Чтение онлайн

– Винс!

Винсент повернул голову к Уолтеру и посмотрел так, что Граф Вон Райн лишь улыбнулся:

– Аха… Ты всё решил. Я понял, но не обещаю, что лезть не буду.

– Зачем она тебе? Понимаю планы твоей семьи на неё, но не твои…

– Приятно тебя удивлять после стольких лет, друг. – он осушил бокал с шампанским и пожал руку Герцогу снова, – Я уезжаю, чтобы не злить тебя, но ты должен знать, что всё по-прежнему.

– Я рад был тебя видеть, но больше не приезжай, – ответил тихо Блэквелл, и чуть позже добавил, – …Друг.

С исчезновением Уолтера Винсент стоял и смотрел в одну точку, осушая один бокал за другим. Он взял с подноса ещё два бокала, и только хотел осушить один из них глотком, как бокал перехватили ловкие руки в кружевных кремовых перчатках.

– Ты же не хочешь напиться в такой день? – спросила Алиса и отпила немного шампанского.

Она взяла под локоть мужа и подняла на него спокойные глаза.

Винсент посмотрел на неё без слов, и вдруг ему стало немного легче дышать. Её тихий голос успокаивал, приводил мысли в порядок. Мир стал не такими угрюмым, как только рядом появилась Алиса. Она была каждый раз по-особенному прекрасна, а в такой день – особенно. Жемчужно-золотистые локоны были подняты на затылок и закреплены большим бело-кремовым пионом, платье идеально облегало фигуру и завораживало золотисто-кремовым кружевом, украшенным редкими жемчужинами. Грудь красиво подчёркнута вырезом, на шее только медальон, в ушах массивные серьги с розовым и белым жемчугом. Сам Блэквелл был одет в кремовую жилетку, нашейный платок был небрежно запихан в задний карман брюк в цвет жилетки, а верхние пуговицы белой рубашки расстёгнуты, рукава закатаны.

Алиса внимательно его оглядела, пока он смотрел в другую сторону, и тяжело вздохнула, снова отпивая шампанского.

– Что не так? – поинтересовался он беспомощно, – Рубашка мятая?

Вместо ответа она отрицательно покачала головой, не желая продолжать беседу. Они не разговаривали между собой, лишь принимали поздравления и стояли рядом, почти не меняя позу. К ним подошёл Артемис Риордан, он поцеловал руку Алисы, глядя на неё как-то странно и сказал:

– Леди Блэквелл, мои поздравления!

Алиса перестала наигранно улыбаться и закусила губу, а Блэквелл тихо сказал Артемису:

– Риордан, ты же не собираешься опять поднимать истерики и сцены ревности?

– Нет. Я хотел пожелать вам… деньги есть, титулы тоже, власть… хм! Ах, вот что: любви взаимной, равенства, взаимопонимания и детишек побольше! – едко сказал он.

Блэквелл переусердствовал, сжимая фужер, и хрусталь лопнул, впиваясь в его ладонь. Винсент смотрел в точку и пытался унять приступ, Алиса заслонила его спиной от Артемиса и тихо заговорила другу:

– Риордан, ты идиот!? Ты какого лешего пришёл злить Архимага!?

– Алиса, ты даже не начинай…

– Чтобы я никогда от тебя больше этих шпилек не слышала, тебе ясно? Он – мой муж, прими это или пойди прочь! – сказала она в гневе и дождалась, пока Риордан развернётся и уйдёт.

Потом повернулась к Герцогу, который всё так же стоял и смотрел, куда-то в сторону, но уже чёрными глазами. В его руке по-прежнему был сжат лопнувший фужер, и струйкой текла кровь. Алиса вытащила платок из его заднего кармана, намочила его шампанским, разжала руку Блэквелла и быстро обработала рану. Когда она закончила, он снова пришёл в себя и принял безразличный вид.

