Чтение онлайн

Особенным изобилием рыб отличались Днепр, его лиманы и озера, Тилигул, Кинбурнская и Тендерская коса 3); в этих местах запорожские козаки добывали такое множество рыбы, что в достаточном количестве оставляли ее и у себя и развозили в Польшу, Украину и другия места ). Продажа рыбы была одним из важнейших источников доходов запорожского войска; этим запорожцы и одевались, и вооружались.

сДнипровый, ДнистровыЙ—обыдва лиманы— Иэ них добувались—справлялись жупаны».

Из насекомых известны были в степях запорожских вольностей—пчелы, особенно много разводимыя козаками; сверчки, муравьи, тараканы и др.; из пресмыкающихся—ужи, змеи, желтопузики, т. е. теперешние желтобрюхи, и друг. 5). Путешествен

) Устное повествование Никиты Коржа, издание Судиенка, 39.

178

никъ—академак Зуев видел в 1782 году, между Давыдовым Бродом (на реке Ингульце) и Кринками, желтопузов в сажен фииною, которые, хотяб были совершенно безвредны и не ядовиты, но величиною своею не могли быть не страшны даже и небоязливому человеку

Из плодовых деревьев, растений и огородных овощей известны были: виноград, яблони, груши, вишни, терн, калина, барбарис, жежевика, дикий чай, шалфей, персики, водяные орехи, капуста, цикорий, горчица, спаржа, дикая морковь, хрен, пастернак, артишоки, которых особенное множество росло по Бугу, около Гарда, между скал 2), и «других трав, принадлежащих к аптекам довольно» 3).

Из трав в степях запорожских вольностей росли: пырей, ковыль, катран, бурьян, богородичная трава, чебер, бедринец, дягельник, чернобыльник, дикий лук, щавель, везил, пижма, лобода, репейник, крапива, полынь, лопух, тюльпан. васильки, мята, ромашка, гвоздика, капуста заячья, вязник, бронколь и др.; кроме того, по берегам рек, по озерам, лиманам и болотам очерет; из грибов известны были только шампиньоны 4).

Теже степи вольностей запорожских козаков у других писателей представляются и вь совершенно противоположном описанному характере. «Разсказ Папроцкого выразительными чертами рисует местность, в которой гнездилось козачество. Становится понятным, почему она называлась «дикими полями», безлюдною пустынею, не принадлежащею никому из соседних народов. Это были пространства безплодныя, опустошаемый саранчей, удаленныеот поселений на столько, что человек рисковал умереть голодною смертью во время переходов. Некоторыя только места изобиловали рыбой и дичью, да на больших разстояниях были разбросаны оазисы богатой растительности для пастьбы скота. Удалиться за пороги значило подвергнуть себя многим лишениям, которыя мог выдерживать только человек с железною нату

) Зув, Путешественныезаписки, Спб., 1787, 272.

вольности запорожских козаков. 20

178

рой. Чтобы войско могло стоять в этой пустыне кошем, отряды его должны были заниматься охотою и рыболовством. Даже добывание соли сопряжено было с далекими переездами и опасностями, и потому козаки вялили рыбу, натирая ее древесного золою—вместо солп. Ко&акъсиромаха было давнишнею народною поговоркою на Украйне, где сиромахою обыкновенно называется волк в смысле голодного скитальца. Козак и убожество, козак и нужда—эти два понятия имели всегда близкое родство. Вспомнимь распространенное по Украйне изображение запорожца с надписью:

«Козакъ—душа правдыва — Сорочки н мае» ).

Особенно страшны были запорожския степи людям, несвыкшимся с ними, незнавшим всех свойств и условий степной жизни. «Гетман Самойлович во время переговоров с дьяком Украинцевым о союзе с Польшей против Крыма в 1679 году советовал царю не нарушать мира с крымцами, надеясь на Польшу, ибо, по его словам, поляки, при всем своем желании быть верными царю, как только попадут в степь и испытают ее прелестью,то не выдержать, изменят и перейдут на сторону хана, лишь бы не вести войны там, где могли ее переносить только свыкшиеся с нею сыны степей, козаки» 2). Выражаясь так, гетман Самойлович разумел крымския степи, но совершенно тоже можно сказать и о запорожских. Боплан, живший в XVII веке, отмечает главные недостатки запорожских степей— недостаток соли и воды 3). Манштейн в XVIII веке считает бедствиями степей отсутствие подножного корма в осеннее время, холодный ночи и несносныестужи среди лета, страшную пустынность края, отсутствие воды и леса для топлива 4). У польских писателей прошлых веков вся земля запорожских вольностей характерно называлась «диким полемъ», иногда «чистополем «пустополемъ». Тем же именем называются запорожския степи и у германского посланника Эриха Ласоты; последний дает на

) Кулиш, Вестник Европы, 1874, IV, 530.

