Чтение онлайн

— Конечно, договоримся!

Я вытащил из сумки пистолет и, развернувшись, сразу всадил пулю в ногу одному возле ворот. Второй дернулся на выход. У меня над ухом грохнул выстрел. Пуля, отрикошетив от ворот, с воем ушла в стену, а от стены, пролетев мимо нас, ударила в стену за нашими спинами. Я посмотрел на Веру. Убегавший тут же присел. В помещении запахло порохом.

— Как договариваться будем? — спросил я. — Эй ты, там, у ворот, проходи к остальным. Видишь, мы договариваемся. А ты, потерпевший, будешь орать — пристрелю. Ну что, мальчики, давайте договариваться. Ваши предложения.

— Подожди, да это просто шутка была, — начал один из них, придя в себя.

— Ну что же, мы оценили вашу шутку, и тоже шутить умеем, правда, Верунчик? — Она кивнула головой, направив оружие в их сторону. — Вон наша первая шутка, а вот вторая, — пистолет грохнул выстрелом, и еще один, схватившись за ногу, свалился на грязный пол.

— Ну и как вам наши шутки? — удивив меня, спросила Вера.

— Все-все, хватит…

— Заткни им рты, а то следующая пуля будет в лоб, — это подействовало, наступила тишина, только слышны были слабые стоны. — Ну что, еще пошутим, — я поднял ствол и нажал спуск. Правда, стрелял в пол у их ног, но пуля срикошетила от бетона, и еще один шутник оказался с простреленной ногой.

— Алинка, а кто колесо менять будет?

— Ну да, забыла. И как вам наши шутки? Кстати, они уже закончились, теперь ты быстренько взял инструмент и бегом менять колесо. Помни: если убежишь, тут еще твои друзья. Вер, присмотри за ними, а я с этим хмырем схожу. Нет, нам же одного раба хватит, давай, и этому ногу прострелим, чтобы не дергался.

— Девушки, не надо! Я лягу на пол и шевелиться не буду.

— Вер, если что, вали его сразу. Ну а ты — пойдем!

Он снял колесо и поставил запаску, так как она тоже была закачена герметиком. А вместо порезанного нашел точно такую же.

— Ну все, мальчики, нам пора, приятно было пошутить. Весело, не правда ли? — Мы мило им улыбнулись и вышли из бокса. Смеясь, мы быстро сели в машину и сорвались с места.

— Блин, Верка, надо было их закрыть там. Сейчас они организуют погоню, даже к бабке не ходи.

— Куда не ходить?

— Ну, выражение такое есть.

— Ааа! Поняла. А при чем тут бабка?

Я не выдержал и рассмеялся… Так и получилось: за Вознесенкой на хвост сели БМВ и «нисан». Моргая фарами и сигналя, они требовали от нас остановиться.

— Ага, может вам и ножки сразу раздвинуть? — сказала Вера.

БМВ пошел на обгон, я тут же перекрыл ему дорогу. «Нисан» рванул с другой стороны. Я нажал до упора на газ и сразу ушел в отрыв, но ненадолго, БМВ быстро нагнал нас и вновь попытался обогнать. Я опять перекрыл полосу. Уже раздались выстрелы, несколько пуль ударили в заднее стекло, но оно даже не треснуло.

— Михалыч не обманул. От них надо избавляться, по трассе нам не уйти.

— Алин, у меня идея! А давай остановимся, выйдем и расстреляем их прямо в машинах.

Я посмотрел на нее озадаченно:

— Я смотрю, ты вошла во вкус, и в того стреляла на поражение, просто промахнулась, да еще как промахнулась, что пуля назад прилетела, надо же было так умудриться выстрелить! Хорошо хоть, никого не зацепила. Нет, Вера, мы так избавиться попробуем.

Я увидел встречную (это был «Урал»-лесовоз) и посторонился, давая обгон, и как только-только его заднее крыло поравнялось с наши капотом, я не сильно толкнул его кенгурятником. Скорость была под двести, его сразу кинуло в занос; вывернув руль влево, он попытался поймать дорогу. Его начало заносить вправо, «Урал» был уже рядом, и уйти от столкновения у БМВ практически не было возможности. Но водитель сделал невозможное. Он, видимо, добавив газу, выскочил уже практически из-под бампера «Урала» и мордой ушел в кювет. Подняв столб пыли и пропахав передней частью по откосу, он взмыл в воздух и, пролетев метров пять, опять пропахал мордой землю и вновь подпрыгнул. Мы видели, как от машины отлетело колесо, как открылись капот и багажник. Поднимая пыль и разбрасывая камни и какие-то запчасти, он остановился метрах в пятидесяти от дороги. Ни о каком продолжении погони речи уже не было. Да и вообще, чтобы ездить на этой машине, речи уже также не было. «Нисан» так же пропал. Видимо, остановился помочь друзьям.

