Чтение онлайн

Наступившее после её слов гробовое молчание нарушил турьер Весборт.

— Рада… — голос его прозвучал сдавленно и глухо.

Та позволила себе взглянуть на него лишь на секунду, и в эти короткие мгновения глаза её отражали столько потаённой боли, что, заглянув в них, можно было утонуть.

Не дав никому опомниться и сказать хоть слово, ичши вышла из комнаты, а в следующее мгновение хлопнула входная дверь. Будто очнувшись, бывший мэр резко подскочил с места, опрокинув при этом стул, и бросился вслед за ней. Все остальные, так же сбросив оцепенение, оживились и, недоумённо переглядываясь, принялись наперебой обсуждать только что услышанное.

Мы с Арденом, Дианом и Алисой тоже выбежали из дома, намереваясь догнать Раду. Но, оказавшись на пороге, увидели лишь турьера Весборта, стоящего у поля и смотрящего на гудящий лес.

Ичши будто исчезла, растворилась среди ясного дня и улетела невидимкой на крыльях принесшего её сюда ветра. Я не могла знать, что связывает их с мэром, но безнадёжная тоска, витавшая между ними двоими, ощущалась мною до сих пор. Вероятно, у непредсказуемой, загадочной представительницы вольного народа и служащего мага тоже была своя отдельная история, которая так и осталась для нас нерассказанной.

Жарким июньским днём цветочный магазинчик был полон посетителей. Сегодня витрины пестрили необычными букетами, состоящими из полевых цветов и роз. Отдельно стояли белоснежные пионы, олицетворяющие его название, и крупные колокольчики, доставленные по заказу владельцев «Сладостей и пряностей».

Совсем недавно состоялось открытие кафе в Тамаринде, и сейчас медленно, но верно, оно становилось одним из самых популярных. Диан с Алисой на время перебрались в город, и лисичка, с которой мы стали хорошими подругами, помогала мне готовиться к свадьбе. По правде говоря, многие сочли это настоящим нонсенсом. Та же Алексия прожужжала мне все уши, говоря, что не дело волчице, тем более белой, поручать организацию собственной свадьбы лисе.

Всё-таки, несмотря на налаживающиеся отношения, между лисами и волками существовало ещё много недомолвок и непонимания. Слишком долго длилась вражда и слишком сильно укоренилась в сердцах неприязнь. Но всё начинается с малого, и я верила, что со временем двуликие преодолеют и эти трудности.

Рада была права, и мы приняли верное решение, сделав выбор в пользу мира. Ещё не пришло время для активных действий, и пока не настал час попытки перемен, все мы можем наслаждаться спокойной жизнью. Слишком короток наш век, чтобы размениваться на вражду и месть. Горести, перенесённые белыми волками, оставили в их душах рваные раны. Но на то они и целители, чтобы постепенно излечить и их.

Отцвела сирень, рассыпав по земле последние цветки.

Ичши ушли. Напрасно я несколько раз бросала монетку, пытаясь их отыскать. В заброшенном доме осталась лишь глиняная треснутая миска — единственное напоминание об их пребывании здесь. Они исчезли, не прощаясь, а мне так хотелось увидеть их ещё хотя бы раз.

Хотя, возможно, так было правильнее. Рада изменила ход моей жизни, подсказала верный путь и ушла, когда я перестала нуждаться в её помощи. Она забрала с собой частичку моей души, но навсегда осталась в уголке сердца. Как и малышка Шанта.

Турьер Весборт тоже ушёл. И тоже — не прощаясь.

После дня, когда состоялась его встреча с Радой, он уехал из деревни, а после — из Тамаринда, так больше и не появившись. Сплетни о его смещении с должности до сих пор будоражили город, а «Столичный Вестник» строил самые разные предположения на этот счёт.

Ушли и белые волки, а вот они — прощаясь. Наша семья оказалась единственной, кто пожелал остаться в Тамаринде. Остальные двинулись на север, стремясь оказаться на малой Родине и вдохнуть первозданный воздух гор.

— Юта, Юта! — крикнул вбежавший в магазин Эрик. — Смотри, что мне Арден сделал!

С до нельзя довольной улыбкой, он гордо продемонстрировал улучшенную версию рогатки. Вслед за братцем в дверном проёме показался Тим, волочащий за собой огромного воздушного змея.

— Пойдём запускать! — крикнул ангелочек, на лице которого читался неприкрытый восторг.

И мы пошли. Все, кроме Пельта, оставшегося, чтобы присматривать за магазином и обслуживать клиентов. К слову, все городские дамы почтенного возраста пребывали в полнейшем восторге от моего деда. Разумеется, никто из горожан не знал, кем мы являемся на самом деле, принимая нас за обычных людей. Конечно, были и те, кто догадывался о нашей связи с двуликими — в основном ими являлись турьеры, но они держали рот на замке. Подозреваю, король дал чёткие указания на этот счёт.

Вероятно, он же имел отношение и к тому, что новый мэр Тамаринда вернул «Белый Пион» законным владельцам. Была в том заслуга и Диана, всерьёз взявшегося за это дело. Первое время мы все опасались, что от должности турьера отлучат и его, но, к счастью, всё обошлось. Я даже начинала думать, что король не так уж и безнадёжен, раз исполнил обещания, да ещё и сверх меры.

Всей гурьбой мы доехали до окраины и, миновав детский приют, пришли на обрыв. Внизу пенилась река, делающая воздух влажным и приятно прохладным, в высокой траве шумел ветер, на который сегодня возлагались большие надежды.

Увлечённые общим разговором, мы даже не сразу заметили, как к нам присоединились некоторые работники приюта, у которых этим днём был выходной.

— Увидели вас в окно и не смогли обойти стороной предстоящее веселье! — заявила Стина, держащая под руку Рэя.

Всеобщий любимец выглядел ещё лучше чем обычно, источал фирменное обаяние и не забывал осыпать комплиментами Лию, которая так же держала его под руку. К моему удивлению, возвращаться в столицу Рэй не захотел и предпочёл задержаться в провинции, готовя свои лучшие блюда для бедных сирот.

С отъездом Весборта приют потерял своего главного патрона, но наша семья, как и семья Диана, решила взять его под своё покровительство. Конечно, большими средствами мы не располагали, но даже наша скромная помощь была для детей ощутимой.

Впрочем, чуть позже выяснилось, что жизнь во дворце имела и свои плюсы. Белым волкам ни в чём не отказывали, и за время пребывания при дворе, у родителей накопилась довольно приличная сумма, позволившая отблагодарить всех, кто прежде мне помогал. Особо тёплые чувства я питала к деду Ивару, и хотя он наотрез отказывался от денег, в конце концов был вынужден их принять.

Я не считала, что этим плачу за доброту, — ведь она бесценна, — а просто искренне хотела сделать ему приятное.

— Внучкам подарки куплю, — в итоге решил сторож и, расплывшись в улыбке, растроганно меня обнял.

— Полетит? Полетит ведь, да? — наперебой спрашивали Эрик, Лиска и Тим, ставший полноправным членом нашей семьи. — Точно полетит?!

— Да полетит, успокойтесь! — отмахнувшись, беззлобно рявкнул на них Арден, но его показное недовольство было попросту проигнорировано.