Чтение онлайн

– Да, обещала завтра помочь коллегам. Заодно узнаю по поводу нашего расследования.

– Еще раз, спасибо тебе за все, – сотрудник заключил девушку в нежные объятия, от которых она быстро отстранилась.

– Обещай, что никто не поедет пьяным за рулем.

– Слово помощника прокурора, – Кирилл дружественно махнул рукой и пошел открывать дверь.

Легкий весенний ветер назойливо продувал спину, опуская на лицо растрепанные тонкие волосы. Кира медленно шла, болезненно наступая на каждую ногу. Голову все еще кружило от алкоголя, однако свежий воздух, попавший в больные легкие, стал для организма незаменимым лекарством. Вскоре помимо топота своих каблуков девушка начала слышать чужие шаги.

– Этого еще не хватало, – рука залезла в маленькую сумочку, на дне которой лежала внушительная связка ключей: – Надеюсь, он просто испугается металлических предметов, торчащих из моих пальцев, и просто убежит.

Шаги показались ближе, и вот справа от Киры возник студент режиссерского факультета.

– Не боишься шляться по ночным улицам? – спросил парень, оглядывая окна дачных домов.

– С тобой мне идти еще страшнее, – заметила собеседница, явно желая прекратить разговор.

– Дай угадаю, ты все еще не можешь меня простить?

В мыслях сразу мелькнул вкус сладкого ликера, робкие поцелуи на студенческом вечере и совместный запуск шариков на выпускной. Вот ее руки касаются плеч партнера в медленном танце, а через секунду его язык пробует ее губы на вкус. За спиной слышны крики друзей, некоторые студенты радостно хлопают, поздравляя новую пару. Дальше все как в замедленной съемке: уборная туалета, ее голая грудь.

– Только не говори, что после той неудачной попытки секса ты думал, что у нас что-то есть.

– Я так не думал, а вот ты. Я прислал тебе несколько писем и ни на одно не получил ответа.

– Девушка имеет право игнорировать назойливых кавалеров, – Кира демонстративно сняла каблуки и пошла по земле босиком.

– Сейчас в раны инфекцию занесешь, надень лучше мои ботинки, – парень принялся развязывать шнурки, как его остановили.

– Если действительно хочешь мне помочь – согласись на мою авантюру.

– То есть ты предлагаешь мне бросить студенческую жизнь для того, чтобы проработать одну из твоих многочисленных версий о смерти Олега?

– Да, но, к сожалению, ты зассышь этим заниматься.

– Ничего я не побоюсь, не так уж и сложно под видом стажера устроиться в ОБЭП.

– Ну, если не сложно, то милости прошу, – девушка вцепилась в его руку и указала на небо: – Смотри, как прекрасны звезды. Никогда не замечала, что они светят так ярко.

– В Стризнево всегда так. Просто ты не видишь дальше своего носа из-за амбиций.

– Ну так давай остановимся и посмотрим.

Кира уселась посреди дороги, раскинув под ноги полу своего плаща. На небе ярко мелькали тысячи звезд, украшая черный подол вселенского платья. Там, в мире спутников и комет с космической скоростью летают небесные тела, неизвестные человеку. Но что вековой планете до истории, когда она сама ее создает. То возведет огромный вулкан, то окружит газами, превратив себя в небесного гиганта. И может до этой вселенной никогда не дойдет глаз астронома, однако могущество ее превышает в разы влияние самых известных исторических личностей.

– Когда я смотрю на небо, я словно забываю земные проблемы. Да и кому они нужны, если после смерти мое тело преобразуется в частицы, путешествующие по атмосфере. Может одна из них залетит в космос и превратится в черную дыру. А может, она станет участницей рождения звезды. Я бы все отдала, чтобы увидеть бесконечный космос и страшно мне от того, что это мечте сбыться не суждено.

Опричник грустно смотрел в сторону дома, который он неспешно покидал на своей кобыле. Теперь нескоро он увидит жену, услышит смех сына. Резной терем исчезал вдали, все больше сливаясь с голубым небосводом. Наконец, последняя крестьянская изба осталась позади, а впереди раскинулось бескрайнее поле.

Знал царский воин, что недолго будет видеть он семью, ожидавшую его из похода. Молчаливая жена – татарка, как всегда, выйдет на крыльцо, окинет его взором темных очей и склонит голову в знак уважения. Он прижмет ее хрупкое тело, облаченное в русское платье, поцелует теплые руки. На заднем дворе малый сын бегает с палкой, гоняет по двору кур. Престарелая нянька прикрикнет на него, и он, бросив выдуманное оружие, бежит встречать батюшку с войны. Вдоволь навеселившись, войдет семья в дом, кушанья уже подала на стол кухарка. Опричник сядет во главу стола, возьмет деревянную ложку и станет хлебать борщ из увесистой миски, закусывая свежим салом. Жена посадит на лавку сына, завяжет фартук ему поверх рубахи, сама займет место справа от мужа и будет смотреть в окно скучающим взглядом, что не покидает лица ее с тех пор, как привезена она из захваченной царским отрядом Казани. Дите начнет было баловаться, но ударит ложкой отец его по лбу, сразу тише ребенок станет, мокрые глаза кулаком потрет да продолжит есть как ни в чем не бывало. В углу на скамье сидит нянька старая, впалые щеки ее обтянули беззубую челюсть, а на иссохших руках проступает большое пятно. Бабка посмотрит на обед барина да прикусит губу, ведь нельзя со стола хозяйского яства брать.

