Вопреки всему
Шрифт:
Еще через час Чернушка инструктировала бойцов отряда зачистки.
– Амулеты, которые я вам передам, носят те, кто владеет магией и может видеть в магическом зрении. Бандитов узнаете по зеленому огоньку на груди человека, жалеть их не надо, уничтожайте быстро и стремительно, пока разбойник не скрылся. Разбейтесь на пары и прочешите город, две пары поставьте на ворота. Еще раз повторяю, мне живые бандиты не нужны. Всех выходящих из разбойничьего трактира с огоньками также убейте. Надо это сделать быстро и решительно. На нашей стороне внезапность и инициатива. Бандитов с амулетами не может быть много. Это ядро преступной армии Машвела. Уничтожим ядро – разбегутся разбойники. – Она раздала грессам амулеты, и отряд в полном молчании покинул дворец. В подвалах осталась стража замка с амулетами, стража на воротах замка также получила амулеты. Две пары быстро проверили всех слуг и выявили пятерых. Их убили быстро, так что они не поняли, откуда пришла угроза, тела вытащили во двор и сложили рядом с обугленными останками и телами других бандитов.
Утро окутало Чахдо тяжелой пеленой душной влаги, принесенной с востока, из бескрайних океанов, чьи волны шептали о древних тайнах. Город, некогда процветающий на перекрестке торговых путей, соединяющих Империю с Вечным лесом, Вангором и Снежными горами, теперь казался призраком самого себя. Жизнь, что бурлила здесь когда-то, словно унеслась в прошлое, оставив лишь тени и шепоты. Каждый уголок Чахдо хранил свои секреты, словно мрачные стражи, а в воздухе витала тревога, будто дыхание самого города, затаившегося, как раненый зверь, в ожидании новой беды.
В мрачных, пыльных подвалах таверны, что приютилась у подножия замковой горы, скрывались городские банды. Тайный ход, змеей извивающийся из их логова в длинные подземелья замка, служил зловещей штаб-квартирой Машвела – владыки воров и разбойников, чьи глаза, острые как кинжалы, проникали в самую суть, а уши улавливали каждый, даже самый тихий шорох. Этот мир теней и подземелий был его царством, где он был не просто правителем, а истинным хозяином судеб, вершащим свою волю с безжалостной точностью и непреклонной решимостью. Он оплел город и дворец невидимыми путами своих банд и уже готов был захватить власть.
Судьба, как коварная обольстительница, явилась к Машвелу с неожиданным даром – горьким и пугающим. Человек, чье присутствие казалось миражом, исчез, оставив за собой лишь призрачные тени и пустоту, как будто его никогда и не было. Но прежде чем раствориться в тумане мироздания, он передал управление Горой своим женам, и Первый эльфар, который страшился воинства черных эльфаров, раскрыл Машвелу их тайны.
Их было пятеро, каждая воплощала силу и волю, но одна из них выделялась, словно звезда среди ночного неба. Ильридана, Черная эльфарка, была воплощением бури – она ворвалась в княжество Чахдо, как вихрь, сметая все на своем пути. Ее действия пробудили в Машвеле не просто интерес, а жгучее, ненасытное желание обладать ею. В ее руках хранилось то, о чем он мечтал больше всего на свете – власть и сила, которые могли изменить его судьбу навсегда.
Машвел не торопился. Он упорно и тайно создавал сеть банд, подчиненных единому центру, в котором на троне восседал он. Целые деревни становились в ряды его тайного воинства. Они, получив из рук его адептов амулеты, нападали на караваны купцов, грабили их и растворялись среди мирного населения. Его приближенные ходили от поселка к поселку и вербовали себе сторонников. Воровать и грабить было проще, чем обрабатывать землю. Бандитизм стал основой их процветания, и поймать этих призраков было почти невозможно. Кто мог заподозрить простых селян в преступлениях? Стража носилась по дорогам, но не находила следов, и Машвел, наблюдая за всем этим, понял: его время пришло. Он станет правителем Чахдо, а заодно и горы, хозяином которой был человек, отвергнувший его дружбу. За это он заплатит сполна.
