить, мальчик. Ты мне нравишься, обидно будет, если тебя убьют.

— мне тоже, лайри. Зая?

Пушистый белый комок прыгнул ко мне на руки.

— Ну и тяжелая ж ты стала!

— Интересное животное, — Элерия бесстрашно потрепала зайчиху по голове. Та прижала уши, но больше ничем неприязни не проявила.

— она умница.

— Людям бы такой ум. Идем?

Я галантно подал руку старой женщине. Ей–ей, если бы она была лет на пятьдесят помоложе — точно женился бы.

Такими женщинами не разбрасываются.

Зая.

Колин весь день метался по замку, я сидела у него на руках — и все больше нервничала с каждой минутой. Внутри нарастало напряжение.

Словно шаровая молния — огненный комочек, который прожигает тебя изнутри, не давая жить, дышать, думать…

Этой ночью. Именно этой — где?!

Я дико переживала, когда поняла, что я всего лишь заяц. До безумия. И старая травница, к которой я ходила, подсказала мне идею.

Не знаю, выдумала она — или нет. Не знаю.

Но свиток пергамента у меня на коленях выглядел очень старым, а травница — убедительной.

— Ходило такое поверье… я не знаю, насколько оно верно.

Я смотрю в золотистые глаза прирожденной хищницы.

— Я сейчас готова пойти на что угодно. Ты же знаешь — я бесполезное существо. Заяц!

— Зайцы тоже нужны Лесу.

— Но не нужны остальным стаям.

— Попробуй этот способ. Я не гарантирую, что он может помочь, но…

— Это лучше, чем ничего.

— Это — только надежда. Слишком мало.

— Уже много.

Слова старого языка складываются в строчки.

'Девственная кровь… лунный свет очистит… семнадцать лет… танец души и тела…'.

Если я правильно понимаю, мне нужно в ночь своего семнадцатилетия станцевать в лунном свете. Что ж, я готова. Беда в том, что я должна оставаться все это время девушкой. Но беда ли?

Я пока ни с кем не хочу делить страсть. А Райшен….