После трапезы разбредется семье по комнатам, сын в курятник бежит, мать за прялкой сидит, а отец в опочивальню ступает. Плетеной накидкой укрыты его подушки, одеяло ватное золотыми узорами вышито. Уберет он накидку с подушек, положит на них светлую голову да приляжет на сон дневной, послеобеденный. И снится ему как царь приказывает крепость на реке заложить. На реке холодной, берега ее льдом покрыты. И стоит возле царя ведьма тощая, хромая. И шепчет она ему на ухо, чтобы перевез он сюда столицу, богатства Московские да украшения Владимирские. Хочет она на свои тонкие пальцы перстни надеть, да в боярских платьях ходить. И отвечает ей царь, страшными чарами одурманенный, что построит он Кремль здесь белокаменный да перевезет войско свое опричное. И посылает гонцов он разнести указ по всей державе, чтобы опричники ехали к нему да собирали народ на большую стройку.

Просыпается воин с больной головой, входит в кухню. Там холопка готовит приборы к вечерней трапезе. В печи котелок с уткой кипит, на столе чаша с капустой квашеной красуется. Выходит опричник во двор, холод осенний ударил в лицо, в сенях ветер противный воет. Слышит он, как стучат в калитку, а рядом стук копыт конских да лошадиное дыхание. Идет он ближе, за забором гонец стоит, говорит, что царь батюшка велел привезти донесение. Речь заливает он, что уехал в северный город Иван да ждет он туда свое войско, что готовит реформу правитель по переносу столицы и нужны ему верные соратники, кто замысел осуществит, да государя поддержит. Промолвил посыльный, что ехать опричнику в Вологду надо рано утром, нигде не останавливаясь, чтоб как можно скорее отряд соорудить. Покрутил в руках молодой воин письмо, да зашел в терем сообщать домочадцам печальную новость. Сын удачи желает отцу, жена молча стоит, смотрит мужу в глаза. Обнимет опричник жену свою, поцелует сына да отправится потчевать, ведь с первыми лучами солнца ехать ему за тридевять земель.

Сядет он на коня с утра, взглянет в окна домашние на прощание да поскачет куда глаза глядят. Скроется за горизонтом терем, пропадет родная деревня да раскинется впереди бескрайнее поле. Тихо здесь утром, от того громче кажется шум копыт. Лишь в голове горячей слышен смех хитрой ведьмы, что чарами своими охмурила царя.

Яркие солнечные лучи пробили ограду из шторы и упали к изголовью кровати. Артем попытался закрыть лицо подушкой, однако, быстро потеряв возможность дышать, вернул все на прежние места. Со двора уже слышались детские крики, а из соседней комнаты вещал дневной репортаж радиоведущий. Парень приоткрыл глаза и принялся рассматривать свою старую комнату. Стены ее были украшены многочисленными дипломами. У одной из грамот висела медаль, полученная за школьные лыжные соревнования. На потертом комоде красовалась игрушка пингвина, подаренная ему на один из дней рождений друзьями из группы. С оконных стекол на парня смотрели побледневшие витражи, а на раму приклеилась лапами лягушка – градусник. В книжном шкафу грустно стояли учебники по многочисленным отраслям права, разделяя полку с советской кулинарной энциклопедией. На верхней полке красовался «Фауст» на языке оригинала, взятые несколько лет назад из библиотеки Киры, но так и не прочитанный. Около кровати стоял опустевший стол. Воспоминания сразу нарисовали картину, как его поверхность изгибалась под кипой бумаги, именующейся черновиком. На дубовой крышке лежала потекшая синяя ручка, каплями портящая благородный коричневый цвет. Среди всего этого хаоса восседал Артем, зачитывая свой последний сценарий, который будет отправлен на творческий конкурс. В картонном конверте с надписью «во ВГИК» уже лежали фотографии местности, распечатанные в лучшем фотосалоне города. Рядом лежала анкета абитуриента, написанная каллиграфически чистым почерком. Скоро к ней присоединится сценарий, и заказное письмо поедет в лучший кинематографический университет покорять капризную Москву и строгих критиков. Теперь же стол пустовал, и лишь темно – синее пятно напоминало хозяину о былых временах, проведенных в родной квартире.

Артем снова положил голову на подушку, однако шумные голоса родителей, доносившиеся из кухни, не давали ему уснуть. Парень спрятал ноги в вязаные тапочки и отправился к общему сбору, дабы узнать события последних дней.

Серьезный отец меланхолично читал газету, обводя красной ручкой какие-то объявления.

– А вот и наш бездельник проснулся, – проговорил он, даже не посмотрев в сторону сына.

Артем предпочел не обращать внимания на колку реплику, неловко хлопнув дверцей шкафа и породив новый звук. Глава семейства недовольно повел бровью, продолжая выискивать интересующие объявления. Мать, дабы разрядить накалившуюся обстановку, предложила оладья из кабачков, расхваливая прошлый дачный урожай.