Чтение онлайн

«Какой печальный конец, — с грустью подумал я, — став обедом для дракона, завершить жизнь в его чреве».

А я-то считал, что дракон — это местное суеверие! Мне нужно было повнимательнее прислушаться к легенде Павлина. Во всех историях есть доля правды. Конечно, тогда меня сбило с толку само слово «дракон». Для меня драконы были сказочными существами, жившими только в народных преданиях, — эдакие трехглавые огнедышащие твари с перепончатыми крыльями и раздвоенным хвостом. Таких драконов действительно не было на свете. И чудовище, нависшее надо мной, по сути дела, тоже не было драконом. Но когда оно раскрыло свою зубастую пасть и дохнуло на меня гнилостным запахом, я подумал, что слово это вполне подходит для обозначения мерзкого пресмыкающегося.

Я медленно встал на ноги и замер, сжав кулаки. Если этот монстр проглотйт меня, постараюсь хотя бы застрять у него в глотке.

Плотоядно урча, дракон начал придвигаться ко мне.

И тут, совершенно внезапно, тоненький луч света, проникающий в логовище дракона, закрыла чья-то тень.

— Сэр рыцарь! Сэр рыцарь! — позвал меня кто-то.

Я узнал голос Нищей Красавицы.

Чудовище, услышав человеческий голос, на секунду остановилось.

— Вот, держите! — крикнула мне девушка, и тотчас же что-то со звоном упало на дно пещеры.

Я протянул дрожащую руку и нащупал рукоять меча. Оружие подоспело как раз вовремя — громоподобная ящерица, распахнув пошире свою стозубую пасть, собиралась опять броситься на меня. Могу поклясться чем угодно, что я видел остатки непережеванной пищи, которые застряли у этой гадины меж зубов.

— Вот тебе, подавись! — в бешенстве закричал я, бросая свой клинок в разверстый зев плотоядного чудища.

Оно зарычало, заворчало, захрипело, и я, крепко ухватившись за меч, сунул его еще глубже в глотку монстра. Моя рука погружалась все глубже в темную пасть, пока лезвие клинка не проткнуло пищевод, желудок чудовища и наконец его черное сердце. Кровь и желчь окатили меня с головы до ног и разлили по пещере непереносимое зловоние. Вытащив меч из нутра гигантского чудовища, я смотрел, как мой противник тяжело опускается на каменный пол пещеры. Вскоре тело древнего пресмыкающегося застыло: чудовище испустило дух.

Я поднял глаза. Нищая Красавица стояла на пороге пещеры: она спустилась ко мне.

— Ах, сэр рыцарь, — воскликнула девушка. — Даже не знаю, как вас благодарить!

«Ну уж попробуйте как-нибудь», — подумал я.

— Я перед вами в вечном долгу, сэр рыцарь. Скажите мне, как я могу отплатить за вашу доброту, и я сделаю все, что вы пожелаете. Клянусь… Спасибо вам огромное…

Такого я не ожидал.

— Не за что, — скромно ответил я. — Для Вольного Рыцаря это сущие пустяки. День работы — и все дела.

Я вытащил из-за пояса самодельный факел — связку прутьев, опущенных в смолу.

— А теперь давайте-ка посмотрим, что тут есть.

Я достал огниво: посыпался сноп огненных искр, и сухое дерево тотчас же запылало, ярко осветив пещеру.

У Нищей Красавицы даже перехватило дыхание: то, что мы увидели перед собой, внушало неимоверный ужас. Труп убитого чудовища лежал у наших ног в луже желчи и крови, которая успела пропитать толстый слой пыли. Рубцы, шрамы и рваные раны украшали его смердящее тело.

Меня мучил вопрос: сколько лет это доисторическое животное скрывалось в своем логове?

Почти сразу же я нашел ответ: вокруг меня валялись кости его бесчисленных жертв — жертв, которые служили ему пищей в течение многих веков. Груды костей. Я попятился, спотыкаясь об останки скелетов.

Большие кости и маленькие. Берцовые кости, плечевые и тазобедренные суставы, лучевые кости, фаланги пальцев… Некоторые скелеты были почти целыми, но большинство костей было разбросано по всей пещере поодиночке. Ребра и позвонки, истончившиеся черепа с пустыми глазницами, казалось, смотрели на меня. Среди мрачных экспонатов этой чудовищной коллекции валялись цветные стекляшки — обрывки дешевых побрякушек, которыми были украшены отданные ему на съедение девушки.

— Пойдем отсюда, — прошептала Нищая Красавица. — Давайте поскорей оставим это ужасное место.

Кивнув, я решил следовать за ней, но тут что-то привлекло мое внимание. Взяв Нищую Красавицу за руку, я двинулся в глубь драконова логова.

Подняв повыше разгоревшийся факел, я вдруг увидел среди останков самых первых жертв чудовища блестящие, переливающиеся всеми цветами радуги сокровища дракона.

Я обнаружил клад, о котором не мог мечтать.

Здесь были инкрустированные яхонтами и изумрудами пояса для мечей, нагрудные пластины, амулеты из кованого серебра и покореженные старинные шлемы, отлитые из чистого золота и усыпанные бриллиантами… А в самом центре этой искрящейся сокровищницы лежал удивительный предмет, который сразу привлек мое внимание. Это был золотой штандарт, украшенный россыпью драгоценных каменьев. Верх его украшала голова дракона, оскалившего зубастую пасть, а конец древка все еще сжимала истлевшая рука. Локтевой сустав был раздроблен, а из просвечивающей насквозь грудной клетки торчал золотой кинжал.

Мне на память сразу же пришла легенда, рассказанная Павлином. Все, что он поведал, оказалось правдой, от а до я.

Когда-то я отмахнулся от купца, считая его истории досужей болтовней, но теперь сам убедился в правдивости событий, став запоздалым свидетелем могучей древней битвы.

Я почувствовал, что Нищая Красавица дрожит с головы до ног.

— Ну пожалуйста, пожалуйста, сэр рыцарь, — умоляла она меня испуганным шепотом. — Я больше не могу оставаться в этом жутком месте.

Девушка была права. В пещере пахло смертью и разложением. Но прежде чем навсегда покинуть логово дракона и стряхнуть с себя воспоминания о нем, мне предстояло еще кое-что сделать.

Встало солнце, возвестив начало ясного дня. Я пришпорил своего Джеда, и он понесся вскачь. Веревки, которыми привязали пару худосочных лошадей — наследство, доставшееся нам от Редкозубого и Котелка, — туго натянулись.

Я обернулся, чтобы проверить, не свалилась ли навьюченная на них драгоценная ноша, и случайно коснулся щекой прекрасных темных кудрей Нищей Красавицы. Мы ехали вдвоем на одном коне: я — впереди, она — позади, крепко обхватив меня за талию. Девушка спала, но улыбка все играла на ее прекрасных устах.