Воля Камня
Шрифт:
– Нет, так не пойдет, - пробормотала я, заметив, что орков осталось всего двадцать, а чёрные не понесли ни одной потери.
– Думаю, стоит немного накалить ситуацию.
Короткая ментальная команда и клон открывает загоны варгов, бросает в них пару сенбонов и ведёт разозленных хищников прямо на вражеский строй. Колдун первым заметил подкрепление в виде сотни варгов и гортанно пропел несколько слов, взмахнув топором. Тут же с его плаща взлетел десяток крупных ворон и черными стрелами понёсся на прямо варгов.
Первое столкновение животных вышло не в пользу варгов. Птицы с легкостью прошивали насквозь их массивные туши, взлетали вверх, пикировали и снова били, стая варгов смешалась. Тут, внезапно, вороны разом взмахнули крыльями и взлетели вверх, оставив густую взвесь из перьев и черной пыли. Вспыхнуло яркое алое пламя.
Пыль мгновенно сдетонировала и подожгла варгов, большая часть умерла на месте, но те, что были скраю, выжили, ненадолго, правда. Полыхая красным пламенем и разбрасывая искры, гигантские волки столкнулись с отрядом выживших орков, и подожгли большую часть. Эдак у меня орков совсем не останется.
Колдун довольно хорош, на уровне середнячка чунина, или, учитывая специфику, младшего офицера-самурая, но что-то большее он мне не покажет, просто не смогу вынудить - орки почти закончились. Так что кончать с ним надо одним ударом.
Складываю печать концентрации и один из моих клонов, до этого успешно притворявшийся орком, нанес удар отравленным кунаем прямо в незащищенное горло колдуна. И в ту же секунду получил удар от колдуна в живот. Брызнула красная кровь, а ладонь вождя вышла из спины.
– Ahou, - издевательски произнёс клон, и тут же его кровь превратилась в черное горючее масло, кожа посерела и потрескалась, а нижняя челюсть раскрошилась, осыпавшись на землю. Изо рта показался тонкий свиток.
Взрыв!
Ну, вот и все. Пока Чёрные ещё в смятении от удара по своему предводителю, я шуншином преодолеваю сотню метров до них, и хлопком ладонями выполняю технику "удушливой пыли". Сразу после этого поочередно складываю печати "каменных кольев" и "гранитного ядра".
Вырвавшийся из-под земли каменный частокол пробил насквозь пару невезучих воинов, а остальных отбросил под удар ядра. Раздался громкий грохот, и дунландцы сломанными куклами разлетаются в разные стороны.
– Добить их, - отдала я приказ оставшимся в живых оркам, и направилась ко всё ещё живому вождю.
Колдун в это время корчился на земле, пытаясь потушить липкое пламя. Его довольно сильно потрепало взрывом: левая рука отсутствовала по плечо, а левая половина тела всё ещё горела. Кожа на поврежденных местах пузырилась и превращалась в чешую, очевидно, пытаясь регенерировать, но не до конца сбитое пламя не давало ей это сделать. Лицо его постоянно изменялось и принимало сходство то с одним, то с другим животным. Что ж, пора заканчивать.
– Стихия Земли. Каменный хлопок, - тихо произношу название дзюцу и из-под земли появляются две гранитные плиты. Хлопок ладонями, и техника смыкается с громким грохотом. После такого не выживают, если ты не Эска, конечно. Но с этими колдунами следует быть осторожнее, поэтому касаюсь ладонью одной из каменных плит, пытаясь почувствовать вибрации.
Готов.
– Приказ выполнен, хозяйка, - ко мне подошёл хмурый Кашнак, - Выжило пять варгов и девять орков, считая меня.
Это наглая морда намекает, что мне надо было нанести удар раньше? Можно сказать, что его намек пропал втуне - я не собиралась оставлять в живых много орков. Забавно, штурм для этого хитрого гадёныша обошёлся без единой царапины - всё это время он скрывался за спинами своих. Ну, и о его невероятной удаче забывать не стоит.
– Доспехи и оружие не лишились своих свойств?
– задаю интересующий меня вопрос.
– Нет, - качает головой орк.
– Всё, кроме амулетов, работает. Похоже, они зависят от магии колдунишки. Кстати, он отъехал?
– Мёртв, - киваю я, и сразу же начинаю раздавать указания.
– На отдых даю вам час. Можете использовать доспехи и оружие Чёрных по своему усмотрению. Самый целый доспех мне. Грабить в меру, берите только самое нужное. Людей не трогать, иначе похороню заживо. Можете хоть обожраться, но никого не задирать. О случаях неповиновения сообщать сразу мне. Далее, рабов накормить сейчас, к бывшим хозяевам их не подпускать. Через полтора часа построить рохиррим и дунландцев прямо передо мной. Вопросы?
– Вам мальчика или девочку подогнать?
– заискивающе спросил орк.
– Или сразу двух? Хороший трах после доброй драки, это самое то!
– Нет, - отрезала я.
– Вперёд!
– Понял-понял, не дурак, - поднял руки Кашнак.
– Моей госпоже полностью чужды любые людские потребности. Она настолько идеальна...
Не слушая причитания орка, я отхожу в сторону и нагибаюсь за одной из тех волшебных ворон, упавших после смерти колдуна. Занятная игрушка: под перьями и кожей чувствуется крепкий костяной корпус. Клюв тоже из кости, но полностью цельный и не открывается, а вместо глаз вставлены хрустальные шарики. Разрываю кожу и с усилием ломаю корпус. Под костью оказалась залита странная бурая субстанция, похожая на желе. Я аккуратно вытряхнула жижу на землю и обнаружила внутри сложную систему на шарнирах, очевидно, приводящую в движение эту куклу.
– Ну-ка, а если...
– тихо бормочу я и складываю печать концентрации, пытаясь выполнить технику чакронити Суны. Их модификация позволяет управлять конструкциями без чакросистемы, правда, эта техника даётся мне с трудом.
Примерно час я игралась с одной из уцелевших ворон, пытаясь заставить её взлететь или подключиться к органам зрения, но всё, что у меня вышло - это бьющаяся в жутких судорогах кукла. Печально, конечно, но эта техника никогда мне не давалась, несмотря на хороший контроль. Краем глаза замечаю Кашнака и ещё двух орков, идущих в сторону длинных столов с огромным железным блюдом. Запечатываю оставшихся кукол и направляюсь к нему.
– Горе побежденным!
– провозгласил орк, отсалютовав мне пыльным кувшином.
– А победителям еда, выпивка и женщины.
– Всё, кроме последнего, если ты не помнишь моего приказа, - проворчала я. Эх, с кем мне приходится работать.
– Ну нет, так нет, Кашнак не гордый, Кашнак может и снагу чпокнуть, гхы-гы-гы-гы!
– глумливо заржал орк, а его сопровождающие, испуганно переглянувшись, быстро поставили свою ношу на один из тяжелых столов и сбежали. Очевидно, это и были снаги.