Чтение онлайн

— Конечно, буду рад. Вас проводить?

— Ну если вы так настаиваете...

Слава кивает родственникам, и они уходят. Сёстры Волокушины, щурясь смотрят друг на друга и бегут за ними.

Весь день они наблюдают странности. Волокита, не сидит как обычно, опустив голову. Он слушает учителей, конспектирует. И он отвечает. На математике, на вопрос учителя кто желает решить примеры на доске, Волокита первым тянет руку. От чего учитель теряется, но отходит в сторону и наблюдает. Слава решает всё быстро, правильно. Получает пять и довольный уходит.

Вторым уроком химия. И снова у доски Волокита, без каких либо проблем решает задачу и записывает формулы.

География. Русский язык. К удивлению девушек, Волокита вызывается везде. На каждом уроке получает пять, а после урока с дневником идёт к учителю и просит поставить оценку, объясняет это тем, что хочет отца порадовать. На большой перемене хватает коробочку и идёт в столовую. Где с аппетитом ест котлеты и строит глазки Жигуновой.

— Мне это не нравится, — злится Люба. — Он наш. А флиртует с этой мымрой. Пошли к нему. Он наш жених и должен с нами сидеть.

— А почему тогда мы с ним раньше не сидели? — спрашивает Света.

Люба фыркает тащит сестру к столу. То что там уже Жигунова, сестёр не останавливает. Они подходят, встают над Славой...

— Как невежливо с вашей стороны, Вячеслав Ерофеевич, так нагло игнорировать своих невест, — не скрывая злости говорит Люба.

— Вы кто? — вытаращив глаза спрашивает Слава. — Ника, кто это?

— Твои невесты.

— Ах да! Точно. Это те которые жалели о том что я не умер. День добрый. А вы чего хотели? Как видите я ещё жив. Вы извините, но подыхать не собираюсь. Как загнусь, я вам сообщу.

— Зачем ты так?

— Извините, девушки. Я занят. Ника, на чём мы остановились?

— На красных розах, — улыбается Жигунова.

Волокушины краснеют. Пытаются увести Славу, но тот равнодушно отказывая им, просит оставить его в покое и подперев рукой голову с каким-то обожанием смотрит на Веронику. Чем вызывает у них приступы бешенства. Решив что с них хватит, сёстры собираются действовать. Возвращаются к своему столу и разрабатывают план.

После уроков. Кабинет директора. Славик.

Стою, смотрю на полковника. Тот сидит, разбирает бумаги, хмурясь смотрит... Берёт листочек, нацепив монокль читает...

— Я придавал вращательных движений, вокруг оси, которой был мой детородный орган. Сам сочинил?

— Так точно, господин полковник.

— А перевёл зачем? На весь зал, при учениках, ругался как пьяный сапожник.

— Виноват.

— Хе-хе, конечно. Виноват и ещё как. Наказание...

— Готов получить.

— Если продолжишь старшего перебивать, то обязательно получишь. А так... Ну что я могу сказать, Слава. Шесть уроков, шесть оценок отлично. Хвалю. За то что иногда не встав отвечаешь... Изволь соблюдать правила приличия. Не на базаре.

— Виноват, господин полковник. Исправлюсь.

— Верю. Не поделишься что с тобой случилось? Всё время учёбы тройки-двойки, истерики. А тут раз и пятёрки полетели.

— По двум причинам. Стыдно стало. Перед отцом, перед родом. Вторая...

— Вторая?

— Влюбился. В няню свою, в Вареньку. Решил исправиться. Питаться нормально начал, силы появились и голова заработала. Занимаюсь. С тётей Анастасией. Учусь у Бориса Всеславовича. Получается пока, не очень. Но все говорят что успехи есть. А мне от этого хорошо.

— Ну что же, спасибо Вареньке. Я, честно признаюсь, уже отчаялся. А ты оказывается вон какой. За сегодня, то что никого из этих последователей Вальмонда бить не стал, а свёл к словесному поединку — хвалю. За то что матом ругался в академии, взыщу. Не тростью, а знаниями твоими. Будет как сегодня, через месяц забуду. Нет, ты уж не обессудь, я тебя тростью угощу. Иди, готовься. И это. Выражение твоё. Я позаимствую?

— Так точно. Заимствуйте. Разрешите идти?

— Иди, — улыбается полковник.

Хороший мужик, правильный. А то что смелый такой... Уважуха. Но с этим ладно. Мне домой пора. Отца оценками порадую. Тренировка с Настей. Эх, мне и правда начинает здесь нравится.

Дом главы клана. Поздний вечер.

Восседая в кресле, немного недовольный таким неожиданным визитом Ерофей, смотрит на старого друга и боевого товарища. И вот его Ерофей видеть рад, однако присутствие его дочерей, всю радость портит. Да и сам Никита Иванович Волокушин, видя настроение Ерофея немного нервничает. А то что Волокита как всегда не встретил гостя с распростёртыми объятиями, а более чем холодно, порядочно так нервирует.

— Ерофей, друг мой, я в чём-то виноват перед тобой? — не выдерживает молчания Никита.

— Хм-м-м, — хмурится Волокита. — Как бы тебе сказать? Мы с детства дружим. С шести лет. Отцы наши дружили, деды. Мы через многое прошли. И воевали вместе, и в опалу вместе попали. Теперь вот каждый год, с апреля по октябрь, сражаемся с рвущимися из портала демонами. Иногда и в не сезон бойни устраиваем. Бывает они и зимой вылезают. Мы с тобой, Никита, ближе чем родные братья. Не раз, не два, даже не сто спасали друг друга, прикрывали, поддерживали.

— Ерофей, я вообще не понимаю к чему ты клонишь. Давай по-человечески. Прямо, как ты всегда делаешь. Если я в чём-то провинился, то скажи. Ты меня знаешь, я сразу же решу вопрос.

— Хорошо. Но сначала скажи, Никита. Что за визит, в половине одиннадцатого вечера? Я уже спать собирался.

— Дела сердечные, — глянув на дочерей улыбается Никита. — Проблемы, небольшие. Дочки мои, видя каким их жених стал, сблизиться с ним попытались. А он, сделал крайне обидное. Он демонстративно не узнал Любку и Светланку. Я точно не знаю, что у вас тут происходит. Эти двое только ревут, ничего толком не объясняют. Вот я и приехал узнать, что именно случилось.

— Да ничего особенного, — разводит руками Ерофей. — Просто твои дочери, невесты Славкины, в школьной столовой, сидели и сожалели о том что Славка не загнулся. Некрасиво поступили. Очень некрасиво.

— Почему я об этом не знаю!? — встав на ноги кричит на сжавшихся дочерей Никита. — Вы что, пигалицы, совсем охренели? Жениха оскорбили! Отца обманули! Позорищем перед другом меня выставили. А ну встали. Ерофей, дай нагайку, я их...

В коридоре слышится топот, женский визг, смех и ругань. Что-то падает, разбивается. Визг повторяется, но уже громче. Дверь гостиной распахивается. Внутрь врываются Настя и Варя. Обе растрёпанные, в распахнутых, бессовестно коротеньких халатиках. Обе увидев гостей замирают, поправляют одежду...