— Как-то так, — сказал я, поглядывая в зеркало. — Сами виноваты, превысили скорость. И вот результат.

— Классно, Алинка, а как ты сделала? Я тоже хочу так научиться!

Я посмотрел на нее серьезно. Да, это уже была не та Вера, с которой я сбежал и потом бегал по болотам. Там она напоминала мне маленького котенка, который еще толком ничего не умеет, но инстинкт самосохранения есть. А сейчас, наверное, тоже котенка, но уже подросшего, у которого выросли, пусть еще не крепкие, но клыки.

— Вер, ты меня пугаешь! — произнес я. — Откуда в тебе эта жестокость?

Она отвернулась и, помолчав, произнесла:

— Они все одинаковые. Мама мне всегда говорила, что девочка должна быть доброй, нежной и ласковой. А мужчина должен всегда защищать женщин. Но когда тот, кто должен защищать, девять лет просто втаптывает в грязь и издевается как хочет… Ты не испытала, что испытала я. Я не хочу больше ждать, когда меня будет защищать мужчина, я поняла, что, кроме меня, никто меня не защитит. И глядя на тебя, я поняла, что женщина может быть сильной и способной сама за себя постоять. Ладно ты, есть еще Марина. Я ненавижу всех таких вот подонков как эти. Раньше я их боялась, но мне надоело бояться, я буду мстить им всем за то, что они сделали со мной, за все мои слезы, за все мои унижения, за все мои страхи и за все страдания. За всех девчонок, которые также, как и я, страдали и страдают. Я буду мстить за то, что нас, девушек, такие как они считают просто дырками, за то, что им плевать на наши души, на наши сердца. Им плевать на наших родных, на наших родителей. Я долго боялась, но я устала бояться. Я хочу быть сильной, хочу быть похожей на тебя. И я хочу быть для тебя не обузой, с которой надо нянчиться и отвлекаться, а хочу быть… чтобы ты не переживала за меня и была уверена во мне, что я смогу прикрыть тебе спину так, как ты уверена в своих друзьях, а они уверены в тебе. Я просто хочу быть с тобой рядом в любой ситуации, — у нее потекли слезы.

Я посмотрел на нее, подумал и произнес:

— Месть — не самый лучший помощник.

— Если бы ты побыла в моей шкуре, я бы посмотрела на тебя.

— Мне и в этой шкуре проблем хватает, а месть все же плохой помощник, — повторил я и замолчал, переключив внимание на дорогу.

Успокаивать ее я не собирался. Пусть поплачет, легче станет.

Нас никто не преследовал. Это и удивляло, и пугало. Не ясно, как у них тут налажено с ментами. Ладно, с братвой можно и на их языке говорить. А вот воевать с ментами очень уж не хотелось. Я напрягся, когда увидел патрульную машину и взмах жезла. Вера сразу взяла пистолет.

— Убери, — жестко сказал я.

— А вдруг…

— Убери, я сказала. У него радар в руках.

Подойдя к машине, он представился.

— Вы превысили установленную скорость на тридцать километров, — он показал табло радара. — Правила для все одинаковые, ваши документы, и пройдемте к нам в машину.

— Командир, извини, мы спешим… — подавая ему документы, произнес я.

Он раскрыл корочку. Посмотрел на меня, потом на своего напарника. Протянул мне документы и, отдав честь, пожелал удачи и не нарушать.

— Я не поняла, что, вот так просто? Мы спешим, и все? — удивилась Вера, глядя на меня заплаканными глазами.

Я посмотрел на нее.

— У тебя тушь потекла, — спокойно сказал я ей.

Она откинула козырек и посмотрела в зеркало, достала платок и начала приводить себя в порядок.

— И все же, почему…

— Потому, что в правах лежали пятьсот рублей, а сейчас их там нет.

— Понятно.

Мы еще какое-то время ехали молча.

— Алин, ты извини меня. Я сорвалась.