179

ввание «дикого поля» северозападной окраине запорожских вольностей от реки Суры, правого притока Днепра, далее вверх j. На карте XVII века «Tipus generalis Ukraine» «диким полемъ»— campus desertus et inhabitatus—называется все пространство степей от левого берега Ингульца до Днепра 3). Малороссийские летописцы, польския писатели и западноевропейские путешественники прибавляют к названным недостаткам запорожских степей еще страшный зной летом, невыносимый холод и лютую стужу, вследствие открытой, ничем не защищенной месгностью,зимой; жестокие ветры, повальныеболезни и всеобщий мор, часто посещавпгие запорожский край, саранча, комары, мошки, черви и дикие волки «сиромаяци», свирепствовавшие в открытых степях Запорожья и своим воем наводившие ужас на постоянных жителей и случайных путешественников, довершают картину бедствий в Запорожье. Эти бедствия— засуха, повальныеболезни, мор, саранча—часто повторялись из года в год и делали запорожский край едва возможным для обитания.

В 1575 году лето в запорожских степях было на столько жаркое, что от страшного зноя трава в степи повыгорела и вода в реках повысохла; осенью, в сентябре и октябре месяцах, во многих местах через Днепр даже овцы переходили в брод, а на днепровском Низу, у Микитина перевоза и реки Чортомлыка, высохли все плавни, так что татары свободно переправлялись с левого на правый берег Днепра и нападали на становища запорожских козаков 3). В 1583 году в степях запорожских свирепствовала саранча; Самуил Зборовский, владелец Злочева, львовского пбвета, шедший в это время с отрядом польской шляхты по Днепру для соединения с запорожскими козаками с целью предпринять общий поход против московского царя Ивана Грозного. ниже острова Хортицы на Днепре, встретил тучу саранчи, от которой пало у него до трехсот лошадей и много попухло народа В 1637 году на Украйне был страшный не

20

179

урожай; весной этого года три меснца не было дождя; рожь рвали с корнем и за диво было видеть хоть одия сжатый сноп; в петровку жито продавалось по 20, даже по 24 злотых, просо и гречка по 12, овес по 8 злотых; трудно было человеку дожить до новины: тогда исполнилось пророчество Исаии, что кто сто мер иосеял, тот едва одну взял х). В 1638 году также был недород; вообще этот год был тугой на Украйне: посеянный хлеб съел червь, оттого озими было очень мало, и если бы не яровой хлеб, гречка и просо, то люди поумирали бы от голода2). В 1645 и 1646 годах, под ряд, Украину страшно опустошала саранча. В 1648 году был «незначный приморокъ» на людей! «люди бардзо упадали»; того же года был неурожай, вследствие бездождия в течение трех весенних месяцев; только яровые хлеба были хороши, чем и спаслись люди от голода 3); того же года во всей Украйне было страшное множество саранчи, причинившей великия бедствия людям, пожравшей хлеб и траву, так что негде было и косить свна; к тому же, зима была слишком продолжительна, во время которой нечем было и скота кормить; та саранча зазимовала на Украйне и весной снова явилась и ястак великую дорожнету учинила» 4). В 1649 году был большой неурожай; уродила лишь падалица отърживътех местах,где стояли таборы; яровой хлеб взяли руками; в этом же году было страшное множество саранчи, съевшей хдеб, и не менее того мышей; не было примера, чтобы когдалибо было столько мышей, как в этот год; от этого была большая дороговизна на хлеб, соль и сено 5). В 1650 году, тот час после праздника Рождества Христова, рожь продавалась по два злотых с излишком, а потом и по копе, а в апреле того же года осмина ржи по четыре злотых, осмина проса по 3 и по 10, яровое по 3 и овес по 2 злотых G). В 1676 году была великая снегами и морозами зима: снега и морозы продолжались почти до святаго Георгия, так что у

) Хмельницкая детопись, Киев, 1878, 77. 78.

