Чтение онлайн

Поднялись по деревянной лестнице на второй этаж, прошли в небольшую элегантную гостиную-кабинет. По-видимому, по каким-то своим причинам Вальбурга не хотела работать в кабинете главы рода. Поэтому в интерьер французской гостиной, оформленной в стиле Ар-деко, был изящно вписан небольшой секретер, выполненный, как и рабочее кресло, в том же стиле. Вальбурга сидела в кресле, а на небольшой столешнице перед ней лежали пергаменты и стоял письменный прибор из агатовой яшмы.

– Леди Вальбурга! – поклонился Эрвин.

– Бабушка, - присела в неглубоком книксене Белла.

– Милорд, - улыбка чуть тронула губы этой все еще красивой, но несколько увядшей женщины. – Бел! Вы желали со мной встретиться, лорд Бойд?

– Да, мадам, - подтвердил свое намерение Эрвин. – Суть дела в том, что я случайно стал обладателем небесспорного, но очень сильного аргумента в пользу того, что ваш старший сын невиновен. Вероятность того, что он предал Поттеров крайне мала, и я могу это доказать.

– Весьма решительное заявление, - улыбка исчезла с губ женщины. – Расшифруете?

– Разумеется, - кивнул Эрвин. – Но у меня есть условие. Доказательство невиновности вашего сына, миледи, идет вместе с весьма конфиденциальной информацией личного толка. Я бы просил использовать эту информацию со всей осторожностью, какая только возможна. Впрочем, думаю, вы и сами не захотите публичности в этом вопросе.

– О чем идет речь?

– Гарри Поттер является Поттером по матери, а не по отцу, поскольку его отец ваш сын Сириус Блэк.

– Да, это… - женщина была ошеломлена, и не находила слов.

– Хочешь сказать, он мой кузен? – а вот у Беллы слова нашлись. У этой девочки была весьма крепкая психика или, как говорили в Гардарике, крепкий желудок.

– Да, Белла, - подтвердил Эрвин. – Вы близкие родственники.

— Это можно проверить зельем Родства, - наконец отмерла леди Вальбурга. – А как об этом узнали вы, милорд? Факту родства есть объективное подтверждение?

– Да, миледи. Факт того, что отцом Гарри Поттера является ваш сын подтверждается текстом сопроводительного письма к завещанию Карлуса Поттера. Письмо написано его собственной рукой и собственноручно подписано одновременно с завещанием. Вторым документом являются личные дневники Лилиан Поттер, в которых неоднократно упоминается тот факт, что Сириус Блэк является отцом Гарри Поттера и что он осведомлен об этом. И более того, ваш сын заботился о безопасности своей женщины и их общего сына и готовил их бегство, но, по-видимому, просто не успел.

— Это невероятно, но если так… Вы правы, милорд, вряд ли отец стал бы предателем своего сына. Хотя в истории разное бывало, но все-таки, ссылаясь на факт их родства, можно инициировать пересмотр дела. В особенности, если требование об этом будет исходить от самого Гарри Поттера. Он готов?

Ничего удивительного в том, что Гарри загорелся идеей вытащить Блэка из тюрьмы, не было и, если подумать, не могло быть. Порядочный человек в любом случае не остался бы равнодушным к судьбе отца, - а Гарри вырос хорошим человеком, - но у Поттера имелись и другие побудительные мотивы, чтобы помочь Сириусу.

– Леди Вальбурга, - озвучил эти причины Эрвин, - вы должны понять, что Гарри вырос в убеждении, что у него нет иной родни, кроме маглы – сестры его матери. Однако теперь выясняется, что у него есть отец, бабушка и настоящая кузина, то есть, дочь его дяди, а не третья вода на киселе, как, например, Малфой или Тонкс.

– Передайте, что ему здесь рады, - тепло улыбнулась женщина, в почти потухших глазах которой неожиданно зажглись звезды.
– Родной внук… Надо же, как странно иногда плетутся нити судьбы, - словно бы, все еще не веря, что это правда, покачала головой леди Блэк.

– Еще один вопрос, если позволите, - спросила она после довольно продолжительной паузы.

– Куда же я денусь, миледи! – улыбнулся Эрвин.

– Как Лилиан Эванс превратилась в настоящую леди Поттер? – прищурилась женщина.

– Думаю, вы и сами уже догадались, - серьезно посмотрел на нее Эрвин. – Кажется, это возможно сделать, обменяв одну кровь на другую. В данном случае кровь Эвансов на кровь Поттеров.

— Это темная магия, - осторожно заметила Вальбурга.

– Да, миледи, я догадываюсь. – подтвердил ее предположение Эрвин.

– Но вас это не смущает?

