Чтение онлайн

— Я не…

— Пошел вон!!!

— Отдай ожерелье и я уйду. Оно… оно должно принадлежать мне, — вампир будто по щелчку пришел в себя, протянул требовательно руку.

Я отлепилась от стены, подступила к нему вплотную, глядя в глаза. Пришлось чуть запрокинуть голову, но я думаю моей злости хватило, чтобы компенсировать это.

— Это ожерелье — мое. Оно принадлежит мне, оно надето на мне, и оно останется со мной. У тебя нет на него никаких прав, кровосос, нет, и никогда не было. Можешь попробовать забрать его силой, но если для того, чтобы его сохранить, мне понадобится испепелить тебя дотла, я не засомневаюсь ни на секунду. Так что пробуй или уходи.

Мечеслав замер, всматриваясь в мои глаза, а потом улыбнулся так, что у меня по спине мимо воли побежали ледяные мурашки:

— Мы не закончили, Милена, секретарь пса. Я пять сотен лет не видел это ожерелье, и теперь я не отступлю просто так, знай это.

— Решение сдохнуть, пытаясь его отобрать — это будет только твой выбор, — я оскалилась и отступила. — А теперь убирайся.

Он отступил на шаг, на второй, на третий, оставаясь ко мне лицом и не сводя с меня взгляда, а потом, когда уже оказался за дверью, шутливо отсалютовал, продолжая улыбаться, только теперь уже с клыками.

Я молча закрыла дверь, заперла ее на все замки и прижалась к холодному металлу спиной, переводя дыхание. Где-то здесь, через пару секунд, меня возможно отпустит, и включится инстинкт самосохранения, который донесет до моего разума тот факт, что я только что угрожала вампиру. Но прямо сейчас мне хотелось догнать его и таки дать в наглую морду, чтоб точно неповадно было.

А потом вместо осознания и страха пришла немного шальная эйфория.

Я. Наорала. На. Вампира. И. Он. Отступил.

Что еще нужно, чтобы почувствовать себя непобедимой? Да ничего. Я хмыкнула и принялась снова отпирать двери:

— Время добывать саван для нашего ритуала!

И уже спускаясь к выходу, я едва не стукнула себя ладонью по лбу. А ведь таки надо было дать ему в морду! Так, гляди ж, и вампирской крови раздобыли бы.

«А я говорила, что его нужно было убить сразу» — почти шепотом, будто боясь заговорить в полную силу, буркнула ведьма.

— Успеется, — оскалилась я, выбираясь в вечерний сумрак, уже почти перешедший в ночную тьму.

После Мечеслава призраки меня не пугали от слова «совсем».

В глубоких вечерних тенях заброшенная пятиэтажка сама по себе, кажется, выглядела мистично. Облупленные стены, чернеющие провалы окон. Лишь изредка в этих провалах поблескивало стекло. В любой другой день я бы десять раз подумала прежде, чем совать туда свой нос, не то, что всю себя. Но сегодня я была сильной, смелой, дерзкой, и вообще. У меня вон, ножницы зачарованные есть, чего мне бояться.

Поскольку дверь в этом доме еще была, и она даже была заперта, внутрь пришлось пробираться через окно с выбитыми стеклами — осколки звонко хрустнули под ногами, эхо, кажется, разнеслось по всему дому.

«Он здесь, — сообщила ведьма. — Я его чувствую».

— Так, значит, тебя зовут Варнава, — оглядываясь по сторонам, почти прошептала я в ответ.

Честно говоря, у меня не было объяснения, почему мой разум связал все ниточки именно сейчас и заострил на этом внимание. Наверное, меня просто достаточно отпустили мысли об одном хамоватом упырюге, а в силу того, что сама ведьма мне свое имя упрямо не говорила, это показалось важным, требующим внимания безотлагательно.

«Сосредоточься».

— Что в нем такого? — я зашагала по коридору влево, все так же внимательно оглядываясь по сторонам. — В твоем имени?

«Ничего».

Я даже остановилась. Нахмурилась, внимательнее прислушиваясь к ощущениям, и уверенно кивнула:

— Ты мне врешь.

«Это не важно. Сейчас важен призрак, Милена. И твоя задача».

Хорошо, ладно, так и быть. Я пошла дальше, дергая за ручки всех дверей, мимо которых проходила, и заглядывая в комнаты. Ведьма снова включила мне «ночное зрение», так что я даже все в этих комнатах видела.

— А призрака я так тоже смогу увидеть? — уже поднимаясь на второй этаж, уточнила я.

«Пожалуй, будет зависеть от призрака» — задумчиво откликнулась Варнава.

— Знаешь, будет сложно что-либо отрезать, если не видишь это.

«Главное ощутить».

Философски, однако.

Я поднялась на второй этаж и принялась исследовать его, но в какой-то момент мне в голову пришла достаточно здравая мысль о том, что призраки вообще-то ходят сквозь стены и в любой момент могут оказаться за моей спиной. Ну, или, к примеру, на первом этаже, который я уже прошла. Но на всякий случай я все же оглянулась. И даже расстроилась, что там никого нет.

— А нельзя с помощью какого-нибудь чутья или заклинания точно узнать, где он?

— Где кто? — неожиданно раздалось из ниоткуда и прямо из стены мне в лицо прилетела… призрачная гиря на цепи.

Что характерно, сквозь стену она прошла, а сквозь меня — нет. Я успела чуть отклониться и повернуть голову, но не более — «снаряд» просто попал не в центр лба, а в бровь, и не так сильно. Но очень больно. Я совсем не по геройски грохнулась на задницу, потеряв равновесие, и инстинктивно вскинула руку к месту удара… на пальцах осталась кровь.

Так, а вот это тот момент, когда в ушибленной голове должен был проснуться маячок, напоминающий, что это не игра и не сказка, а реальная жизнь, и что мистика и магия может быть красивой, а может и по башке гирей садануть.

И она проснулась. Но почему-то сработала как-то… неправильно с точки зрения самосохранения — я словила азарт, замешанный на безбашенном упрямстве и старом добром «ах так!»

«Чтож, по крайней мере, мы выяснили, что ты сможешь его видеть».

Ха! Тут уж как сказать, пока что я видела только его гирю, и то не долго. Зато познакомилась очень близко.

Вскочив на ноги, я рванула в соседнюю комнату, из стены которой и прилетел «подарочек», но там уже никого не было. Только воздух будто бы более прохладным показался.

Я огляделась. Перспектива, что эта самая гиря может вылететь из любой стены, как-то не радовала. Скорее пробуждала здоровую паранойю.

— Вопрос о более действенных способах поиска, чем мои глаза, все еще актуален, — напомнила я тихим шепотом.