Чтение онлайн

«Не твое дело».

Я прошла через холл, мило улыбнувшись Дарии и кивнув Петровичу, и только выйдя на улицу тихо, зло зашипела:

— Когда ты усвоишь, что пока ты в моей голове, твоя жизнь — мое дело?

Варнава замолчала. Затаилась в глубинах сознания, будто Мечеслав был близко и мог снова ее учуять. Я даже оглянулась по сторонам, но потом вспомнила, что вокруг — ясный день, а вампиры существа ночные, и скривилась. Не хотим говорить, значит. Будто это с каждым разом само не всплывает все ближе к поверхности.

Поджав губы, я поймала такси и вернулась домой. Из оставшихся травок сварила по памяти восстанавливающее зелье, напилась и улеглась в кроватку — почти идеально по заветам начальника. Травки в этот раз помогали не так быстро и сильно — то ли выветрилась их силушка колдовская, то ли дело было в другом. Спрашивать у ведьмы я смысла не видела — я не умираю, а если она хочет поиграть в молчанку, так я тоже так умею.

Укутавшись в одеяло почти что с головой, я постаралась позволить себе просто отдохнуть. И бессонная ночь, полная приключений, оказалась лучшим помощником в этом деле.

— Говорят, ты умеешь приручать демонов.

У него голос медовый, но в самом осадке — смех. Я оглянулась, разворачиваясь к ночному саду спиной, и склонила голову к плечу, рассматривая мужчину перед собой.

Мечеслав был… аристократичным. Было что-то в его взгляде, что ставило его над другими — какая-то внутренняя гордость, четкое ощущение собственного достоинства. Он улыбался так, будто знал все тайны этого мира и искренне умилялся глупости окружающих его людей.

Я смотрела на него и понимала, что у него самого есть тайна, важная и страшная — он не был человеком. Бледная, будто подернутая дымкой аура, подсвеченная кроваво-красным — жажда человеческой крови, которая всегда выдавала вампиров среди простых людей, да и нелюдей тоже.

— Обо мне ходит много слухов, ты хочешь проверить именно этот?

Он улыбнулся немного шире, подступил ближе, заставляя вскинуть голову, чтобы удержать взгляд, и на какую-то долю секунды позволил глазам вспыхнуть потусторонними угольками вампирического света:

— Я хочу проверить, сможешь ли ты приручить меня.

Это было очень опрометчиво с его стороны, вот так сходу открываться незнакомке на человеческом, в общем-то, балу, и вот так прямолинейно говорить свои мотивы, но это было также… очень подкупающе.

А еще он обладал тем особым, необъяснимым даже с точки зрения магии гипнотизмом, который мог заставить меня захотеть от мужчины большего, чем пара комплиментов и никому не нужный букет цветов. Именно этот гипнотизм и заставил меня привстать на цыпочки, оказавшись даже слишком близко к нему, и почти прошептать уверенное:

— Это будет не так сложно.

Он целовался с опытом сотни прожитых лет, незаметно подступив еще ближе, и с приятным нажимом сжав руки на моей талии. В зале за дверью нашего балкончика гремела музыка и пылала тысяча свечей, пока заезжие артисты развлекали публику трюками, но нам обоим была милее открытая ночь, наполненная ароматом ночных фиалок, цветущих в герцогском саду.

Я распахнула глаза, учащенно дыша и, кажется, все еще чувствуя его губы на своих. Воздух будто был наполнен призрачным запахом мелких цветов, раскрывающих свои бутоны во тьме, а где-то на фоне звучала знакомая мелодия… Так стоп, естественно это знакомая мелодия — это ж мой телефон.

Старясь выровнять дыхание, а заодно и реакции организма на такие прелестные сновидения, я кое-как нашарила на тумбочке мобильник и приложила к уху:

— Алло.

Елки зеленые, а голосок-то, голосок! Таким голоском медведей в тундре пугать!

— Милена, золото мое, если ты сейчас не откроешь мне дверь, я тебя уволю по какой–нибудь очень страшной причине, — как-то ну очень уж змеиным тоном проворковал КириллКирилыч. — Ты же дома как я тебе и говорил, а, золотце?

— Да сейчас открою, чего вы так разнервничались, — простонала я и в мятежничестве своем сбросила звонок.

«Поверить не могу, но я рада, что эта псина все-таки приперлась» — каким-то совсем нечитаемым тоном сообщила ведьма.

— А я думала, ты предложишь нам его убить, — фыркнула я, не имея ни малейшего желания вставать с кровати.

«У нас еще будет и повод, и возможность» — откликнулась ведьма и снова затихла.

— Я не хочу ему открывать не когда-нибудь, а сейчас, — вопреки словам выбираясь из кроватки, проворчала я.

«Хочешь, — вдруг хмыкнула ведьма. — Просто не признаешься в этом даже себе».

— Варнава, либо ты перестаешь говорить такие вещи, либо мы возвращаемся к твоим отношениям с Мечеславом, потому что у меня все больше вопросов о твоем прошлом, дорогуша. К примеру, что значит, "ты умеешь приручать демонов"?

«Что? Откуда ты…»

Я хмыкнула. Ага, значит, мои сны она не видит. И значит, это действительно было воспоминание, ее воспоминание, а не моя вдруг сильно заболевшая фантазия. Даже выдохнуть можно, а то как-то даже не по себе стало — мне, и вдруг сны об этом упыре. Он конечно на моську симпатичный, если глазами своими красными не отсвечивает, но учитывая обстоятельства, начинать о нем подсознательно мечтать было бы сущим мазохиз… да нет, просто обыкновенной глупостью. Да и с чего бы, святые силы, с чего бы.

С немного улучшившимся настроением я открыла дверь… и, мягко говоря, удивилась.

Кирилл Кириллович, воплощение прекрасного внешнего вида, костюма с иголочки и прически с волосинки, стоял перед моей дверью с шикарным букетищем цветов. Елки зеленые, если он сейчас достанет из кармана коробочку с колечком, я лично позвоню в психушку и сдамся, потому что это уже какой-то маразм.

Где-то на фоне ошарашенного сознания промелькнула мысль что я, едва продравшая глаза, растрепанная и помятая, прямо-таки идеально вписываюсь в эту сцену. Красота же, а!

— Букетик возьми, — всучив мне охапку приятно пахнущих цветочков, КириллКирилыч проскользнул в квартиру, попутно закрыв за собой дверь. — И лицо попроще сделай, я же не принес тебе кольцо, в конце концов.

— Точно не принесли? — настороженно уточнила я.

— В машине забыл, — оскалился шеф. — Это масфонир, разложи по дому, его запах помогает восстанавливать жизненные силы и тонус организма. Тебе полезно будет.

«Угу, не брешет» — авторитетно подтвердила Варнава.