Вопреки
Шрифт:
И только пропустив её через душ для развлечений, осознал свою ошибку. Он грубым сапогом наступил на нежный цветок, не разглядев его в девушке. По-настоящему испугался, что потеряет Настю навсегда. Или придётся её отпустить, или рядом будет женщина с убитой душой. Надо было начинать всё сначала. И не её характер менять, а со своего стряхнуть мажорскую накипь. Показать себя настоящего. Тоже далеко не идеального в её понимании, но настоящего.
Одновременно понимал, что словно катался на американских горках. То тихо ненавидел, то осознавал, что не сможет жить без неё. Как ни пытался, но не мог собрать пазл собственных желаний. Собственных чувств.
Но всё-таки нашёл силы переступить через себя и свои хотелки.
И сразу стало легче. Он вдруг стал понимать её, а она его. Что-то рухнуло в их отношениях, что-то, наоборот, окрепло. Он уже видел подвижки и был уверен: ещё ночь-две, и она сама сделает к нему шаг. Главное — больше не наделать ошибок.
Но…
Тяжёлым камнем на сердце лежала лишь одна проблема: рано или поздно, но Судьба столкнёт его с предназначенной ему женщиной. И если новая любовь ворвётся в его жизнь, то что делать с Настей? И с детьми, которых он хочет именно от неё…
Как возликовал он в тот момент, когда она задала вопрос о кулоне. Почему-то был абсолютно уверен, что у Насти есть точно такой же. Вспыхнула надежда, что его сероглазка ещё не составила из мозаики снов полную картину прошлой жизни. Как это сделал он, ещё несколько лет назад. Даже тетрадка с записями сохранена и лежит в сейфе. Ждёт момента, когда окажется в руках любимой женщины.
Но, спросив о кулоне, Настя тут же охладела к нему и даже не полюбопытствовала, почему он заинтересовался другим таким же. Равнодушно ответила на пару вопросов и больше не возвращалась к этой теме.
Тяжело вздохнув, Станислав выключил душ. На ходу вытираясь полотенцем, добрался до кровати и упал на неё. Уже сколько ночей он спит на ней один, а память губ и рук всё ещё грызёт его мозг.
Так кто же для него важнее: Настя или та сероглазая девчонка, прошедшая с ним прошлый жизненный путь с детства до медсанбата?
Глава 18
Предупреждение
Прошло почти три месяца после приезда в Питер. И уже два месяца Настя работала по специальности. Спасибо, конечно, ректору за помощь, но он оказал ей медвежью услугу. В какую бы компанию она не пришла на собеседование, везде её ждали как устного переводчика, получив хвалебные отзывы из университета о её способностях. И каждый раз яростно сопротивлялись выдвинутому ею условию: только письменный перевод.
И лишь в одной компании, в той, в которую она не хотела бы попасть — та была охарактеризована Сашей как условно-опасная — довольно быстро пошли навстречу молодому специалисту. Хотя всё-таки взяли с неё слово, что если случится засада, то она тоже пойдёт навстречу руководству и выручит компанию. Но и в этом случае Настя выдвинула условие: она заранее должна знать всех участников переговоров, и сразу отказалась от крупных конференций. И никаких командировок. Но спокойно дала согласие переводить с аудиозаписей на бумагу.
На том и порешили.
Как и предсказал когда-то Стас, она работала, как и все сотрудники, в небольшом закутке. Но не в глухом, а с трёх сторон огороженном прозрачным пластиком и расположенном в приличном по размерам помещении, которое, в свою очередь, было отделено от коридора офиса стеклянной стеной. У каждого сотрудника была своя конура, как они выражались.
Вначале Насте не понравилось сидеть на виду. Её главной целью было спрятаться, забиться в угол и накрыться темнотой… Но впоследствии лично проверила, что через стекло и пластик сидящего человека можно рассмотреть только, если целенаправленно присматриваться.
А вот коридор просматривался неплохо, и если вдруг она увидит кого-то похожего на Стаса, то у неё будет возможность сбежать через кабинет руководителя отдела. Из него было два выхода: один к ним, второй напрямую в другой коридор, ведущий на лестницу к запасному выходу. А электронный ключ от него — благодаря Саше — висел на её шее вместо кулона.
Утром она приезжала на такси с «ангелом» за рулём. И так же вечером уезжала.
* * *
В тот день Настя сидела за столиком и с мягкой улыбкой наблюдала, как Василёк — так сотрудники называли этого жизнерадостного и открытого парня — заказывал блюда на обед.
Именно к нему, как к наставнику, прикрепили новую сотрудницу, занимающуюся письменными переводами. Даже когда процедуры ввода в должность были завершены и закончился испытательный срок, их дружба продолжилась. И обедали они всегда вместе, в небольшом кафе напротив офисного центра.
Первое время Василёк набивался к ней в провожатые до дома, но затем совсем отчаялся. А ещё через неделю смирился. Но как-то признался, что пробовал выследить Настю, но не получилось: не удалось пробраться на хорошо охраняемую территорию многоэтажного элитного здания. И он решил, что Настя живёт там с кем-то из средней руки бизнесменов, у которых имеются средства на такое жильё, но они не потянут содержание серьёзного коттеджа.
Настя не стала развеивать его заблуждения. Она как вселилась в однокомнатную квартиру, так и жила там. Просто первый «ангел» завозил её на территорию дома с выходами на обе стороны. Она заходила в квартиру на третьем этаже, оставляла там телефон, проверяла рюкзак и одежду, нет ли маячков. Затем с другой стороны здания садилась в другое такси с другим «ангелом» и уезжала к себе.
Но Василёк не унывал: ещё через неделю он увлёкся новой официанткой этого кафе.
— Насть, мне сорока на хвосте принесла новость, что поступил большой заказ на перевод с видео на бумагу. Наверное, тебя напрягут.
— А что там? Надеюсь, не киношники. Я не в теме. Специфики не знаю.
— Нет, какие-то лекции.
— А на бумаге не могли их купить? Или с сайта скачать? Там, наверное, выкладывают лекции…
— Не знаю. Возможно, втихаря записали, — рассмеялся Василёк, — придётся попотеть над такой записью. Ешь быстрее, а то опоздаем, и нас штрафанут.
* * *
А после обеда её вызвали к непосредственному руководителю. Зайдя в кабинет, увидела, что Николай Николаевич разговаривает по телефону, и уже хотела было ретироваться, но тот показал рукой на кресло у брифинга. Сам встал и отошёл к окну, продолжив разговор:
— Я прекрасно понимаю, но сейчас все специалисты заняты. Их время забито под завязку. Ты предлагаешь заставить синхронистов по восемь часов в сутки работать? Они спалят себе мозги в первый же день.
Настя насторожилась и выпрямилась в кресле. Только этого ей не хватало.
Николай Николаевич бросил в телефон ещё несколько слов и закончил разговор. Сел в кресло.
— Анастасия, пришёл заказ. Большой, серьёзный и очень необычный. В моей практике такого ещё не встречалось. Надо перевести лекции с видеозаписи.