«А вот это уже обо мне, - понял он. – Прощупывает почву, явно начала прикидывать, не сгожусь ли я Блэкам, как жених Беллы…»

– Почему это должно меня смущать или возмущать? – перекинул он мяч Вальбурге.
– Но я понял ваш вопрос, миледи. Ответ прост, но я бы просил не афишировать этот факт. Мы, Бойды, ни разу не светлые, но о своем знакомстве с тьмой никогда не распространялись в публичном пространстве и продолжим молчать. В Шотландии и отчасти в Уэльсе быть темным магом проще, чем в Англии. Ирландия… Честно сказать, я плохо знаю ирландцев, но думаю, они тоже не блистают белизной своих одежд. А что касается Поттеров, нам знаком результат, однако, мы не знаем, что там произошло на самом деле. Живых свидетелей и участников ритуала не осталось… И обвинить в применении запретной магии уже некого. Это, если я не ошибаюсь, относится к пункту пятьдесят третьему Кодекса о запретных искусствах: «Признание Свершившихся Фактов».

– С этим трудно не согласиться, - кивнула регент Рода Блэк.

– Зачем тебе Поттер? – А вот вмешательство Беллы оказалось неожиданным, хотя уже некоторое время Эрвина всерьез занимал заданный ею вопрос. Так что, у него было достаточно времени, чтобы подумать и найти приемлемый в его случае ответ.

– Мне его попросту жаль, - сказал Эрвин.
– Вернее, в начале, познакомившись с ним в поезде, я был просто возмущен тем, как обошлась с ним магическая Британия. Но позже… Во-первых, он симпатичный мне лично и глубоко порядочный человек. Сильный и неглупый маг. На данный момент он и Невилл Лонгботтом – единственные на младших курсах Гриффиндора, с кем можно иметь дело. Не обманут, не предадут, и с ними есть о чем поговорить. Что же касается Поттера… Я не альтруист, Белла, скорее я эгоист, но случай Поттера на мой взгляд настолько возмутительный, что я просто не смог бы его игнорировать. Не знаю, что от него хочет Дамблдор, но предполагаю, что существует какая-то интрига…

– У Дамблдора в руках огромная власть, - напомнила Вальбурга.

– И он ею злоупотребляет, - констатировал Эрвин.

Что ж, все так и обстояло. Дамблдор занимал три важнейшие должности: две в Англии и еще одну, скажем так, вне ее. Однако председательство в МКМ являлось мощным рычагом давления на британских магов, избавляя Великого Светлого Волшебника от необходимости отстаивать свою позицию в том или ином конфликте, где он выступал председателем Визенгамота или директором Хогвартса. Международный престиж и властные полномочия председателя МКМ придавали его позиции необходимую устойчивость внутри магической Британии. Так же не стоит сбрасывать со счетов престиж победителя Грин-де-Вальда и одного из творцов, - если не единственного, - победы над Темным Лордом Волан-де-Мортом. Бодаться с таким человеком было опасно, но это не значит, что невозможно. И, хотя Эрвин предпочитал избегать открытой конфронтации с «сильными мира сего», он имел достаточно адекватное и хорошо сбалансированное Чувство Собственного Достоинства, чтобы пасовать перед каким-то там Дамблдором. Возможно, это показалось бы странным, узнай люди историю трех его жизней, но не исключено, что как раз жизнь наемника, вынужденного так или иначе, но подстраиваться под требования заказчика, и жизнь неприкаянного парнишки-сироты стали причиной его позиции в отношении Поттера. Эрвин Бойд никому служить не собирался и подчиняться заплесневелым правилам магической Британии не желал тоже.

Интерлюдия 1: Взгляд с другой стороны

Эрвин Бойд ей нравился, и это было одновременно смешно и грустно. На самом деле, смешно и стыдно, потому что сорокалетняя женщина не может влюбиться в одиннадцатилетнего сопляка. То есть, может, наверное, - педофилы ведь не выдумка маглов, - но не должна. И тем не менее, он ей нравится. Причем, нравится настолько, что пару раз она едва не поддалась силе желания. Подумать только, она Беллатрикс Лестрейдж разделась до белья и целовалась с этим удивительным мальчиком. Так увлеклась тогда, что позволила ему снять с себя бра, - можно подумать, что есть сейчас на что смотреть, - и была готова идти дальше, до самого конца. Еле остановилась. С трудом взяла себя в руки и потом мастурбировала едва ли не пол ночи, плотно задернув полог и наложив на него заклинания, о которых Белла Блэк в ее возрасте, по идее, не должна была знать. Смешно и грустно. Смешно, потому что, похоже, она влюбилась в Бойда не по-детски. Грустно, потому что так она не любила никого и никогда, но именно у этой любви не было и не могло быть никакого будущего.