Чтение онлайн

– Ты хоть что-то знал про способность Люды? – стиснув зубы, задаю вопрос Демиду. Он темнеет лицом, с возмущением глядя на меня.

– Я не говорила ему, - за брата отвечает его жена. Она громко всхлипывает, когда он встает позади неё и кладет в защитном жесте руки ей на плечи. – Это был секрет Люси. Я обещала ей, что даже Демиду ничего не расскажу.

– Ну, теперь-то уже не надо ничего скрывать, - язвительно произношу. – Теперь об этом знает хренова туча оборотней.

– Тимур… - пытается что-то сказать брат, но я не даю.

– Что, блять, Тимур?! – поднимая на него взгляд, рычу я. – Они должны были сказать про это хотя бы тебе! И сделать это ещё тогда, когда ты только сошелся с Аней! Тогда мы бы подстраховали её. И сделали бы всё возможное, чтобы никто никогда не узнал про её способность! А теперь из-за вашего дурацкого молчания… - тяжело дыша, стараюсь перевести дыхание. – Ладно. Бес толку сейчас об этом уже говорить. Надо о другом разговаривать, но прежде всего мне нужны некоторые объяснения. Хочу прояснить кое-что для себя. Расскажи про её способность более подробно, - мой тон, несмотря на бурю внутри, становится ледяным.

– По рассказам родителей, её дар проявился, когда ей исполнилось года четыре, - Аня дрожащими пальцами вытирает слезы, стараясь взять себя в руки. – Она провернула это с отцом, когда они вдвоем бегали по лесу.

– Она не дала ему обернуться в волка, я правильно понимаю?
– скрещиваю руки на груди.

– Не… совсем, - практически шепотом произносит жена брата, смущенно отводя взгляд.

– В каком смысле? – вклинивается в нашу беседу брат, пока я молча с недоумением смотрю на девушку.

– Люся может контролировать… обе сущности оборотней. И человеческую, и звериную.

Тру с силой глаза, пытаясь сообразить хоть что-то. Но от произошедших всех событий сегодня и страха за свою истинную мозг коротит.

– Она может сделать так, чтобы волк превратился в человека и оставался им, пока она не перестанет это контролировать, - слышу пояснения от Ани. О, да! Уж это я ощутил на собственной шкуре. – А также она может сделать наоборот. Превратить человека в волка и тоже держать его в этом состоянии так долго, как она того пожелает.

Твою мать!

Всё ещё хуже, чем я думал.

Слышу тихие маты от брата.

– Тогда она превратила папу в волка, а спустя пару минут сделала наоборот, - еле слышно говорит Аня, возвращаясь к прошлому. – Родители жутко перепугались. Они же надеялись, что та сыворотка только на меня подействовала. А после этого случая, поняли, что и Люся обладает даром. И таким же опасным, как у меня, просто немного другого плана.

Аня замолкает на какое-то время, словно давая время нам с братом принять эту охренительную новость.

– Что было дальше? – хриплю я, убирая руку от глаз.

– Родители посадили её под домашний арест и не позволяли ей видеться с членами стаи, пока она не научилась контролировать свой дар.

– И как быстро она смогла этому научиться? –вопрос звучит от Демида.

– Она этого не помнит, но родители говорили, что где-то через год. Они строго-настрого запретили ей пользоваться своим даром. Единственный, на ком она использовала его – это отец. Раз в месяц они уходили далеко в лес, и там она на нём использовала свою способность. Да и то, они это делали для того, чтобы убедиться, что дар не выходит из под контроля Люды. После смерти… - очередной всхлип девушки. – Когда они погибли, она перестала совсем им пользоваться.

– Она ведь исчезла шесть лет назад, потому что перестала его контролировать, да? – не дожидаясь ответа, продолжаю хмуро. – Именно так она написала в той записке. Кое-что вышло из под контроля. Именно поэтому только ты поняла, что означают её слова. Они предназначались тебе и только тебе.

– Да, - обреченно кивает Аня, после чего с отчаянием говорит. – Но даже я не знаю, почему она перестала его контролировать. Когда Люся вернулась, я спросила её про это, но она сказала, что так и не поняла.

– Но раз Люда вернулась, значит она снова может всё контролировать, - задумчиво произносит брат, не сводя с меня внимательного взгляда. – Нужно думать, как скрыть от всех, что она умеет делать.

– Я уже начал работать в этом направлении. Наши люди будут точно молчать. Зарубинских команда должна убить, - даже не обращаю внимание на тихое шокированное оханье жены брата.

Извини, Анют. Мне сейчас совсем не до того, чтобы беречь твою нежную человеческую психику.

– А что с Красинскими? – напряженно спрашивает Демид.

– Я приказал парням привезти всех, кто останется жив, в офис, - взглядом даю понять брату, что я готов и их убить. На что он, соглашаясь со мной, только кивает, стараясь, чтобы этого не увидела Аня. – Зарубина, кстати, я тоже приказал Антону найти и привезти сюда.

Волк внутри с предвкушением оскаливается.

О, я лично разорву его в клочья, когда вытрясу из него, кто ему сказал, и говорил ли он о даре Людмилы кому-нибудь ещё.

– А кто, вообще, знал про её дар?
– продолжаю расспрашивать девушку.

– Родители, я и наш брат, Матвей. Больше никто, Тимур, - довольно уверенно произносит Аня.

– Зарубин как-то узнал. А это значит, что кто-то ещё был в курсе. Кто это может быть? Подумай хорошо, пожалуйста, Ань.

Она начинает яростно качать отрицательно головой.

– Нет, это исключено, Тимур. Знали только мы впятером. Родители всегда это говорили.

– Матвей!
– цедит презрительно сквозь зубы брат. – Уверен, что именно этот говнюк растрепал кому-то про Люду.

– Не думаю, - девушка поднимает голову вверх, стараясь посмотреть в лицо мужа. Дрожащим от волнения голосом пытается убедить мужа в своей твердой уверенности, почему это невозможно. – Демид, он никогда не хотел, чтобы кто-то узнал про наши с Людой способности. Он даже боялся этого, вспомни.

– Надо пробивать Зарубина на предмет его пересечений с Матвеем, - Демид успокаивающе улыбается жене, пока говорит мне это.

Он прав.

Раз брат Ани и Люды – единственный, кто знал (помимо них, конечно) про дар, то только он мог ляпнуть об этом.

Нужно срочно выяснить, встречался ли когда-нибудь Матвей с Зарубиным. И если окажется, что нет, то…

У нас проблема. Огромная.

Мы не будем знать, кто ещё может использовать Люду в своих целях.

Брат опускает взгляд на жену, стараясь скрыть от меня свои эмоции. Но я и так их чувствую.