Чтение онлайн

Молодая королева пожала плечами, не удостоила ответа, а стала ещё усерднее трудиться.

К ночи они возвращались в замок через сад. Греела собирала в подол апельсины и виноград, пока Алуна как всегда собирала в небольшую корзину очередной сорт яблок. Их освещали ледяные свечи, летающих у головы. Греела, набирая еду, продолжала следить за безмолвной королевы. Со вчерашней ночи она стала гораздо печальней. И немного рассеянной. Её итак многострадальный плащ зацепился за ветку яблони и порвался. И это ещё сильнее расстроило Алуну.

– Давайте, я зашью. Или вообще сошью новый, вы королева, а ходите в том, что даже самый бедный крестьянин не наденет, – Греела подскочила и насильно стянула остатки плаща. Королева смерила непривычным взглядом девочку и кивнула. После ужина она отвела её в прачечную, находившуюся в дальней комнате замка. Там стояли прялки и другие вещи для шитья.

Греела не сдержала вздох разочарования. Все деревянные инструменты из-за влажности намокли, иглы пожелтели, а пряжа, нитки, ткани рассыпалась на руках. Алуна лишь ещё сильней поджала голову и уже выглядела на устыдившуюся кошку. Но Греела не была Греелой, если бы не обладала упорством, что в её мире не приветствовалось для женщин. На следующий день она пошла стричь баранов для пряжи, а Алуну попросила всё просушить и выковать новые иглы. Королева, привыкшая к движению, сразу же оставила работу прялки. Она даже смотреть на нити не могла и ненавидела подобную работу.

Многие дни прошли, по ощущениям месяцы. Храбрая и трудолюбивая Греела взяла заботу о замке и королеве, пока правительница заботилась о всём народе и в частности о ней. У Алуны оказалось слишком много забот, чтобы обращать внимание на трещины в стенах, пыль и сосульки, свисающие в самых разных местах. С каждым днём они лишь увеличивались. Весна давала о себе знать.

– Значит, скоро наступит лето? – обрадованно произнесла Греела, накрывая стол. Теперь они ели не только фрукты или овощи, дочь вальщика готовила яйца, взбивала молоко в масло и сметану, творог, пекла пироги из просеянной муки пшеницы, варила каши. Духи кухарок во многом ей помогли с готовкой. Тёплая и вкусная пища ещё больше задабривала Алуну, давала ей чувство уюта и тепла, что ранее ей было незнакомо. Королева села на своё законное место и поджала под себя ноги, оказавшись сидящей на корточках. Она кивнула. – И снова месяц? – теперь уже пожала плечами, что выдало её сомнение.

Девочка ещё не понимала, какую роль играла для королевы. Любовь и привязанность к ней могла бы спасти всю страну от продолжительных холодов. Это была её последняя надежда на обретение покоя и своего места в жизни. Закоренелая ненависть к людям, взращённая потерями и одиночеством, постепенно растворялась во время того, как Греела со своим рвением и чистым сердцем ухаживала за королевой. Алуне не хотелось больше кричать от одиночества, танцевать с мертвецами и наблюдать за сменой времён года одной. Она привыкла к Грееле и не желала отпустить последнюю надежду от себя. Однако за счастьем тёмное, тягучее чувство стало охватывать сердце Алуны.

За улыбкой и доброжелательности Греелы скрывалась вечная печаль и скорбь. Вести о скорой весне разбудили тоску в девочке, любовь к отцу. Она не видела его так долго, что родимые черты забывались. Ей хотелось хотя бы сказать: “Папочка, не переживай. Я здорова. И, знаешь, скоро весны станет больше! И я так выросла”. Греела всё чаще уходила в воспоминания и рассказывала королеве о своём прошлом. Это не нравилось Алуне. Хоть девочка понимала, что её не отпустят, но надежда на возвращение домой умирала последней.

Королева метались от правильного решения к эгоистичному. Она в отчаянии смотрела в зачарованное зеркало и плакала, когда видела постаревшего отца девочки. Он выглядел подобным мертвецам. Мужчина похудел, стал темней и тяжелей в думах. Не было больше добродушной улыбки на лице. Он даже печь редко топил, ведь смысла в жизни кроме дочери не имел.