180

людей не только сена, но и соломы на хатах не стало. В 1678 году после всеедной првеликие выпали снега, от которых пало много татар и их коней, приходавших в Запорожье и Украину 1). В 1680 году была страшная суша и спека солнечная, от которой повысыхали воды и травы, развелись черви, поевшие капусту, бобы, горох, коноплю, гречиху и переходившие с одной нивы на другую; в это же время в турецком городе Кызыкермене открылось моровое поветрие, первою жертвою котораго был кизыкерменский бей со всем домом своим; из Кызыкерменя моровое поветрие осенью перешло в Сичь запорожскую и там причинило великия бедствия 2). В 1686 году на Украйне появилось множество черных червяков, величиною с гусеницу, причинивших страшный вред конопле и другим в этом роде растениям, кроме хлеба; они целыми стадами ходили по дороге и через ворота в город, из города стадами на огороды, не боясь дождей и мокраго лета. В 1688 году, 8 августа, в Запороясье и на Украину налетела в страшном количестве саранча, покрывшая все войско князя Василия Голицына, шедшее против татар; она повернула было вниз понад Днепром, но потом снова явилась близ городов; далее от Донца вновь явилась в несметном множестве и укрыла все войско, но отсюда повернула в татарекия степи; эта саранча истребила всю рожь и яровой еще, неснятый, хлебъи оттого «учинила дорожнету»; от ее смрада пададали лошади и рогатый скот, повдавшие с травою и саранчу, пропадали также куры, гуси, }тки и индейки; в это же время в Запороягье свирепствовала страшная чума, от которой умерло много народа 3). В следующем году, 9 августа, саранча все еще продолжала свирепсивовать в запорожском крае ). 1690 году в бывшем запорожском городке Самаре или Новобогородицкой крепости открылся великий мор людей: поумирало много народа изеликороссийского и сам воевода скончался весной; из Самары

180

мор распространился и по другим меетам запорожского края; в то же время на Украйне около Стародуба явилась саранча; она налтела сюда 9 августа и отсюда пошла частью в литовский край, частью в Польшу, частью же осталась на зиму около Нежина, Чернигова и Стародуба; она шла широкою полосой, захватила окраину московской земли поза Свинским, испортила всю Комарницкую волость, сожрала озимый и яровой хлеб и была причиной такой дороговизны, что осмина ржи и овса по три злотых стоила, а от самого смрада саранчи кони, рогатый скот, куры и гуси хворали и издыхали, потому что вместе с травою пожирали саранчу; даже самое мясо их смердело саранчей 1). В 1710 году наУкрайне свирепствовала страшная моровая язва; она началась сперва в Киеве, а потом распространилась и по прочим малороссийским городам; в это же время налетело от моря на Украину великая саранча, поевшая хлеб и траву2). В 1738 году открылась в Яссах и Букаресте моровая язва; отсюда она перешла в КаменцъПодольск, Бар, Могилев, захватила Украину 3), перешла в Очаков и на Кинбурн, поглотила многих козаков наЗапорожье, полегших своими костьми на кладбище Новой Сичи и черными могилами сразу увеличивших эту и без того мертвую обитель. В 1748 году саранча появилась в низовьях Днепра и оттуда понеслась вверх к Киеву: июля 17 числа, в четвертом часу, по полудни в Киеве оказалась такая сильная летучая саранча, что и солнечное сияние заслонила, а взялась и летела оная саранча снизу реки Днепра от местности Киевософийского монастыря, местечка Треполья, також от полской стороны, и как чрез киевопечерскую и старокиевскую крепостью,так и чрез Киев нижний город, называемой Подол, чрез немалое разстояние, более как чрез три часа, летела безпрерывно, и с той саранчи та, которая изнемогла, на малое время для отдохновения в садах и на поле на траве садилась и, чиня траве и

181

огородным овощам и садовым листьям вред, паки подымамалась и пролетела за Киев, к гиолской стороне, також и вверх по Днепру разными луговыми местами, где ночлегами своими весьма великий траве вред учинила... Да июля 16 и 17 числа чрез Василковский и Треполский и чрез село Обуховку, так чрез другие форпосты,из заграницы с полской стороны в Малую Россию за Днепр лролетело саранчи безсчисленное множество такими густыми тучами, что и свету мало было видно» а обширностью верст на четыре и на пять, а впротчих местах и на десять верст, и как хдебу, так и траве потому ж великий вред причинила, особливо же внизу реки Днепра чрез Кременчугской и другие тамошние форпосты В 1750 году страшная чума опустошила почти все Запорожье 2); в это время Кош предписал жечь имущество и келии зачумленных иноков Самарского пустыннониколаевского монастыря; тогда предана была пламени келия настоятеля монастыря, иеромонаха Црокла, умершаго от чумы; вместе с его имуществом сожжено было множество документов, относящихся к истории этого монастыря, и биография первого настоятеля обители, иеромонаха Паисия а); эта чума продолжала свирепствовать потом и в 1756 году в тех же самарских местах 4). В 1759 году было неурожайное в Запорожье лето; после него настала холодная и бурная осень, а после пасмурной осени наступила с конца октября глубокая и холодная зима: снега завалили запорожския степи; холод, мороз и сильные порывистые ветры довершали лютость зимы; такие холода упорно держались до февраля следующаго 1760 года, и в это время погибло множество людей и еще больше того скота б). В наступивший 1760 год на запорожской реке Самаре вновь открылась чума. «Появившаяся и сразу в одно время обнявшая все вообще Запорожье моровая язва была так сильна и свирепа, навела на козаков запорожцев такой панический страх, что жи