Чтение онлайн

— Но в ней не было никаких слов, провалиться мне на этом месте! — воскликнула Дак, и Блейк с испугом посмотрел на нее: вдруг она и вправду провалится? Она не провалилась и продолжала: — Я стояла рядом с Блейком, мистер Фолл, и ничего там не видела. Ни единой строчечки! Он выдумал всю эту чепуху про какие-то слова и про название! Высосал из пальца!

— Не слушайте ее, профессор, — возмущенно сказал Блейк. — Она глупая девчонка и завидует мне.

— Она совсем не глупая, — защитил ее профессор. — Но тем не менее я верю тебе, мой юный друг. И если то, что ты говоришь, правда, то, боюсь, надвигается нечто зловещее. Ибо не зря же она решила появиться снова.

— Кто — она?

— Кто — снова?

— Да, Блейк, — с горечью произнес профессор, — ты не первый, кого она избрала своим Вергилием [6] , то есть проводником. До тебя были и другие. Но еще больше было тех, кто искал ее… Однако тщетно.

— Кого искал? — в отчаянии возопила Дак. — Я не понимаю! Книгу? Да? И вы тоже?.. И нашли?

Профессор печально улыбнулся.

— Нет, не нашел. Хотя временами бывал поблизости от нее. Или она от меня. К счастью, я не был избран в проводники. — И, увидев, что собеседники опять его не понимают, добавил: — Она может сокрушить того, кого избирает. Я знал одного такого человека… Мы даже были друзьями…

Глава 12

Значит, это и мне грозит? — со страхом подумал Блейк, и ему вдруг стало так неуютно, что расхотелось говорить с профессором, и он был рад, когда Дак завладела инициативой и начала расспрашивать о человеке, про которого заговорил профессор: кем тот был и что с ним приключилось?

— О, это длинная история, — сказал Джолион Фолл, и непонятно было, собирается он долго рассказывать или, наоборот, хочет избавить себя и других от этого.

— А вы расскажите покороче, самое интересное, — посоветовала Дак, и профессор послушался разумного ребенка.

— Довольно много лет тому назад, — так начал он, — я был членом одного Книжного общества, клуба, в котором собирались те, кто по-настоящему любит книги…

— Какие книги? — спросила Дак.

Он недовольно посмотрел на нее, но ответил:

— Старинные и ценные. Которые давно стали редкостью: те, которые издавались когда-то вручную такими мастерами печатного дела, как Иоганн Гутенберг, Петер Шеффер, Альд Мануций Старший. Мы разыскивали эти книги где только могли — в книжных лавках, частных библиотеках, научных учреждениях…

И только Блейк спросил себя с досадой: долго еще профессор будет разводить канитель, пока дойдет до главного, как тот после недолгой паузы проговорил:

— И однажды один из самых скромных и молодых членов нашего Книжного общества, такой, как бы это сказать, мечтатель и фантазер…

— Ботаник, — подсказал Блейк.

— Что? — не понял профессор. — Ах, да, по-вашему теперь это называется именно так… И однажды этот самый «ботаник» нашел книгу, непохожую на все остальные на свете.

— Эндимион Спринг! — крикнул Блейк.

— Да. Легендарную книгу, в существование которой никто из нас не верил. Кроме того, он оказался единственным, кому она позволила заглянуть в нее…

— Как? — одновременно спросили Блейк и его сестра.

— Для остальных, — вполне серьезно и с грустью сказал профессор, — она оставалась тайной за семью печатями, почти в полном смысле слова. У нее были две застежки.

— А ключа не было! — догадалась Дак.

— Взяли бы да сломали, — сказал Блейк.

Профессор сокрушенно покачал головой.

— Ломай не ломай — она открывалась только под его руками… Я попробовал как-то, — виноватым тоном добавил он, пошевелив пальцами правой руки, — и у меня на всю жизнь остался след. Черный след.

— А отмыть не пробовали? — спросила Дак.

Он криво улыбнулся.

— Пробовал. Не получается…

— У моей… у той книги, которую я нашел вчера, — припомнил Блейк, — тоже были две застежки. Только они сломаны.

Профессор не ответил. Блейк обратил внимание, что у него сейчас ужасно усталый вид. И в голосе, которым тот продолжил рассказ, сквозило утомление. Он говорил как бы через силу.

— Какое-то время мы собирались вместе, чтобы выслушивать, что наш коллега вычитывал для нас из книги Эндимиона Спринга. Сначала это были рассуждения о Человеке-Тени, который обладает неимоверной силой и представляет угрозу для этой книги и для всего мира…

При этих словах Дак в ужасе закатила глаза, но Блейк заподозрил, что ей просто скучно стало слушать эти сказки и она притворяется до смерти напуганной. Ему же было интересно, он вслушивался в каждое слово профессора.

— …У молодого человека, нашедшего книгу, — вспоминал Джолион Фолл, — был странный голос, похожий на пламя свечи, которое колеблется, никнет и, кажется, вот-вот угаснет совсем. Этим голосом он и вещал нам о возможном появлении Тени.

— Человека-Тени? — воскликнул Блейк.

Профессор утвердительно кивнул.

— Да, но мы не знали тогда, что черную Тень уже отбрасывает один из нас.

— Как? — снова крикнул Блейк.

— Среди нас, — ответил профессор, — находился предатель, чья душа была черным-черна.

Блейку подумалось, что такой черной тенью вполне мог быть тот, кто преследовал его вчера по дороге в библиотеку, а потом проник в нее.

Но он не успел высказать эту мысль, так как Джолион Фолл заговорил вновь, обращаясь уже не к нему и не к его сестре, а к самому себе:

— Какое-то время книга соединяла нас, мы были вместе… Весь наш круг любителей старинных книг… А потом этот круг распался. «Эндимион Спринг» и ее владелец исчезли неизвестно куда. Мы о них ничего не могли узнать.

Его голос — стало казаться Блейку — истончался и таял, как кусок льда в тепле, и в конце концов умолк. Как, наверное, голос того человека, о ком профессор рассказывал.

— А что потом? — спросил Блейк, осторожно всматриваясь в тени, которые сгущались в захламленной комнате.

— Не знаю, — не сразу откликнулся профессор. — Ничего еще не окончено. Посмотрим, что будет. Грядущее, как считают многие, пишет себя само.

Блейк с беспомощным видом покачал головой.

— Я почти ничего не понял, мистер Фолл. Чего от меня хочет эта странная книга? Я ведь всего-навсего мальчишка. Школьник. Что я могу и что должен сделать, если вдруг найду ее? Если она опять попадется мне? Вы можете ответить?

Тот в упор взглянул на него и сказал не слишком уверенно:

— Думаю, она сама… Эндимион Спринг сам откроет это тебе, Блейк. Если пожелает.