Чтение онлайн

Он не собирался объяснять этим невеждам, как появляются женщины, обладающие силой, прекрасно зная, что, если бы подобное произошло где-то поблизости, это почувствовали бы и он, и Джейд.

– - Дак она и не женщина вовсе, милорд!
– - возопил второй.

Еще того лучше.

– - А кто же она?

– - Дак проклятое богомерзкое отродье эльфов!

Эльфийка? В его деревне? Странно. Впрочем, скорее всего, полукровка, если, конечно, вообще имеет какое-либо отношение к эльфам.

– - Хорошо, я взгляну на эту девушку. Где она живет?

– - Да мы вас проводим, ваша милость.

Кеннет бросил взгляд в сторону конюшни, но решил плюнуть и дойти пешком. До деревни было совсем недалеко. "Отродье эльфов" проживало в хлипкой хижине на самом отшибе. Вокруг хижины громоздились буйные заросли сорняков.

– - Эй, Яррика, вылазь! Господин маг по твою ведьмину душу пришел!

На месте девушки Кеннет на такой окрик вылезать не спешил бы. Как видно, она разделяла его мнение. Дом молчал.

– - Яррика! А ну вылазь, эльфий выродок!

В кустах рядом с хижиной послышался какой-то треск. Через секунду оттуда вылетела крошечная фигурка и что есть силы припустила к лесу. Но далеко ей убежать не удалось.

Кеннет щелкнул замысловато сложенными пальцами, и спеленатая невидимыми путами беглянка ничком рухнула на землю. Маг подошел и вздернул ее на ноги, повернув к себе. Его взгляду открылось занавешенное копной растрепанных кудрей маленькое личико. Она и впрямь походила на эльфа: светлые, почти белые волосы, точеные черты лица, которые редко можно было увидеть у деревенской побродяжки. Возможно, в ее родословную затесался какой-нибудь аристократ. Но эльфийкой она не была. У северных эльфов радужная оболочка могла быть зеленой, янтарной либо желтой, у южных -- карей или черной. Но никогда ни голубой, ни серой. Это условие сохранялось даже для отдаленных потомков. Огромные же запавшие глаза девушки сверкали голубизной речной глади. Кеннет на всякий случай прощупал ауру вокруг нее. Ни следа магического излучения, как он и предполагал.

– - В ней нет ни капли эльфийской крови, -- проговорил он.
– - И ведьмой она не является. Вам придется придумать что-нибудь еще, дабы объяснить эти бедствия. Оставьте девушку в покое, она ни в чем не виновата.
– - С этими словами он снял с нее магические путы.
– - Беги.

Она рванулась, как перепуганный заяц, и вскоре скрылась среди деревьев. Кеннет посмотрел на небо; глубокая синь медленно наливалась сумрачно-лиловатым оттенком. Желтое, уже неяркое солнце висело низко над горизонтом.

– - Это все, или вы хотели попросить меня о чем-то еще?
– - спросил он.

Крестьяне заверили, что в жизни не забудут его доброты, и, пятясь и кланяясь, наконец оставили его в покое. Кеннет медленно пошел по направлению к дому. Еще одного такого дня он просто не вынесет.

Маг вошел в дом, отвернулся, заметив полускрытые тяжелой портьерой очертания женской фигурки и блестящие глаза, следящие за ним из темного уголка, отказался от ужина и поднялся к себе. В кабинете он долгое время стоял у открытого окна, наблюдая, как загораются в небе первые звезды. Пришедшее ему в голову решение было простым, хотя далось ему совсем не просто.

Кеннет сел за стол и начал писать письмо брату.

Центральный город графства Осс считался довольно маленьким по меркам остальных столиц (тот же Иверн был значительно больше), но красивым и чистым. В этом была большая заслуга нынешнего графа, который приказал привести в порядок и отремонтировать большинство зданий в столице, расчистить место для крытой ярмарки, построить помост для выступлений бродячих артистов и увеличить число увеселительных заведений. По поводу последних с некоторых пор ходили анекдоты, поскольку в Оссе располагался лучший в графствах дом терпимости. Нельзя сказать, чтобы это приводило в восторг ее светлость Констанцу, но граф Коннор со смехом уверял, что лучшей рекомендации их владениям не сыскать. Столица преобразилась, туда потянулись люди из соседних графств: как ради торговли, так и из интереса -- что же стало с когда-то невзрачным городишком...

