Чтение онлайн

Но его появление мне светит только после того, как всё расскажу Тимуру. Поэтому, чем быстрее я разберусь с этой беседой, тем быстрее ко мне приведут Тима.

– В это трудно поверить, но это реально моя бабка, - разжав челюсть, отвечаю на его вопрос. Его глаза округляются. – Когда я в те леса пришла, стала там осваиваться, ища подходящее место для логова. И в один прекрасный день натыкаюсь на старый-престарый домик, в котором она, как оказалось, жила всё это время. Если коротко, мы быстро выяснили, кто мы друг другу. И она позволила жить мне у неё.

– Когда к тебе вернулась способность снова контролировать свой дар?
– вижу по лицу Тимура, что он хочет поподробнее расспросить у меня про бабку, но не делает этого, задавая следующий интересующий его вопрос.

Видимо, он чувствует, что мои силы не исходе и надо быстрее закругляться с этим допросом.

А силы реально покидают меня не по часам, и даже не по минутам, а по секундам.

– Сразу же, как только родила, - отвечаю спокойна, предсказуемо ожидая следующий логичный в его понимании вопрос.

– Почему тогда не вернулась? – темнеет мужчина лицом, сжимая кулаки.

– Собиралась, но… - глубоко вдыхаю, прежде чем сбросить на него этакую своеобразную атомную бомбу.
– У Тима проявился такой же дар, как и у меня. Притом, сразу же, как только он родился.

На лице Тимура шок.

Молодец, сынок, даже отцу не рассказал свой секрет. Мои постоянные слова и указы, чтобы он хранил эту тайну ото всех, не прошли даром.

– Мы с бабкой постоянно скакали из человека в волка, и обратно, пока ему не исполнился год, - воспоминания о тех временах заставляют меня улыбнуться. Как же бесилась она от того, что творил мой маленький сынок. – Поэтому я и не вернулась. Мне пришлось учить его контролировать свой дар. Он освоил это только в четыре года. Еще год я выжидала, чтобы окончательно убедиться, что он действительно контролирует свою способность. Я уже собиралась возвращаться, когда… появился Зарубин.

Ненависть привычно затапливает меня удушающей волной.

Уже не жду вопросов, сама начинаю быстро и коротко рассказывать про эту мразь.

– Он со своими людьми появился внезапно. Мы даже не учуяли их приближение, пока они не подобрались к дому совсем близко. Я с Тимом затаилась в доме, а бабушка вышла, чтобы выяснить, кто такие пожаловали к нам. Если честно, мы с ней думали, что они просто случайно наткнулись на наш дом. А потом… поняли, что ищут именно меня. Сначала я даже думала, что это твои люди.

– Как поняла, что они не от меня?

– А Зарубин лоханулся и упомянул моего братца, - криво и зло усмехаюсь. – Мол, какие они были закадычные друзья и так далее. А ещё намекнул, что знает про мой дар. Оказывается, Матвей жил в стае Зарубина, когда в молодости ушел из дома. Они, вроде как, закорешились и мой брат как-то по пьяни ляпнул про нас с Аней. Самое смешное, что на следующий день, по словам Зарубина, Матвей даже не помнил об этом. А Кирилл запомнил. Когда его выперли за что-то из стаи, он создал свою новую стаю и приехал в наши края. Поселился тут, разведал обстановку и решил начать использовать меня в своих делишках. Но я исчезла, и он принялся за поиски, также как и ты. Судя по всему, Матвей и про бабку ему рассказывал, раз он решил и Дикие леса прошерстить, думая, что я тоже, как и она, слиняла сюда. Короче, когда я поняла, что он не от тебя, решила устранить его и всю его компашку.

Перевожу дыхание, потому что дальше рассказывать будет морально тяжело.

– Я приказала Тиму спрятаться в лесу, а сама вышла. Мы с бабкой перевоплотились и начали драться. Может быть, и смогли бы их ликвидировать с моей силой альфы и даром, но этот гад подстраховался – помимо оборотней, привел и простых людей, но сильных и с военной подготовкой. Они поймали Тима и… - голос садится. – Пришлось остановиться. Сына увезли, а бабку… он убил, чтобы показать мне, кто тут теперь распоряжается мной и моим даром.

Мы часто ссорились с бабушкой. Она вообще была достаточно тяжелым человеком. Но она не заслужила такой смерти. Смерти по вине своей родной внучки. Ведь если бы я не нашла её, она бы и дальше продолжила спокойно жить отшельницей в своем домике.

– Если коротко, то мы с Зарубиным заключили сделку. Я должна была вернуться и ждать его звонка с указаниями, что мне нужно будет сделать.

– Ты должна была мне всё рассказать, - рычит раздраженно Тимур. – Я бы нашел сына, и тебе не пришлось бы рисковать собой.

– Я и хотела… Но потом испугалась. Эта мразь сообщила мне, что Тим жив только до тех пор, пока он отзванивается тем, кто держит его в плену. И он сказал, что следит каким-то образом за тобой. Угрожал, что если ему даже привидится какие-то подозрительные действия в плане поисков, то он… просто не позвонит в нужное время. А вид мертвой бабки, которую лично убил Зарубин, знаешь ли, очень убедительно доказывает, что он не шутит, - несмотря на дикую слабость, я начинаю заводиться. –Ты не смог меня найти. И уж извини, но я допускала мысль, что ты сына тоже не сможешь найти... Да чего уже об этом говорить!

Тимур какое-то время молчит, сверля меня своими потемневшими, как грозовое небо, глазами.

– Думаю, мне нет нужды рассказывать, что захотел Зарубин, - опускаю глаза вниз на свои колени, не выдерживая его пристального взгляда, в котором вижу укор и обиду. Голос практически сел. – Я не буду извиняться, что так поступила там на поляне. На первом месте у меня теперь всегда будет сын. И если придется пойти опять против тебя, чтобы сохранить ему жизнь, я это сделаю, - ее слышно выдыхаю, теряя остатки сил.

Голова кружится, выступает пот на висках, а в глазах начинает темнеть.

– Основное я рассказала, а остальное можно обсудить потом, - язык заплетается, но я упрямо продолжаю.
– Сейчас я хочу увидеть Тима!

Мне жизненно важно увидеть, что он в порядке.

Его здоровый и счастливый вид позволит мне, пусть и не совсем, но хотя бы частично смириться с тем, что я теперь человек.

– Хорошо, - спустя, кажется, вечность, произносит Тимур.

У меня нет сил даже, чтобы открыть глаза, поэтому только прислушиваюсь к тому, что делает Тимур. Судя по звукам, он встает с кровати и направляется в сторону двери.

Как только оборотень выходит, я уже не сдерживаю всхлип.

Все эти разговоры вымотали меня вконец.

Сама не замечаю, как отключаюсь. Сколько спала, не знаю, но выныриваю из бессознательного состояния резко.

Распахнув глаза, дергаюсь всем телом.

В палате полумрак, горит только настенный прикроватный светильник.

– Мама! – радостный вопль заставляет повернуть голову в ту сторону, откуда он звучит, заставляя чуть ли не задохнуться от охватившей меня радости наконец-то слышать родной голос вот так, вживую, а не по телефону.