Чтение онлайн

Как и договаривались, в семь часов мы с Арденом отправились на окраину города. Причём, вместо того чтобы нанять экипаж, пошли пешком. И эта идея принадлежала не мне.

— Тренировка начинается прямо сейчас, — сообщил высший волк, как только мы вышли из кафе. — Смотри вокруг и старайся прочувствовать всё как можно тоньше. С точки зрения души — как человек, а физически — как волчица.

Легко сказать.

Я не была уверена, правильно ли поняла, что он имел в виду, но предпочла об этом не задумываться. Шагая по тротуару, впитывала весенний вечер и просто наслаждалась каждой секундой. Блэк не делал попыток вновь заговорить, и я этому радовалась. Молчание не было тягостным, напротив, идеально дополняло пронизавшую пространство атмосферу и делало нашу прогулку гармоничной.

Когда спустя некоторое время мы оказались на знакомом обрыве, я ничуть не удивилась. Даже не сомневалась, что Арден приведёт меня именно сюда. Наверное, окажись я здесь днём ранее, непременно стала бы волноваться, вспоминая нашу первую встречу. Но сейчас всё было по-другому. Тихая радость и спокойствие, заполнившие сердце в этот вечер, уходить не спешили, и, находясь здесь, я чувствовала себя как никогда легко.

— Иди сюда, — велел волк, подойдя к самому краю.

Без колебаний выполнив его просьбу, приблизилась и замерла, завороженно смотря вниз. Мы находились в том месте, где обрыв был особенно крутым. Раньше даже не задумывалась над тем, насколько здесь высоко…

— Ближе. — Склонившись, шепнул Блэк.

Ощутив, как по коже пробежала дрожь, я сделала шажок вперёд, чтобы в следующее мгновение услышать такое же тихое:

— Ещё ближе.

Стало страшно, и этот шаг дался большим трудом.

— Ещё…

Замерла и подняла на него нерешительный взгляд.

— Доверься мне, — я чувствовала его горячее дыхание на своей щеке.

Решившись, сделала последний шаг, и кончики туфлей оказались в воздухе. Одно неверное движение — и полечу вниз.

Полечу…

Вспомнился Белый Север, который точно также стоял на обрыве. Несколько долгих секунд захватывающего полёта, подарившего безграничное счастье, а после — смертельные объятия скал и холодной воды.

Страх усилился, и волк, словно почувствовав это, ободряюще тронул меня за плечо. Это касание придало уверенности, и когда в следующее мгновение он попросил закрыть глаза, я безропотно подчинилась. Лишившись возможности видеть, обрела чуткий слух и обострившееся обоняние. Шум воды казался очень близким, отчётливым, словно я слышала бурление каждой частицы, вливающейся в сильное течение. Шипение лёгкой пены. Крики чаек. Влажный воздух, пропитанный чуть солоноватым, свежим ароматом, и немного — запахом тины.

— Загляни вглубь себя. — Казалось, что голос Блэка звучит внутри меня. — Почувствуй то, что является твоей неотъемлемой частью. Забудь о том, что знаешь и учись видеть по-новому.

Его тембр обволакивал, заполнял каждую клеточку тела и проникал в отдалённые уголки сознания.

Сначала была темнота.

Закрытые глаза не различали ничего кроме неё. После она превратилась в алую пелену, проступающую под натиском закатного солнца.

А потом пришёл свет.

Белый, ласкающий…уже знакомый. Я впитывала этот момент, словно губка, и наслаждалась необъяснимыми чувствами, идущими откуда-то из глубин души.

Вне времени. Вне места. Здесь, сейчас мне открывались новые грани самой себя. Словно соприкасаясь с чем-то родным, но в тоже время неизведанным, я погружалась всё глубже и глубже, в самом деле забывая, где нахожусь. По-прежнему слышался шум воды и крики чаек, но теперь они звучали будто вдалеке.

Только мой мир, который с каждым мгновением становился всё больше и обретал новые грани. Лишь сейчас я понимала, что значит погрузиться в себя. И только теперь сознавала, насколько безграничны возможности живых существ. Двуликих, простых людей…немыслимо безграничны.

Живя, мы так мало знаем о самих себе, что это даже странно. Но познавать себя, окунаться в глубины своего сознания — страшно.

— Найди это, — вновь прозвучал голос, помогающий не потеряться в собственном мире. — Нечто, олицетворяющее твою вторую сущность. Это может быть образ. Запах. Звук…

Для меня это был свет. Белый, чистый, льющийся с неба, ниспадающий на горы и пестрящие армерией луга. Образ стал гораздо отчётливее, и я видела стаю прекрасных белых волков, бегущих по этому лугу. Сопровождающий их ветер колыхал зелёную траву, срывал лепестки, кружил их в воздухе и прокладывал путь по крутым склонам. Волки прыгали, замирали в воздухе, и я чувствовала их полёт. Сердце замирало, наполнялось восторгом. Приятно щекотала щемящая нежность, глаза наполнялись слезами необъяснимой радости. Я хотела сорваться с места, побежать за волками. Сделала шаг вперёд…и едва не полетела вниз.

— Тише, тише, — шептал Арден, прижимая меня к себе и отводя от края обрыва. — Успокойся, приходи в себя.

Открыв глаза, обнаружила, что уже наступил поздний вечер. Солнце практически скрылось за горизонтом и бросало на воду последние золотые блики. На обрыве летал ветер, тонкой нитью связывающий реальность и вереницу недавних видений.

Я не могла собраться с мыслями и разобраться в чувствах. Непроизвольно сминала пальцами рубашку Ардена, смотря перед собой невидящим взглядом. Последние минуты заката смазывались и походили на нарочито небрежные мазки масляных красок. Образы не отпускали, и только стоящий рядом двуликий не позволял снова в них вернуться.

— Для первого раза достаточно, — спокойно и твёрдо проговорил он и неожиданно похвалил. — Ты молодец.

— Это очень… — я замялась, не в силах подобрать нужное определение. — Странно.

— Странно, да, — согласился волк. — Но только вначале. Постепенно ты поймёшь и привыкнешь. А когда придёт полное осознание второй сущности, печать будет снята.

Мысли пришли в относительный порядок и, отстранившись, с сомнением спросила:

— Считаешь, я поступаю правильно? Может, стоило оставить всё, как есть? Жила ведь как-то с этой печатью и чувствовала себя обычным человеком…

— Ты никогда не была человеком. Что бы с тобой ни сделали в детстве, душу отнять невозможно. Это твоя природа, твой дар и твоё проклятие. Белый волк — это ты.

Наш разговор выходил таким же странным, как и всё прочее в этот вечер. Кажется, само слово «странный» с недавних пор стало неотъемлемой частью моей жизни.

Неожиданно Арден взял моё лицо в ладони и заставил посмотреть себе в глаза.

— Только хорошо запомни одну вещь, Юта. И если станешь полноценной двуликой, никогда о ней не забывай. — Он сделал короткую паузу. — Мы можем быть людьми в зверином обличье, но никогда — зверями в человечьем.

Уже лёжа в постели, снова и снова прокручивая в памяти впечатления этого вечера, я возвращалась к этим словам. Повторяла их и осмысливала. Несмотря на всю двойственность разговора, я чувствовала, что он нас сблизил. В том моменте, когда с закрытыми глазами стояла на краю обрыва, было что-то личное. Большее, чем любые слова. Позволить кому-то находиться рядом в момент твоей слабости, приоткрыть душу — наверное, это и есть полное доверие, стоящее очень многого.