Чтение онлайн

— Да! — перебил я её, уже доставая член. — Я хочу тебя выебать прямо сейчас! Отказы не принимаются! — закончил я, и взяв свой член, и ощутив его твёрдость, простонал от удовольствия.

Моё возбуждение, к удивлению, оказалось даже болезненным, я хотел ей вставить и оттрахать её без остановки.

Её пальцы впились в камень, и я тут же нагло и нетерпеливо задрал её грубую кожаную юбку, обнажив бледную упругую плоть. Один резкий рывок — и её тонкие исподницы порвались с шелковичным хрустом.

Она была обнажена, готова, и её вагина, тугая розовая дырка, подрагивала в ожидании. И я не заставил себя и её ждать. Не смазывая, руководствуясь лишь грубой силой и жаждой, я вогнал в её узкий сопротивляющийся проход свой член, огромный и раскалённый.

Она закричала — визгливо, по-звериному, от смеси боли и невероятного наслаждения. Её тело пыталось сопротивляться, но я входил глубже, чувствуя, как стенки её влагалища растягиваются, подчиняясь мне.

Её ногти оставляли царапины на камне, а киска пыталась сжаться, но я тут же начал двигаться — не ритмично, а яростно, животно. Каждый толчок был грубым и глубоким, заставляя её скулить и извиваться. Её вагина пылала, а соки от быстро нарастающего возбуждения смазывали мой ствол. Я чувствовал каждую её судорогу, каждый её стон, питаясь её унижением и её экстазом.

Но тут она резко выпалила срываясь на дикий и яростный тон:

— Да! Вот так! Еби меня, господин! Еби меня! Ах! Как же я хотела этого! Да! Член! Большой и твердый член внутри! Мггххх!

Я одной рукой вцепился в её волосы, оттягивая голову назад, а другую положил на живот, подталкивая в ответ своим толчкам. В голове крутилось только одно: сейчас она была моей вещью, моей игрушкой, и я использовал её без остатка.

— Кончаешь? — прорычал я ей в ухо, ускоряя темп. — Кончаешь шлюха?

— Да! Почти! — сквозь яростные стоны ответила она и её тело затряслось в мощном оргазме, её внутренности судорожно сжали меня. — Ахргх… господин…

Это стало сигналом, и я с рыком триумфа прижал её головой к стене и, с силой вдавливая член в самую глубину её влагалища, начал выпускать в неё поток горячей спермы. Сабрина билась в конвульсиях от опьяняющего удовольствия, продолжая принимать своей пиздой каждую каплю с восторженным стоном.

Через минуту, когда я наконец закончил изливаться внутрь её податливого тела, мы замерли, тяжело дыша. Запах секса и пота витал в воздухе. Я медленно вышел из неё, сперма обрушилась на пол, бесцеремонно выливаясь из её вагины. И она, пошатываясь, обернулась. Её лицо было залито блаженством, глаза пьяны, а улыбка довольна.

— Теперь иди, — хрипло сказал я, шлёпнув её по заднице. — Отдыхай.

— Слушаюсь… господин, — прошептала она, тяжело дыша, и, едва переставляя ноги, поплелась прочь.

Фух… — я выдохнул, медленно смотря ей вслед. — И что это было? — удивился я сам себе. — Что вообще на меня нашло?

Я глубоко и медленно вдохнул приятный аромат завершения нашей случайной встречи, а затем, с новыми силами и утолённой похотью, направился дальше по коридору, задумавшись: «Чем теперь заняться?»

Но в этот же момент появилось уведомление от Системы:

Внимание! Костяное Древо Разведки улучшено до Уровня 2. Открыта новая функция «Приоритетное наблюдение».

А следом пришло и сообщение от Саты:

— Господин, улучшение завершено. Древо готово.

Ну что ж, пойдём посмотрим. — я развернулся и направился обратно в склеп.

Глава 4

Вернувшись в склеп, я застал Сату завершающей последние приготовления к новому ритуалу, перед ней лежала груда костей, видимо, для создания нового костяного голема.

А следующим, что я заметил, было, что Костяное Древо преобразилось. Раньше глазницы части черепов были пусты, но сейчас в них разгорался тот же зловещий голубой огонь, что и в остальных.

Они медленно поворачивались на своих «шейных» позвонках, словно обозревая окрестности склепа, а их взгляды, невидящие и всевидящие одновременно, на мгновение задерживались на мне, прежде чем снова зашевелится.

— Что имеем? — спросил я, подходя и с одобрением глядя на преображённое Древо.

Сата обернулась.

Её безликий череп не мог выражать усталости, но по чуть более медленным движениям и потускневшему на мгновение свечению её собственного огонька в глазах я понял, что работа была изматывающей.

— Связь стала стабильнее, господин. Радиус действия увеличен на тридцать процентов, количество максимальных каналов связи выросло с двадцати до тридцати. И… — она сделала паузу для драматизма, и огоньки в её глазницах вспыхнули ярче, — к списку сложных задач добавилась новая функция. «Метка».

— Метка? — я с интересом подошёл ближе к экранам Древа.

— Да, теперь мы можем пометить ключевые цели, — она провела по одному из экранов, и на нём появился сложный рунический символ, а затем один из солдат барона подсветился голубым огоньком. — И Древо будет приоритезировать наблюдение, подсвечивая их нам, даже если мы в данный момент смотрим на что-то другое, помеченные цели в поле зрения всегда будут отмечены огоньком. Это идеально для отслеживания лидеров или… отдельных, особенно интересных существ, групп врагов и вообще кого и что угодно, даже неживые объекты.

Хм, а это и вправду удобно, — промелькнула у меня в голове мысль, и на лице появилась довольная улыбка. Затем я сфокусировался на магическом экране и произнёс:

— Тогда отметьте все самые важные цели: паладинов, не только тех, что скачут к нам, но и тех, что уже в лагере барона, а также магов, самых сильных воинов, командиров и, само собой, самого барона.

— Будет сделано, — сказала Сата.

Я же продолжал наблюдать. Картинка была невероятно чёткая по сравнению с тем, что было до этого, будто 4к.

Вот одна из зомби-птиц парила высоко над лесом, открывая панораму на километр вокруг. Вот шаурмук пробирался через подлесок, и я мог разглядеть каждую травинку. А вот ещё один, затаившийся на окраине лагеря барона, откуда было прекрасно видно, как солдаты тушат последние очаги пожара и хоронят погибших.

— Отлично, Сата. Это именно то, что нам было нужно. Теперь осталось только поймать новых разведчиков.

Она молча кивнула и приступила к отмечанию врагов, и в напряжённой тишине склепа было слышно лишь едва уловимое потрескивание магии и тихий, похожий на шелест ветра, звук поворачивающихся на своих основах черепов. Ну и уставшее сопение Шарка, конечно.