Чтение онлайн

– Ну это, допустим, не такая уже проблема. У вас есть дочь, изолируйте её в мире обычных людей и пусть там родит наследника, которого ваши же люди будут охранять. Вы ещё вполне живы, чтобы управлять делами, пока взращивается носитель крови, – нарочито сухо говорил Блэквелл, услышав тему про чистоту крови.

– Я не прибегну к таким идиотским мерам! Мир обычных – для обычных! Моя дочь – Гринден! Никогда её не «изолирую» в этом инкубаторе для отребья!

– Да ради бога, мои какие проблемы? Ваше дело как поступать с вашей кровью… от меня вам что надо? Защиту?

Гринден сложил вместе кончики пальцев, собираясь с мыслями. Его лицо выдавало сильное напряжение и внутреннюю борьбу.

– Мою кровь может защитить только сильный, и… несмотря на моё несогласие с чистотой твоей крови, я не могу не признать силу.

– То есть, став Архимагом, я резко реабилитировался из обычных бастардов в сильных бастардов? Это до соплей лестно, Граф, но я повторю: что вам конкретно нужно от меня?

– Мне нужно, чтобы ты взял Аннабель в жёны. Она родит тебе наследника и у двух из трёх влиятельнейших семей мира появится наследник.

Блэквелл смеялся в голос:

– Это неприемлемо по миллиону причин, но вот вам самая веская для вас: у меня не может быть детей, потому что я – Архимаг, и я не верю, что вы забыли об этом.

– Ну это не проблема. Анна родит ребёнка от кого-то такого же чистого кровью, и ты усыновишь это дитя.

– А может мне просто так вот прямо сейчас вам Мордвин подарить? И всё остальное в придачу! Это просто смешно!

– А что тут смешного, Блэквелл?

– Вы презираете во мне бастарда, а сами предлагаете такое?

– А чем бастард бастарда хуже, чем просто бастард? Тем более, я пока могу сам подобрать биологического отца для своих внуков! Это уж явно лучше, чем гены какой-то безродной сумасшедшей шлюхи…

Не успел граф договорить, как Блэквелл уже держал его за горло.

– Сегодня вы остались живы в память о моём лучшем друге, который странным образом был вам сыном, – прорычал Блэквелл, смотря чёрными как смоль глазами в бесцветные глаза Графа, – И не дай вам бог ещё хоть раз меня оскорбить, я не посмотрю на преклонный возраст и другие факторы.

Блэквелл отпустил хватку, добившись кивка от старика, и встал. Он отвернулся, чтобы вернуть контроль, пока Гринден переводил дыхание.

– Почему бы вам с вашими взглядами на… жизнь, не отдать вашу дочь за Вон Райнов? У Роланда два сына, да и Уолтер холост. Вы бы сошлись в мировоззрении…

– Серьёзно? Ты предлагаешь мне перейти на сторону врага, когда в последней битве потерял столько ресурсов? Ведь я очень много имею, и всё это досталось бы Эклекее…

Блэквелл чувствовал, как его зажимают в очень тесный угол, что совершенно не способствовало восстановлению контроля. Граф всё сыпал аргументами в пользу союзного брака, пока Винсент пытался настроится на свою протоптанную дорожку к контролю. Он восстанавливал в памяти последнее, что он видел, уезжая из Мордвина: Алиса стояла в конюшне, обнимала Люцифера за мощную шею и трепала своей маленькой рукой огненную гриву коня. Сквозь окна пробивалось настойчиво солнце, ища золотистые пряди волос девушки и играя на её лице. Она щурилась и прикрывала глаза, Люцифер привстал на дыбы, подбрасывая висящую у него на шее девушку, и она громко рассмеялась. Вдруг Алиса обернулась и растерянно посмотрела на стоящего в проходе Винсента. Иллюзия в миг рассеялась, девушка снова стала воинственной и бесстрастной.

– … А мои люди и так будут охранять Аннабель Элен, я с тобой её только на приёмы отпускать буду, а то ты моего Грэга загубил, ещё и Анна… Куда ты пошёл, Блэквелл, мы ничего не решили!

– Хуй ли тут решать?

– Я отправлю запрос в Совет, уж там тебе придётся подумать… Ублюдок беспородный! Выебал мою девочку, а теперь нос воротишь!