Джейд, будучи в силу некоторых жизненных обстоятельств больше лендлордом, чем магом, политику его светлости всецело одобрял. Осс, под стать своей столице, не мог похвалиться обширной территорией. В южный Муир без труда влезло бы три таких графства, да еще с довеском. На плодородной, хорошо увлажненной почве радостно перло ввысь почти все, что ни посади, за исключением чего-то особо теплолюбивого, вроде винограда или лимонов. Но слишком мала была эта приветливая земля, чтобы сделаться сколько-нибудь значимой "кормилицей" для соседей. Разве что для скалистого запада, который поглощал изрядную часть привозимого из приморских областей и Селамни продовольствия и все равно вечно голодал.

Однако Коннор Осский не намерен был ограничиваться сельским хозяйством. Поскольку у Осса не было также и исторически сложившейся ремесленной специализации -- как, например, стеклодувное дело в соседнем Ривеллине, -- оставалось одно: сделать ставку не на хлеб, а на зрелища. Конечно, жизни одного правителя на то, чтобы увидеть, во что выльются приложенные усилия, явно не хватило бы, но Рейнард вполне способен был продолжить начатое отцом и наследников своих воспитать в том же духе. Уже теперь Осс потихоньку, мягко и ненавязчиво, отбирал у Иверна звание культурного центра, а степень влияния графа Коннора в Совете земель далеко превосходила размеры его владений.

Добравшись до столичного города, Джейд задумался. Нанести ли Кайлу визит сразу или погодить до вечера? Как-то невежливо появляться аккурат к обеду, тем более что Джейд о своем приезде заранее не предупреждал и мог оказаться немного не ко двору. Кайл не тот человек, с которым можно позволить себе излишне вольные отступления от правил хорошего тона, хотя обоих магов и связывали давние дружеские отношения.

С удовольствием поболтавшись по оживленным улицам, Джейд направился к городским воротам только тогда, когда солнце утомленно присело на крышу ратуши, прикрывшись похожим на изорванный зонтик облачком. Нужно было проехать около полумили, миновав любимое детище леди Констанцы -- общественный парк. Когда-то он был частью владений какого-то аристократического рода, все представители которого успели вымереть лет двадцать тому назад. Дом выкупил свежеразбогатевший торговец, а парк по настоянию молодой графини передали в дар городу. Слегка одичавшие заросли облагородили, заново разбили пышные клумбы и вымостили дорожки, поставили скамейки. Центром парка сделался роскошный фонтан, устроенный не без помощи магии, чем горожане гордились отдельно. Нововведение вообще пришлось им весьма по вкусу, тем паче что не было другого города, готового похвастаться чем-либо подобным. Хотя не оставалось сомнений в том, что такое положение вещей сохранится недолго. Консерватизм в графствах на пьедестал не возводили.

Нужное Джейду поместье оседлало верхушку редкого в этих краях холма. Вокруг приземистого, довольно неказистого особняка, сложенного из мрачно-серого камня, тоже был разбит прекрасный густой сад, но его прятала массивная стена в два человеческих роста высотой. Много лет назад здесь стоял небольшой замок; остатки его кладки и пошли на постройку нынешнего дома, когда сырые холодные залы признали окончательно негодными для жилья. Предки Кайла жили в Оссе несколько столетий и когда-то, во времена феодальных усобиц, даже претендовали на графскую корону. С тех пор амбиции семьи изрядно поуменьшились, равно как и достаток, осталось фамильное высокомерие -- и, символом недоверия к окружающим, почти крепостная стена. Надо сказать, характеру теперешнего хозяина поместья она вполне соответствовала.

Ворота по высоте даже слегка превосходили стену; толстые, крепкие, совершенно глухие -- не всяким тараном вынести можно, они давили на непрошеного гостя, будто могильная плита. Захлопнув крошечное смотровое окошечко, любой мог чувствовать себя за ними в безопасности и разговаривать свысока. Возможно, именно поэтому в недовольном голосе привратника не слышалось ни единой почтительной нотки:

– - Чего надо?

– - Я приехал к лорду Кайлу, -- сухо и твердо ответил Джейд.

– - Хозяин не велел никого пущать.