Поступок королевы оказался слишком жестоким. Она разрушила семью, единственная получила от этого счастье, обретя около себя подругу. Сердце болело. Алуну прижала правую ладонь к груди и размышляла, как поступить. Она хваталась за голову, драла волосы и выпускала на волю слёзы. Королева выглядела жалким и несчастным человеком.

***

В один из дней королева позвала девочку на вылазку в мир. В яркий солнечный день. Они надели новые одежды и отправились на ветре к горам, куда не подступал даже самый смелый из людей. Около подножия находилось замёрзшее озеро. Девочка радовалась небольшой свободе. Лепила снеговиков, крутилась и радостного голосила королеве, что очищала лёд от снега. Она как всегда была босой, абсолютно не чувствовала холода. Когда озеро было очищено, а стопы покрылись специальной коркой, Алуна ринулась в танец на скользящей поверхности. Греела оторвалась от дел и зачарованно засмотрелась на парящую королеву. Её волосы разлетались по ветру, тёплый полушубок светло-коричневых тонов скрывал тонкое и изящное тело. В момент окрылённого счастья Алуна становилась похожей на человека. Она двигалась быстро, прыгала и взлетала, показывая всё своё мастерство. Она была так подвижна, что Греела спустилась на лёд и принялась кататься, как она. Они парили на льду до самого заката. К вечеру они отправились летать по стране, и королева показывала пальцем на населённые пункты. С её приходом окна леденили красивыми узорами, на улицах становилось пусто, а после ухода разыгрывалась короткая метель.

Они вернулись поздно, но счастливые и довольные. Даже орёл завидовал им. Часто они стали улетать в леса, Греела теперь знала, как распределяла животных Алуна по стране. Однако, чтобы ни делала королева для девочки, та всегда смотрела в след столицы.

И тогда королева с мятежным сердцем решилась.

– Что это? – Греела взяла с рук Алуны медальон, выполненный в виде снежинки, в центре которого умещались крохотный часовой циферблат. Половина часов – для дня, вторая – для ночи и одна стрелка. Королева подхватила девочку со спины и повела по коридорам в левое крыло.

Грeела увидела разорванную частично картину. На ней были изображены три человека: женщина, мужчина и ребёнок. Взрослых сжёг огонь давно, ребёнка разорвал кто-то с когтями. Алуна ткнула в мужчину, а затем в медальон.

– Это ваш отец? – спросила она Алуну, а королева кивнула. Солнце заходило за горизонт, открывались первые звёзды, поднимался ветер. Стрелка дошла до ночи, и прозвучал удар. В это время сильные ветры подхватили Греелу и унесли в столицу, к отцу. Отправив её домой, Алуна поспешила к зеркалу. Так было правильней всего.

Девочка не поверила своим глазам. Она только что стояла подле королевы, а теперь находилась в своей комнатке. Клубилась пыль в темноте, размеры комнаты да избы оказались крошечными по сравнению с замком. Греела боялась сделать и шаг, её тело покрылось гусиной кожей. В избе было тихо. Холодно. Простояв несколько минут, Греела принялась за работу. Растопила печь, проверила запасы съестного и сготовила похлёбку, затем подмела и села ждать отца. Он пришёл поздно. Сначала не решался зайти, увидев свет в окнах, а затем ворвался в домик с арбалетом наготове. Грузного мужчину, покрытого с ног до головы шубой, привёл в себя девический крик. Греела вскочила с лавки и подлетела к отцу, обнимая его. На глазах стояли слёзы.

Мужчина не мог насмотреться на дочь. Он радостно закричал, начал обниматься, целоваться, плакать и расспрашивать обо всём. Греела осторожно поведала свою историю и пригласила на ужин, о медальоне рассказать не решилась.

– Ты так выросла, – провёл по волосам отец. – Я искал тебя везде. С рассветом до поздней ночи.

– Верю. Я рада, что вернулась.

– Навсегда?

– Не знаю, – убавила отцовскую надежду. Греела печально улыбнулась и попросила не переживать мужчину, поведав о том, как королева заботилась о ней. Но как только через окно пробился тонкий луч солнца, так девица вспыхнула ветром под звук резкого и тонкого удара и исчезла, как будто её и не существовало. Мужчина поднял вой, выскочил на улицу, остался один.