– Вашу девочку до меня выебали все, кому не лень, так что к ним претензии, а не ко мне.

– А не охуел ли ты? Ведёшь себя, как будто у тебя есть выбор! – вслед уходящему Герцогу прокричал Гринден.

Блэквелл, обернувшись уже у двери, убийственно посмотрел на Графа и хлопнул дверью, в которую ещё меньше часа назад вышвырнул Артемиса Риордана. И уже в третий раз за этот час Герцог терял контроль на своим разумом, уходя в магический транс.

Всё сейчас было против него, хотя, казалось бы, ещё пару недель назад его проблемой было только как сохранить Алисе жизнь, потом как вернуть её в реальность, а теперь…

Теперь Риордан хотел забрать у него его любимую, как и отвратительный ублюдок Саммерс, эти два подонка покушались на самое дорогое, что было в жизни Блэквелла. В настоящее время ещё и Гринден собирался женить на нём свою дочь, которая была для него пустышкой.

Блэквелл понимал Алису, которая сражалась с рабским гнётом. Ему тоже хотелось просто взять и свернуть шею всем, кто ограничивают его свободу, а ведь сейчас он чувствовал себя забитым в угол, рабом этой бесконечной войны. И как же он хотел спрятаться в длинных белокурых волосах своей маленькой своенравной рабыни, так же лечь к ней на колени, как перед битвой на Востоке, чтобы она гладила и массировала его виски, и тихо что-то говорила спокойным чарующим голосом.

Вместо этого его сердце заболело так, как не болело никогда. В груди свело, и воздуха словно не стало. Руки тряслись от потока энергии, то была реакция магии на боль.

Глава 4

В Мордвине в последние дни беспросветная скука, солнце печёт, все в состоянии полусна лениво двигаются по замку в поисках прохлады, лишь немногие выходят в поисках витамина Д под солнце. Я в такие моменты не понимаю, как женщины круглый год здесь ходят в длинных платьях. У меня уже несколько дней держится жар, чередующийся с ознобом, так что мне такая закрытая одежда противопоказанна. Я сотворила себе розовое платье из тонкого насборенного хлопка с аккуратными рюшами, застёгивающееся на маленькие пуговицы, оно конечно тоже длинное, но я дополнила его разрезами от середины бедра, чтобы уж совсем с ума от жары не сходить.

Мне не хватает Квин. Я бы спросила у неё что произошло за все дни моего сумасшествия, но не могу, потому что Лорд Блэквелл с высоты своей власти запретил мне общаться с единственным существом, который целиком и полностью меня понимает и никогда не бросает.

Он хочет, чтобы я изучала магию, поэтому надо погрузиться в чтение.

Книга, кстати говоря, очень интересная. Мне привёз её Винсент с какой-то древней магической библиотеки, чтобы хоть чем-то меня занять. В ней говорится о скрижалях силы, что, чёрт побери, совершено очевидно, учитывая название «Скрижали силы». Так вот эти скрижали – ничто иное, как надгробные плиты Архимагов древности, которые оставляли свою мудрость для потомков таким образом, но, конечно же, довольно искусно прятали. Однако талантливые маги по разную сторону магии всё-таки умудрялись найти эти кладези мудрости.

Наткнулась глазами на предупреждение магам:

«О, Маг Грядущий! Сила – есть драгоценный камень, коему важно придать огранку. Без труда и должного усердия, никто не увидит сияния этого камня, потому что грязь трещины скроют её от чужих глаз. Но знай каждый, всяк огранку придающий, что нельзя увлекаться погружением в магию, ведь грань тонка и Сила рушит плодородие мага».

Моя рука непроизвольно легла на низ живота.

Забудь, Алиса. Максимум, на что можно рассчитывать, это редкие прогулки с маленьким Герцогом или Герцогиней от странной противоестественной связи Матильды и Элайджи. Есть ещё вероятность, что Артемис рано или поздно решит обзавестись детьми, но, судя по тому, как он мечется от одной юбки к другой, я скорее сдохну и рожусь заново, нежели Арти наплодит маленьких Риодранов. Жаль… я бы их искренне полюбила, ведь в них была бы часть моего лучшего друга.