Все шло как он задумал. Его планы, словно невидимые нити, сплетались в паутину, опутывая судьбу княжества. Некоторые нити обрывались, другие тянулись к цели, но все они вели к одному – к власти, которую он жаждал, и к женщине с кожей цвета ночи, чья красота манила его, как мотылька свет. Он чувствовал, что победа близка, и каждый новый шаг приближал его к желанному трону и к сердцу той, о которой он мечтал. Ничто не предвещало беды, и некому было ему противостать. В своих мечтах он вознесся до небес.
Но неожиданно ему пришли известия, которые на некоторое время смутили разум Машвела. Банда разбойников, которая отправилась в подземные туннели, чтобы сменить тех, кто спрятался в подземельях дворца, вернулась с известием, что проход закрыт изнутри, пробиться сквозь двери не удалось, за ними была устроена баррикада. А потом пошли известия из города: его сторонников и последователей стали убивать на улицах. Причем один принес иглу, которая попала ему в руку. Но он успел скрыться в подворотне и пробраться в трактир, где сидел Машвел. Эти смертоносные иглы разили наповал.
– Что это значит, брат? – спросил Машвел Аргинара. – Черная ведьма научилась видеть моих людей?
– Не знаю, брат, – пожал тот плечами. – Я расспрошу больных и калек, что сидят у трактиров. Пройдусь невидимым по городу, осмотрюсь и доложу тебе, что происходит.
Он незаметно покинул трактир. Пошел по улицам. Среди прохожих он заметил парочки черных эльфаров, что ходили и внимательно оглядывались. Вот женщина замерла и передала корзину мужчине. Затем в ее руке оказался странный предмет. На расстоянии трех метров раздался свист, крик, и один из мужчин, шедший им навстречу, упал. Черный мужчина крикнул:
– Добей второго.
– У него нет огня, – ответила женщина.
– Если он с ним, значит, новообращенный, убей.
И женщина выстрелила в спутника убитого. Два тела остались лежать на камнях мостовой. Парочка подошла, сняла амулеты с тела и, не оглядываясь на озирающихся в испуге прохожих, скрылась за углом. Аргинар направился к воротам и стал смотреть, что происходит там. Это были Вторые ворота, и рядом с ними стояли две такие пары черных эльфаров. В отличие от тех, что несли стражу в городе, они были одеты в людскую одежду. Одна пара подалась вперед, когда въехала повозка, и мужчина махнул рукой. Голова возницы, срезанная невидимым лезвием, отделилась от шеи, и кровь полилась на грудь еще сидевшему мужчине. Женщина навела руку на повозку, и воздух прорезали свист и отчаянные крики. Она заглянула под тент фургона и произнесла всего два слова:
– Все готовы.
Тут же третий мужчина подхватил коней под уздцы и повел в сторону. Там уже скопилось с десяток повозок. Аргинар увидел что хотел и поспешно вернулся в таверну. Спустился в подвал и мрачно сообщил:
– Я понял, как находят твоих сторонников. Черные эльфары видят людей с твоими амулетами и по ним узнают твоих людей. Они убивают всех, кого заметили. На улицах города лежат несобранные трупы. С их тел эльфары снимают амулеты. Трупов много, десятки. На воротах стража пропускает всех. У Вторых ворот стражники, одетые как люди, тут же убивают твоих приверженцев. Они не спрашивают, кто они, и не берут их в плен, просто уничтожают, Машвел.
Машвел оскалился, его глаза заполыхали злобой.
– Они научились различать моих людей и убивать их безнаказанно, – прошипел он. – Этой черной шлюхе не сойдет такое с рук.
Он повернулся к громиле, который сидел в углу, опустив голову.
– Трупоед, – рявкнул Машвел, – собери десяток лучших своих парней. Мы навестим дворец.
– Но как? – удивленно воскликнул громила. – Проход закрыт, а на нем стража. Нас всех перебьют.
Машвел сжал кулаки и прорычал:
– Будь ты проклят, маловерный!