Чтение онлайн

Земилиус резко вскочил, на лице его не без труда читались смута и непонимание.

– Прекратите это!
– приказал он.
– Или я буду вынужден перевести совет на другое время, прекратив его сейчас - незавершенным.

На первого советника слова Земилиуса подействовали быстро, он почти сразу сел и кивнул в сторону короля. Мунн же остался стоять на своем месте, находясь, как говорится, в полной боевой готовности.

– Успокойся, Мунн!
– обратился король.

– Хорошо. Но сначала пусть этот... Пусть первый советник сделает попытку объяснить, что он имел в виду, когда говорил: "Если это правда"!

На несколько мгновений повисло молчание, после которого Земилиус кивнул Мунну, убедившись в его правоте.

– Хорошо. Пусть Готер Шикописиус объяснит, что он имел в виду.

Первый советник побагровел, рот его искривился в саркастической улыбке. Он резко поднялся и проговорил:

– Если хотите знать, то повторяю: я не считаю, что слова короля являются правдой! Я не верю в то, что он сказал, вот и все!

Сказав эти слова, Готер Шикописиус быстрым шагом направился к выходу из комнату. Выходя за дверь, он произнес, обращаясь к Мунну.

– А с тобой, Му, мы еще пообщаемся!

Мунн в это время продолжал хохотать и хвататься за свой, уже наверное надорванный за время совета, животик.

Земилиус сел на свое место и заговорил:

– Ну теперь наверное мы можем продолжить, - предложил он.
– Давайте подумаем, что мы должны решить первым делом...

– Итак, - заключил Земилиус, когда за окном уже было далеко заполночь.
– Решено.

Второй советник закряхтел, поудобней устраиваясь в кресле, которое не покидал уже несколько часов.

– Повторим все, что мы должны свершить в ближайшее время!

Возражений, конечно же, ни у кого не было, и Витор Дурамклеин решил заговорить первым:

– Я и Герман соберем лучших бойцов для похода в земли Ергисов, после чего начнем мобелизировать регулярную армию для решающего удара по ергисам, который должен быть совершен после того, как их секретное оружие будет уничтожено.

Земилиус кивнул и на этот раз заговорил сам.

– А я возглавлю отряд для уничтожения секретного оружия. Со мной пойдут Мунн и Лентард, чей опыт несомненно придется ко двору, также лучшие люди придворной гвардии, самые одаренные молодые ученики Германа и лучшие офицеры армии Витора Дурамклеина.

Уточнив еще несколько немаловажных деталей, совет пришел к своему завершению, и все его участники разбрелись по огромному королевскому замку. Было принято решение отправляться как можно скорее и не медлить, поскорей создавать отряд и начинать поход.

После совета прошло три дня. Дни пролетели удивительно быстро, пройдя в суете сборов и приготовлений. Земилиус большую часть времени проводил в разговорах с Лентардом. Старик много рассказывал королю в основном о его отце, остального они почти не касались, считая, что для этого у них будет еще много времени.

На четвертый день после совета отряд для уничтожения секретного оружия ергисов был готов. А на следующий день он уже покинул город Анаргис и взял курс на северные земли страны эльфов. Отряд ушел быстро и незаметно, решив не придавать уходу никакой огласки.

Вся команда, под руководством короля Земилиуса Марлетта, насчитывала двадцать человек. Это были: сам король, Мунн, Лентард, шесть бойцов придворной гвардии и одиннадцать солдат регулярной армии.

Почти в это же время Витор Дурамклеин и Герман Нескайро уже начали приводить к боеготовности армию эльфов. Очень возможно, что в ближайший месяц они получат приказ атаковать ергисов, поэтому все должно быть готово.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Стояла поздняя ночь. Только что путники закончили свой двух часовой привал и снова отправились в дорогу. Несмотря на то, что вокруг них почти всюду был трудно проходимый кустарник, они почти не останавливались и, следуя умело построенной цепочкой, продвигались с завидной быстротой.

С того момента, как отряд Марлетта VI покинул столичный город эльфов Анаргис, прошло пять дней. Все это время ушло на дорогу, и только лишь иногда путники делали большие долговременные привалы, посылая кого-нибудь из отряда за провизией в какой-нибудь населенный пункт.

– Завтра днем начнем подъем на Северный Нарост!
– проговорил Мунн, обращаясь к Земилиусу и Лентарду.

Король нахмурился, вскинул брови.

– Куда?! Какой нарост?

Старый эльф улыбнулся.

– На вашей заднице, Ваше величество!

Лентард, как ни странно, поддержал Мунна и тоже расхохотался.

Земилиус в ответ на это ухмыльнулся и хотел было что-то сказать в ответ на издевку, но сдержался.

– Ну так?

– Что, ну так?

– Какой еще Северный Нарост!

– Ну это такая горная платформа, в низовьях которой, с противоположной от нас стороны, главная крепость ергисов!

Земилиус почесал в затылке.

– Странно, но ведь эта гора на карте называется Кур...

– Ни иначе как Равнинный Курган!

– Точно! Почему?..

– Мы просто его так называем, - пояснил Лентард.
– Знаешь, Земилиус, не всегда все вокруг нужно обзывать истинными именами.

Они продолжали идти вперед, следуя за шедшим в нескольких саженях от них следопытом, который показывал дорогу всему отряду.

– Так сколько займет путь до крепости?
– спросил король.

– Еще два дня! Минимум.

– Понятно.

– И еще очень много времени уйдет на то, чтобы пробраться на территорию этого укрепления. Там отличная охрана.

– Я это знаю. Мы уже не раз говорили об этом.

– Верно. Значит, будем смотреть, как быть, когда будем на месте?

– Так точно.

Мунн ухмыльнулся.

– Знание боевых ресурсов врага в три раза упрощает поставленную задачу!
– с выражением проговорил он.

Ровно через сутки, снова поздней ночью, отряд уже преодолел более половины восхождения на Равнинный Курган и остановился на небольшой привал, чтобы перекусить и немного поспать. Сварили большой котел хорошей сытной каши, выпили доброго вина и решили ложиться на отдых.

Земилиус сам не заметил, как отключился. Он настолько устал, что заснул в несколько минут. Подумать только, но у него даже на мысли не хватало сил...

– Проснитесь, Ваше величество! Проснитесь!

Король то возвращался из мира снов, то проваливался в него снова. Он вдруг почувствовал себя неспокойно, понял, что что-то не так. Он тут же заставил себя проснуться. Скоро король уже был на ногах, хотя все еще с трудом разбирал отличия между сном и явью.