Потрясения и неприятные выпады на этом не закончились. Блэквеллу принесли срочные новости, и они были очень плохими, потому что один из союзных замков пал, жителей вырезали под чистую вместе с семьёй правящего Лорда. Затем представитель Графа Гринден прислал Алисе в коробке букет красных роз, в которых ползали черви, и молодая Герцогиня побледнела. А добил вечер Лорд Саммерс, пришедший пьяным на приём, который нагло упомянул о том, что молодая жена не первой свежести. Винсент взял Саммерса под грудки и вынес прочь, оставляя гостей. Алиса продержалась на десять минут больше, лучезарно улыбаясь гостям и шутя над глупостью пьяных мужчин, а потом, подмигнув самой болтливой даме на приёме, прошептала ей:

– Я покину вас, а то боюсь пропустить брачную ночь! – взяла бутылку шампанского и два фужера и пошла следом за мужем.

Мордвин сам вёл её туда, куда ей было нужно. Алиса нашла мужа в Северной башне, в которой всегда было пусто. Девушка открыла дверь верхней комнаты башни, и ей стало не по себе: она узнала в этой комнате то место, где была убита Эванжелина Вэйнс. Винсент сидел на полу, закрыв лицо ладонями, а кожа его дымилась. Алиса подошла к нему и села так же рядом на пол. Он произнёс:

– Не сейчас, Лис! Не сейчас! – его голос прозвучал так, что у Алисы защемило сердце.

Весь вечер она наблюдала за ним и хотела как-то ободрить, он был таким растерянным, грустным. Алиса корила себя за нерешительность, но боялась сделать ещё хуже.

Она села ближе притянула его к себе и положила его голову себе на грудь, обнимая. Он громко вздохнул и обнял её, как будто найдя покой в её объятиях. Он просто молчал и лежал у неё на груди, и тогда Алиса тихо и ласково прошептала:

– Кто обидел моего Герцога? – она гладила его по голове, – Кто посмел стереть мою любимую улыбку?

Она просто обнимала его и перебирала тёмные волосы мужа, пока он не унял приступ магии, а потом Герцогиня отстранилась и посмотрела на него с улыбкой:

– У меня есть шампанское!

– А у меня есть ты… – он грустно улыбнулся, – Ты же не хотела, чтобы я напивался.

– Чёрт побери! Двух Архимагов не напугать парой бокалов, верно?

– Лис…

– Заткнись, – предостерегающе сказала Алиса и выставила перед ним указательный палец.

– Ты… моё сокровище.

– Я знаю! – ответила она с улыбкой, но щёки налились румянцем.

Она взяла бутылку и начала её открывать, но Винсент выхватил её из рук жены:

– Издеваешься? Начинаешь совместную жизнь с демонстрации того, что ты – глава семьи?

– Но у тебя рука кровоточит, ты мне платье зальёшь!

Блэквелл поставил бутылку между коленей Алиса, а здоровой рукой откупоривал пробку со словами:

– Держи крепче, а за платье не бойся.

Он бесшумно открыл бутылку одной рукой, не пролив и капли напитка, а потом разлил шампанское по фужерам, которые Алиса держала в руках. Она протянула ему один бокал, а вторым чокнулась с ним, ничего не произнося. Они лишь посмотрели друг на друга и отпили по глотку. В тишине они сидели и смаковали напиток, смотря в окно, за которым была тёплая летняя ночь. Блэквелл взял девушку за руку и поднёс её к губам, нежно поцеловал:

– Ты сказала, что не любишь свадебные платья и прочие свадебные обряды.

– Так и есть.

– Выглядела, как в своей тарелке, кроме момента с червями…

– Я…

– Знаю: тебя от них мутит.

Алиса покраснела, а её муж продолжил:

– Не смущайся слабостей… у меня их тоже не мало. Тоже терпеть не могу…

– Знаю: приёмы и балы. А ещё тупость!

– Это уже что-то… – усмехнулся он, – Ты уже знаешь меня лучше, чем половина моих приближенных. Может, не всё так плохо: два Архимага, ненавидящих балы и лишние разговоры идиотов.